Чтение онлайн

Выполнение приказа? Восстановление связи с пилотом?

Пальцы лежат на клавиатуре. Если удастся перевести Вундера в автономный режим, он продолжит выполнение последнего полученного приказа. Потом вернет дроны на базу.

Кнопки.

Она столько раз нажимала их вслепую, оперируя «птичками» со шлемом на голове. Пальцы должны помнить. Правая группа. Переключения режимов. Левый нижний — ручной. Справа — «Автозахват» и «Автовозврат». Выше — «Автопоражение». За ним, еще правее, «Программный режим»…

Пальцы быстро теряли чувствительность.

Ну же! Та кнопка или не та? Вроде, та: «Автономный режим». Время на исходе. Секунда, другая, и пальцы исчезнут.

Она вдавила кнопку до упора.

Минометный обстрел застал Лео в отхожем месте.

Выскочил, называется, по нужде! Им с Калиной досталась пустующая запасная позиция: взводный опорник, три с половиной километра от «нуля». Траншея, изгибающаяся подковой, стрелковые ячейки, «аппендиксы». В конце одного притаился блиндаж, в другом обустроили отхожее место. Полста метров по траншее, никуда не высовываясь. И вообще, тут не «нуль» — кацапы не станут гатить по пустой позиции…

Сглазил.

Оглушительно ахнуло совсем рядом, на голову и за шиворот посыпалась земля. Еще раз. Еще. Кучно кроют, гады. Лео застегнул штаны, сунулся в траншею, но тут же спрятался обратно. Обстрел продолжался. Миномет, стодвадцатка. Выдержит ли блиндаж?

Только бы не попали! Только бы…

Он думал не о себе.

Когда взрывы стихли, Лео выждал с минуту и бегом рванул к блиндажу. Блиндаж был цел, Лео выдохнул с облегчением — и увидел. Край траншеи разворотило взрывом, траншею до половины засыпало землей. В хлипкой двери блиндажа — не могли покрепче поставить?! — зияли дыры от осколков.

— Калина! Ты в порядке?!

Ответа не было.

Она занята, она просто занята, твердил себе Лео, перебираясь через завал. Берцы вязли в рыхлой земле, он с трудом вытаскивал ноги — и увязал снова. Она колонну бомбит, ей не до меня. Калина, когда летает, вообще ничего не видит и не слышит. Добравшись до двери, Лео дернул ее на себя. Дверь заклинило. Зараза! Он принялся руками разгребать землю. Разгреб, вломился внутрь…

На мониторах мела черно-белая пурга. Верхний правый был темным, мертвым, с трещиной по диагонали. В углу застрял зазубренный осколок. На полке слева разворотило банку с тушенкой, наполнив блиндаж вкусным мясным запахом. Как он ухитрился все это разглядеть в скудном свете из дверного проема? В раздражающем мерцании мониторов?

Калина.

Она упрямо оказывалась в слепом пятне, куда бы он ни глядел. Лео заставил себя посмотреть на нее. Калина сидела — лежала? — уткнувшись лицом в стол. Левая рука безвольно свесилась вниз, правая застыла на клавиатуре.

— Калина!

На негнущихся ногах он шагнул ближе, вгляделся. Света хватило, чтобы увидеть треугольный акулий зуб — осколок, торчавший из затыльника шлема. Шлем треснул, черный пластик на краях трещины оплавился, намертво впаяв осколок в шлем.

Тускло блестели перебитые проводки в обгорелой изоляции.

Осколок закоротил контакты. Похоже, система накрылась… О чем ты думаешь, кретин?! Унять дрожь в пальцах было непросто, но Лео справился. Приложил палец к шее девушки, сбоку. Шея была теплая.

Пульс! Есть пульс!

Дышит.

Лео схватился за рацию.

— Прием, это Лео. Калина 300! Повторяю: Калина 300! Срочно нужен медэвак!

— …В голову… Без сознания…

— …жива! Точно! Пульс есть, я проверил. Давайте скорее!

— …На ней шлем ВР. Осколок застрял и приплавился…

— …Кровотечение?

Он посмотрел на свои пальцы. Перевел взгляд на затылок девушки.

— …Есть, небольшое. Почти остановилось.

— …Плюс-плюс, понял! Не трогать, ждать медиков.

Он дал отбой, выдохнул. Ждать, ничего не делать, ничего не мочь сделать — невыносимо. Еще раз проверил пульс: слабый, но отчетливый. Прислушался к дыханию: неглубокое, ровное.

Даст бог, откачают!

Только сейчас он обратил внимание на правую руку девушки. Ладонь лежала на группе кнопок переключения режимов. Одну из кнопок указательный палец утопил до упора. Калина, что ты пыталась сделать в последний момент?

Не последний, типун тебе на язык!

— Держись, помощь уже едет. Будешь как новенькая!

Не слышит.

Он склонился над клавиатурой, пытаясь в мерцающем свете мониторов разглядеть, что за кнопку успела нажать Калина.

«Интегральный режим».

В этом режиме он с Калиной не летал. Ну, интегральный. Где эти медики?! Почему так долго?!

Не зная, чем себя занять, Лео принялся мерить шагами блиндаж. Четыре шага в одну сторону, четыре в другую. Четыре в одну, четыре… Блиндаж был больше, но его заставили оборудованием. Запасные дроны, аккумуляторы, запчасти, кабели, зарядная станция…

Что это?!

Лео резко обернулся, едва не упав. На шлеме мигал зеленый индикатор. Рядом загорелся, замигал второй, третий. Под столом натужно загудел процессорный блок — гнездо шершней пробудилось от спячки. Боковые мониторы погасли, остались работать только два центральных. Черно-белая пурга превратилась в полосы, сквозь них смутно проступило изображение.

Лео шагнул ближе, вгляделся. Полосы поредели, поблекли. Изображение мигнуло, крутнулось; замерло. Сделалось цветным, ярким, четким.

На мониторах шел бой.

…Тьма редела, выцветала. Превращалась в серую муть. В центре проступило светлое пятно. Окно, иллюминатор, световой тоннель, уходящий…

Куда?

Я умираю? Свет, тоннель… Неужели так это и происходит? Кто меня там встретит?

Ее встретило небо. Голубое, бездонное.

— Моя госпожа?

— Вундер?!

— Рад, что вы живы, моя госпожа.

Может ли ИИ радоваться? Старушка, ты точно на небесах.