Чтение онлайн

Я непроизвольно вцепилась в его плечи и прижала к себе. Он мягко отстранил меня от себя и, взяв мое лицо в свои ладони, заглянул в глаза. Уж не знаю, что он там увидел, но взгляд его внезапно потеплел, и он начал покрывать все мое лицо легкими поцелуями. Все, кроме губ. Я нахмурилась. И решилась сама проявить инициативу. Он вздрогнул, но поддавшись моему напору, ответил.

– Томка, мне правда пора, - мягко произнес он по прошествии некоторого промежутка времени.
– Я тебе позвоню, Золотце.

Я в ответ слабо улыбнулась и вышла из машины. Взвизгнув напоследок шинами, он умчался. Стоя там и глядя ему вслед, я почему-то

думала о том, что что-то было не так. Я ощутила какую-то неясную тупую боль под ребрами, когда его машина скрылась из виду. Я волновалась за него! Это было необычное чувство. Оно было подобно ледяному стержню, застрявшему в желудке. Но было что-то еще, что меня беспокоило в тот момент, и я, вспомнив о его бессловесном прощании, неосознанно прикоснулась пальцами к своим губам. Поцелуй. Я все еще как будто чувствовала его мягкие теплые губы на своих, но вот вкус его, в отличие от прошлых, был каким-то сладковато-горьким, я бы даже сказала солоноватым, с привкусом металла.

"Металла?! О нет!"

Понимание холодной волной растеклось у меня по позвоночнику.

"Он... он... пил..."

Дрожащими руками я вытащила из кармана шубки жвачку и, борясь с тошнотой, запихала себе в рот чуть ли не половину пачки. Глаза заволокло пеленой, и в ушах зашумело. Мысленно дав себе пощечину, я поглубже вздохнула пару раз и направилась к двери общежития.

"Ну, кто просил нюхать?! И зачем я об этом вообще начала думать?! Неведение - благо! Неведение - благо!", - размышляла я, поднимаясь наверх. Чеканя шаг о каждую ступеньку, я вновь и вновь повторяла себе эту нехитрую истину.

Открыв дверь в комнату, я тут же уперлась взглядом в коробку с подарком Влада, и меня, помимо грусти, одолела еще и тоска. Машку где-то носило, и я, стянув с себя верхнюю одежду, поставила кипятиться чайник. Когда я потягивала горячий чай, до меня донесся писк моего телефона, сообщающего о приходе короткого сообщения.

"Интересно, кто это вспомнил о моей скорбной натуре?" - размышляла я, роясь в сумке в поисках сотового.

"Томка, извини, что не предупредил. Но ты была на редкость убедительна, и я не смог тебе отказать. ХХХ"

Я широко улыбнулась, и тут же телефон пискнул во второй раз.

"И перестань хандрить, иначе я сейчас же вернусь и покажу тебе, где раки зимуют! ХХХ"

"А где они зимуют?!" - подумала я, уверенная в том, что он меня услышит. "Вот вернешься - покажешь! Я пока твой подарок поизучаю. Но если ты не вернешься до праздников, учти, я найду себе в интернете первого попавшегося симпатичного брюнета и буду встречать Новый год с ним".

На этот раз телефон зазвонил. Ухмыляясь, я сняла трубку.

– Солнышко, смею надеяться, что до сего момента ты планировала встретить его со мной?
– пропел мне в ухо мой демон.

Я закатила глаза.

– Это было не более, чем предположение, - выдала я.
– Ты ничего не говорил о своих планах на эту ночь.

– Ты разве не поедешь к родителям?
– уточнил он.

– В этом году нет. Ты не рад?

– Очень, - промурлыкал он мне в ухо.
– Ограничения по планам или какие-либо пожелания?

– Неа. Удиви меня!

– Ох, ребенок, зря ты это сказала, - отозвался он.
– Ловлю на слове. Я скоро приеду, и перестань хандрить.

– Ладно, - улыбаясь до ушей, ответила я.

– Ах, да, небольшое уточнение - кредитка была приложением к подарку. Пока, Солнышко.

И он отключился. Мысли забегали, как тараканы по кухне от включенного света. Что это было, как не намек на покупку очередного наряда?! Его действия носили оттенок легкого издевательства над моей слабой натурой.

"Хорошо. Сыграем, ради разнообразия, по твоим правилам, но со своими поправками", - ухмыльнулась я и в надежде, что он еще в состоянии услышать мои мысли, припомнила во всех красках себя, любимую, в момент, когда я по настоянию Машки, примеряла комплект потрясающего черно-красного нижнего белья при последнем нашем рейде по магазинам. Тогда я его отвергла за ненадобностью, потому как он не подходил к платью.
– "Завтра же пойду и куплю! Сойдет за наряд Снегурочки?"

Спустя пару минут раздался писк моего сотового.

"Томка, я из-за тебя чуть в аварию не попал! Сделаю все невозможное, чтобы вернуться как можно скорее, моя Снегурочка! ХХХ"

Счастливо улыбаясь во весь рот, я решила распаковать свои подарки и начала с подарка Гардинеров-младших. Содрав упаковку, я обнаружила под ней довольно миленький фотоаппарат последнего поколения. Тяжко вздохнув над мыслью - "и у этих куры денег не клюют", потянулась за гошкиным презентом. Коробочка была небольшой и довольно легкой. И заглянуть в нее мне хотелось ровно настолько же, насколько я желала вообще забыть о ней и далее оставаться в блаженном неведении относительно дара лучшего друга. Закусив губу и покопавшись в себе, я поняла, что в этой неравной борьбе, как всегда, победило любопытство, и я сняла упаковку. И в тот же миг села там же, где и стояла - прямо на пол.

С подушечки черного бархата во все свои зеленые глазки на меня смотрела юркая серебряная ящерка. Память в мгновение ока, на скорости 88 миль в час*, швырнула меня назад, в прошедший июль.

– Томка, ну на хрена ты туда полезла?
– пропыхтел Гошка, поддерживая меня под руки. А если быть точными до конца, то я держалась всеми своими верхними конечностями за него, пока он тащил мою израненную тушку по знойной дороге по направлению к станции. Мы с ним напару вышагивали, глотая придорожную пыль, в арьергарде нашей группы, километра этак за два от остальных. В то время мы проходили геологическую практику на просторах родной области. Обшаривали все мало-мальски живописные обнажения, реки, болота, водопады и прочие панорамные виды геологических красот нашего края. Чаще всего, нас заносило на места прохождения "боевой славы" давно почившего в бозе ледника, растаявшего черт знает сколько сотен лет назад, но успевшего наворотить достаточно живописных пейзажей, с довольно обманчивой видимой крепостью стенок откосов обнажений в ближайшем пригороде. Как и все студенты, перемещались мы исключительно на "своих двоих". День клонился к вечеру, а до станции было еще довольно далеко.

– За ящеркой, - пискнула я.
– Красивая, зараза была. Хорошо, хоть сфотографировать ее успела.

– За чем?
– ошалело переспросил Гошка, останавливаясь.
– Ты хочешь сказать, что свалилась в эту яму, подвернула ногу, ободрала себе всю физиономию и чуть не свернула шею из-за какой-то зеленой хвостатой холоднокровной?

– Где ободрала?
– немедленно среагировала я, выдергивая свои руки из его захвата и начиная рыться в рюкзаке в поисках зеркальца.

Гошка в ответ закатил глаза и сел у обочины на огромный валун.