Чтение онлайн

на главную - закладки

Жанры

Шрифт:

Чтобы Мазепа за свой кошт крепость содержал? Не припоминал за ним Пётр Алексеевич такой щедрости. Напротив, сребролюбив и златолюбив гетман, водится за ним подобный грех. И на сладкие речи падок. А тут и впрямь словно кто-то иной его личину надел.

— Прежде, чем совет собирать, сделай кое-что, — сказал он верному Меншикову, который молча ждал распоряжений. — Скажи секретарям, письмо от моего имени пусть составят. А отписать повинны, будто ранее весны я к Полтаве явиться не смогу — сил не довольно и провиант ещё не собран в полной мере. И порукою тому будет

имя посланника.

— Филипку Орлика отправим? — хищно усмехнулся Алексашка. — Штоб его волки по дороге съели, устал уже следить за ним. Так и норовит нос сунуть куда не надо. Ручаюсь, он и письмо по пути вскроет.

— Ты делай, что сказано, — с нажимом проговорил государь. — Всё-то ты понял, токмо дурака из себя строишь. А как отъедет Филипп от лагеря, да с почётом, так и совет собирай. Чую я, гетман решил шведа голодом извести, а тот мне живым потребен. Слыхал — брат Каролус мне письмо прислал? Предлагает выкупить свой обоз.

— Не отдадим? — Алексашка то ли утверждал, то ли вопрос задал — не поймёшь.

— Отдадим, — усмехнулся Пётр Алексеевич, набивая трубку крепким табаком. — Хоть и не весь, но отдадим. И денег за то не возьмём. Однако писано в ответном послании будет, что тот провиант ему на дорожку до Польши даден.

— А коли не уйдёт?

— А коли не уйдёт, — государь прикурил от свечи, — тогда у Полтавы и встретимся. А мне надобен человек, который гетмана давно знает.

— Кочубей, — подсказал Меншиков. — По первому же твоему слову его сюда доставлю.

— С Кочубеем пока погоди, рано. Ты говорил, гетман Семёна Палия вызвал. Как скоро он будет здесь?

— Боюсь, мин херц, Палий сразу в Полтаву свернул, не доедет он к тебе.

— Ладно, давай Кочубея, коли так. Говорить с ним желаю с глазу на глаз…

1

Про Палия я раньше только легенды слышал. И то от деда — отец как-то мельком о нём вспомнил, да и забыл, не до того. Работа, семью кормить, всё такое. А я, предметно изучая историю, нашёл об этом казаке до обидного мало.

И вот он стоит передо мной. Точнее, перед гетманом Мазепой. Шапки не снял, глядит сурово — и я его понимаю.

Шапку снял я.

— Рад я, что Бог меня вразумил, не дал сделать собственную неправду окончательной и неисправимой, — сказал я — голосом Ивана Степаныча, но своими интонациями. — Прости меня, дурня старого, Семён. Прости, что изветчикам поверил. Когда правда открылась, немедля государю про сие отписал, чтоб волю тебе вернул.

И поклонился, несмотря на одышку. Краем уха слышал, как тихо зашептались позади меня казаки и стоявшие поодаль солдаты. Если у половины из них не возникла мысль, будто гетмана подменили, я готов покрошить в борщ и съесть собственную жалованную грамоту. А если половина этой половины не задалась вопросом, какую ещё каверзу задумал Мазепа, то в то же блюдо порежу орденскую Андрея Первозванного голубую муаровую ленту. Но Семён Палий — это живая легенда, и не поклониться ему, особенно в ситуации, которую Иван Степаныч благополучно

создал своими руками, было бы неразумно. К слову, гетман с этим в кои-то веки согласился. Иногда и у него случались просветления.

— За такое не словами извиняются, — сурово проговорил казак, всё ещё сверля меня нехорошим взглядом.

— Знаю, Семён, — мне непросто было стоят на морозе с непокрытой головой, но я решил отыграть сцену до конца. — Мне уж немало годов, того гляди, завтрашнего рассвета не увижу. Оттого и покаяние моё. Пред Господом и государем уж покаялся, и даже Кочубей с Искрой меня простили. А для тебя и впрямь слов мало будет. Делам моим поверишь ли?

— Дела твои вижу, не слепой, — хмуро ответил Палий. — Да только от чистого ли сердца они, или в страхе Божием ты каяться вздумал?

— Все мы под Богом ходим. А коли сподобил Он меня уразуметь неправды свои и к покаянию обратиться, то так и стану делать, и с пути сего не сверну до смерти… Назначаю тебя полковником полтавским, Семён. Командуй.

По моему знаку Дацько с поклоном вручил знаменитому казаку свиток и пернач, возводившие его разом в полковничий чин и во дворянство. А заодно — дорогую турецкую саблю, от меня лично в качестве небольшой компенсации за обиду. Своего полка у Палия не было и в скором времени не предвиделось, потому придётся ему покомандовать двумя полковниками — Скоропадским и Келиным. И если Алексей Степанович принял это как должное — гетману виднее, кому из своих пернач отдавать — то Иван Ильич явно затаил обиду. Ничего, это ненадолго, он отходчив. С него и Глухова хватит.

Семён — впервые за весь разговор — кривовато усмехнулся, подкинул пернач на широченной ладони… и поднял его к небу в знак принятия власти. И моих извинений. Лишь тогда я надел шапку.

«Хитёр ты, Георгий, — внутри меня прорезался бестелесный голос Мазепы. — Хитёр, да слишком прям. Я Семёна удалил, чтоб он путь к булаве не заступал. А ты ему сам дорожку мостишь».

«Ну, ты же не собираешься жить вечно, — поддел его я. — Кого после себя оставишь? Орлика, который у иезуитов с руки кормится, или мямлю Скоропадского?»

«Уж лучше послушный, нежели строптивый. Как бы Пётр Алексеевич Семёну сам голову не снял — за его горячность».

«То уже их дело. А наша задача сейчас — удержать Полтаву… Признавайся: планы крепости Карлу слил?»

«Было такое, — неохотно признался Мазепа, зная, что я имею полный доступ к его памяти. — Обо всех крепостях ему отписывал, и Пилип наверняка то же делал».

«А теперь давай думать, как при таких входящих данных будем Полтаву удерживать. Да, я и к тебе обращаюсь. Натворил — исправляй».

«Не буду, — последовал ожидаемый ответ. — Ты мне воли не даёшь, с чего я повинен тебе помогать?»

«Ну, как хочешь. У меня тут три полковника с боевым опытом, к ним за советом и обращусь…»

2

Палий приехал вовремя. Это поняли все без исключения, когда явились казаки с вестями о приближении хорошенько подмороженного каролинского воинства. Они столкнулись с разъездом шведских драгун, и естественно, с оными подрались. Сложно сказать, кто в той стычке вышел победителем: по меньшей мере трое казаков погибли, остальные получили ранения разной степени тяжести, но и шведы повернули назад не все. Очевидно, они в эту же самую минуту докладывают начальству о скоротечном бое с разъездом противника.

Поделиться:
Популярные книги

Мл. сержант. Назад в СССР. Книга 3

Гаусс Максим
3. Второй шанс
Фантастика:
альтернативная история
6.40
рейтинг книги
Мл. сержант. Назад в СССР. Книга 3

Кодекс Охотника. Книга XXIII

Винокуров Юрий
23. Кодекс Охотника
Фантастика:
боевая фантастика
попаданцы
5.00
рейтинг книги
Кодекс Охотника. Книга XXIII

Свобода на продажу: как мы разбогатели - и лишились независимости

Кампфнер Джон
Документальная литература:
публицистика
5.00
рейтинг книги
Свобода на продажу: как мы разбогатели - и лишились независимости

Первый среди равных. Книга VIII

Бор Жорж
8. Первый среди Равных
Фантастика:
аниме
фантастика: прочее
эпическая фантастика
попаданцы
5.00
рейтинг книги
Первый среди равных. Книга VIII

Законы Рода. Том 11

Мельник Андрей
11. Граф Берестьев
Фантастика:
юмористическое фэнтези
аниме
фэнтези
5.00
рейтинг книги
Законы Рода. Том 11

Будь что будет

Генассия Жан-Мишель
Большой роман
Проза:
роман
рассказ
повесть
5.00
рейтинг книги
Будь что будет

Адаптация

Кораблев Родион
1. Другая сторона
Фантастика:
фэнтези
6.33
рейтинг книги
Адаптация

Имя нам Легион. Том 10

Дорничев Дмитрий
10. Меж двух миров
Фантастика:
боевая фантастика
рпг
аниме
5.00
рейтинг книги
Имя нам Легион. Том 10

Доброта, чистота помыслов и проникновение в сущность

Гьямцхо? Нгагва?нг Ловза?нг Тэнцзи?н
Религия и эзотерика:
буддизм
5.00
рейтинг книги
Доброта, чистота помыслов и проникновение в сущность

Изобретение империи: языки и практики

Семенов Александр
Научно-образовательная:
обществознание
5.00
рейтинг книги
Изобретение империи: языки и практики

На границе империй. Том 8

INDIGO
12. Фортуна дама переменчивая
Фантастика:
космическая фантастика
попаданцы
5.00
рейтинг книги
На границе империй. Том 8

Убийство в ЦРУ

Трумэн Маргарет Мэри
Детективы:
шпионские детективы
5.00
рейтинг книги
Убийство в ЦРУ

Кодекс Охотника. Книга VII

Винокуров Юрий
7. Кодекс Охотника
Фантастика:
фэнтези
попаданцы
аниме
4.75
рейтинг книги
Кодекс Охотника. Книга VII

Комментарии к письмам

Гоголь Николай Васильевич
Документальная литература:
публицистика
5.00
рейтинг книги
Комментарии к письмам