Чтение онлайн

— Есть и еще претензии. Правительство фактически не соблюдает Бюджетный кодекс. Вносит изменения в налоговое законодательство одновременно с бюджетом. Считаете ли вы такую ситуацию нормальной?

— Нет, это абсолютно ненормально. У налогоплательщиков должна быть ясность, какие налоги им придется платить в будущем году. Иначе бизнесу очень трудно планировать инвестиции в расширение производства. Раньше у нас проблем со своевременным внесением изменений в налоговое законодательство не возникало. Но сейчас правительство до последнего определялось, например, с акцизами на бензин или ставками налога на добычу полезных ископаемых. Надеюсь, что в будущем это не повторится и мы будем придерживаться буквы Бюджетного кодекса.

—

С расходами более или менее ясно. А насколько эффективно правительство вообще тратит деньги?

— Я всегда был сторонником того, чтобы бюджетные ассигнования имели программный характер. И мы, депутаты, да и избиратели, могли оценивать, какие результаты при исполнении бюджета были достигнуты. Скажем, если мы берем тему здравоохранения, то должны не только учитывать, сколько денег ушло на ремонт больниц и поликлиник, сколько было построено медицинских и перинатальных центров. Важно еще учитывать, как меняется продолжительность жизни в стране, снижается ли детская смертность и так далее. Если судить по этим параметрам, то эффективность государственных расходов в последние годы растет.

— А как, например, определить эффективность трат на оборону?

— Тут нет ничего сложного. У нашей армии устаревшая техника или новая? Снижается призыв и увеличивается набор по контракту или нет? Критерии оценки эффективности оборонных расходов определить можно. Мы в Госдуме хотели бы видеть проект бюджета, рассчитанный программным методом. И отчет правительства о его исполнении. Пока мы к этому только идем. Думаю, уже в следующем году этот переходный период завершится. Но и нынешний проект бюджета не так уж плох. Во всяком случае при ограничении общей суммы расходов правительство все-таки смогло учесть основные социальные обязательства. Но дискуссии в Думе предстоят достаточно принципиальные и жесткие.

Святая простота

/ Политика и экономика / Вокруг России

Почему в Америке не страдают чувства верующих

Госдума намерена внести поправки в УК РФ, устанавливающие уголовную ответственность за оскорбление чувств верующих и осквернение святынь. Нарушение этих статей закона может караться тюремным заключением до 5 лет, штрафами до полумиллиона рублей, а также обязательными общественными работами до 400 часов. Как и во многих других случаях, депутаты ссылаются на международный опыт — Германии, Испании, Финляндии... А ведь в данном случае естественнее было бы обратиться к опыту Соединенных Штатов, одной из самых многоконфессиональных стран в мире. Там, по разным оценкам, уживаются от 160 до 236 религий, вер, верований и религиозных сект. И что характерно, уживаются сравнительно бесконфликтно при самом минимальном участии государства в их делах.

Храм и клуб

Помню, одним из самых удивительных открытий по приезде в Америку стало то, что страна пропитана религиозностью. Нигде в мире вы не

найдете сосредоточения на каждой улице такого количества соборов, церквей, храмов, мечетей, синагог, молельных домов и других мест религиозного назначения. А чего стоят названия святых мест! «Церковь нашего пастыря Христа», «Башня Веры», «Церковь Cвятой Девы Победы», «Братство Креста и Звезды», «5-я Церковь последователей учения «Христианской науки», «Храм чуда Господня и Христова» и десятки других не менее витиеватых наименований можно прочитать, проехав всего полтора-два километра по авеню Джорджия, когда-то служившей разделительной линией между восточной и западной частями Вашингтона.

Недалеко от моего вашингтонского дома, на перекрестке двух улиц в тесном соседстве разместилось шесть церквей — баптистская, евангелическая, методистская, просто католическая, бразильская католическая и мормонская (Святых последних дней). По воскресеньям с утра до полудня этот район забит припаркованными машинами. Множество людей часто целыми семьями приезжают на службу, прежде чем начать новую рабочую неделю. По сведениям «Статистической ассоциации американских религий», почти 55 процентов американцев регулярно посещают церковь.

Не важно при этом, что у многих из прихожан религиозные убеждения и знания о тех религиях, которые они исповедуют, весьма поверхностные. Не буду ссылаться даже на разговоры с моими соседями-католиками, которые не имеют представления о том, что согласно учению их церкви хлеб и вино, используемые в причастии, являются не просто символами, но реально становятся Телом и Кровью Христа. Есть авторитетные социологические исследования, что 45 процентов католиков в США не знают этой теологической тонкости. Четверым из десяти иудеев неизвестно, что Маймонид — один из самых великих раввинов и философов в истории — был иудеем. Больше половины протестантов не имеют представления о том, что Мартин Лютер был основателем этого вероучения, а афроамериканцы-христиане в массе своей считают, что глава немецкой реформации и чернокожий борец за гражданские права Мартин Лютер Кинг — это одно и то же лицо. Тем не менее американцы дружно стремятся в церковь, не заморачиваясь по поводу деталей. Дело в том, что они рассматривают ее как место общения не только с Богом, но и с людьми. Это встречи, это музыка и даже танцы, особенно в негритянских церквах, это праздники, концерты, совместное времяпровождение, воскресные школы, вылазки за город, спортивные соревнования, заряд хорошего настроения... Словом, причудливое сочетание храма и клуба.

In God We Trust

Это не первый и не последний парадокс религиозной жизни в Америке. Эта страна как никакая другая демонстрирует возможность устойчивого и бесконфликтного взаимодействия религиозной терпимости, свободы и многообразия, с одной стороны, и сохранения значительного влияния церкви на государственную политику, социальную среду и систему образования — с другой.

«Стена разделения между церковью и государством», как любил выражаться один из отцов-основателей США Томас Джефферсон, была построена Первой поправкой к Конституции страны, принятой еще в 1791 году и запретившей установление государственного вероисповедания наподобие того, как это имело место в Великобритании того времени. Но в те же самые годы первый президент США Джордж Вашингтон заявлял о чрезвычайно важном значении религии в жизни молодой республики. «Создается впечатление, — говорил он в своей первой инаугурационной речи, — что каждый шаг нашей страны в какой-то степени отмечен Божьим предопределением».

С годами вера в «божественное предназначение» Америки нарастала, и она так или иначе дает о себе знать в светской, гражданской жизни, хотя обычно воспринимается скорее как дань традиции, нежели отражение действительной религиозности. Например, выражение «Господь, благослови Америку!» давно стало заключительным аккордом выступлений американских деятелей самого разного уровня. Другое не менее знаменитое изречение: «В Бога мы веруем» (In God We Trust), впервые отчеканенное в 1864 году на двухцентовой монете, с 1956 года стало национальным девизом США и теперь присутствует на всех американских монетах и денежных купюрах.