Исправить
Шрифт:
Я приятно удивлена, когда Фрейя охотно обнимает меня и даже не пытается вырваться, пока я сама не отпускаю ее. Она тоже говорит, что любит меня, а в ответ я желаю ей хорошо повеселиться.
Пока девочки забираются в «Тахо», я беру на руки своего маленького сына и, избегая взгляда Логана, прижимаю его к себе и целую в мягкую пухлую щечку. Потом обхожу машину с другой стороны, где Майк придерживает для меня открытую дверцу. Я забираюсь в салон и усаживаю Эллиота на сиденье, закрепленное в середине второго ряда. Он улыбается мне, когда я пристегиваю его и хватает
— Слушайся папу и дедушку, договорились?
Хватило всего пары минут, чтобы дети благополучно устроились в машине, а свекор сел за руль. Мне осталось только попрощаться с мужем. А это значит, что я должна наконец обратить на него внимание, чего мне совсем не хотелось сейчас делать. И вместо того, чтобы просто перекинуться парой дежурных фраз, неведомая сила заставляет меня скрестить руки и, посмотрев на него сверху вниз, бросить:
— Ты придешь на танцевальное выступление Эби во вторник?
— Во вторник я занят в суде.
— Оно начнется в шесть вечера.
— Я не успею закончить до пяти, и вряд ли смогу быстро добраться сюда в час пик. — качает он головой.
Он прав, и я знаю, что это не просто отговорка. И, хоть мне и хочется высказать на этот счет, я молча отступаю от машины, давая ему возможность открыть дверцу.
Очень хорошо. Сегодня мы можем расстаться с миром.
Но едва он взялся за ручку, в его глазах вспыхнуло что-то темное и неожиданно… вызывающее.
— Ты так хочешь увидеть меня? Скучаешь по мне? — слова звучат протяжно, и его глаза темнеют, когда он добавляет: — Я думаю, тебе недостаточно просто твоих игрушек. Они наверняка не заводят тебя… так сильно.
Я судорожно вздыхаю и отступаю назад. О чем это он? Я вспоминаю наши сексуальные игры, которые несли с собой такой разряд адреналина… Зачем он это делает? Он что, флиртует со мной? Если это флирт, то совсем не такой, как был раньше. В том, как он смотрит на меня, есть что-то, что выходит за рамки похоти и собственничества, и это совсем не похоже на игру.
Он злится. Так бывает, когда сильная и затаенная ярость смешивается с кровью в ваших венах и распространяется по всем клеткам тела.
Что ж, это просто замечательно. Я тоже злюсь. Возможно, даже больше, чем он.
— Не забудь, — продолжаю я, не обращая внимания на его слова, — На следующих выходных мы с детьми уезжаем в Сан-Франциско и пробудем там…
— До следующей пятницы, — перебивает он. Кивает и распахивает дверцу машины, — Заметано. И за это ты будешь должна мне следующие два уик-энда.
Сохраняем спокойствие… Дышим через нос…
— Не води их обедать в «Макдональдс», — говорю я сквозь зубы.
— Ты права. Это самый быстрый путь к детскому ожирению и преждевременной смерти. — Он произносит это так, будто отказывая детям в фаст-фуде, я кладу им в рождественский чулок уголек, вместо подарка от Санты.
Пока
Тьфу! Скрипя зубами, я наблюдаю, как он дергает ремень безопасности, а Майк поворачивает ключ, и внедорожник, кашляя, оживает. Неужели я позволю, чтобы последнее слово осталось за ним?
Ни черта подобного!
Когда мой свекор начинает пятясь, выезжать с подъездной дорожки, я подбегаю и стучу в окно со стороны Логана. Майк резко нажимает на тормоза. Логан нетерпеливо опускает стекло, и я выпаливаю:
— Забыла тебе сказать, что пару дней назад начала отучать Эллиота от соски.
— И что? — непонимающе произносит он.
— Днем все обычно в порядке, — поспешно отвечаю я, — но по ночам его трудно усыпить.
Убедившись, что у Логана отвисла челюсть, я наклоняюсь, чтобы посмотреть на своих детей на заднем сиденье. Я машу им руками и кричу: «Повеселитесь!»
Это мелочно и совсем не по-взрослому, и я ненавижу себя за это, но не могу не ухмыльнуться Логану, прежде чем вприпрыжку побежать к дому.
***
Обычно, после того как Логан забирает детей в пятницу днем, я убираю дом. Я уже привыкла к такому распорядку, и никогда не позволяю себе побездельничать, как бы это ни было заманчиво. Чем скорее я покончу с уборкой, тем дольше буду наслаждаться чистотой, прежде чем вернутся разрушители порядка.
Но не успеваю я включить музыку и убрать пару вещей, которым не место на кухонном столе, как мысли о работе, Кэролайн и перепалке с Логаном отвлекают меня. И вот я уже плюхаюсь на кухонный стул с телефоном в руке и звоню Бет.
С тех пор, как шесть лет назад я ушла из «Стивенс и Хаммернесс», моя подруга стала одним из самых успешных адвокатов по разводам в городе. Она настолько хороша, что я без колебаний попросила ее заняться моим разводом, и она гораздо больше, чем я стремится это дело завершить. Наверное, она единственный человек, которому я доверяю. До того, как наш брак пошел под откос, мой муж и лучшая подруга прекрасно ладили, но теперь Бет откровенно презирает его и не стесняется об этом говорить. Она единственная, кто знает, что он со мной сделал. И поскольку она не может хорошенько врезать ему, то хочет через бракоразводный процесс его уничтожить.
Логан это знает. Воспоминание о том, как кровь отлила от его лица, когда я сообщила ему, что заплатила Бетани аванс, на самом деле греет мне душу. Не то чтобы я нуждалась в особой поддержке, но мне все равно приятно, что она на моей стороне, как будто у меня есть цепной пес. Надеюсь, она сможет дать мне несколько полезных советов по моему делу.
Я прокручиваю свои контакты, пока не добираюсь до Ван. Бетани так и не вышла замуж и не сменила свою ненавистную фамилию. Дерек, жених, подаривший ей кольцо с огромным камнем, стал знаменитым модным фотографом, и сопровождать его, пока он летал по всему миру с одной съемки на другую, не было в планах Бетани. Их расставание не было приятным.