Исповедь травы
Шрифт:
– Тогда понятно, почему его Круг выпустил. Я и раньше подозревал, что он не совсем наш. Помнишь, когда Птица новую песню пела, Хед ко мне перевесился и шепчет: "Слушай, почему она так орет? Кто у нее отбирает эту самую свободу?"
– Помню. Пожалуй, оно и к лучшему, что теперь его нет среди нас...
В который уже раз за свою многотрудную и многогрешную жизнь я возношу хвалу Единой за то, что, уйдя из дома по Закону Истока, я сначала попала в Рябиновый Дол, потом поучаствовала в Войне Шести Королей, познакомилась с Пэгги, и лишь после этого, поднабравшись опыта и получив Истинное Имя,
Меня трудно назвать терпеливым человеком - но сейчас я сижу за своей шторкой, сосу конфету, которую кто-то не глядя пихнул мне в ладонь, и молчу. Молчу, хотя могла бы сказать им, что в плане биоэнергетики нет большой разницы - коснулись руны или просто близко поднесли к ней палец, указывая. Что в штампах типа "но этот мир еще запомнит доспехов лязг и звон мечей" нет ни грана правды, особенно если проорать это на бешеном надрыве. Что помянутый Хедваль, похоже, не только не трус, но и весьма неглуп. И что никакой полукровка (в особенности если его смертная кровь от отца) никогда не будет называть себя "полуэльфом" - это ругательство, страшнее которого настоящие Нездешние не знают ничего. За такое даже на дуэль не вызывают, а просто дают в морду на месте...
Да и что это вообще такое - спасать миры? Детство... Тот, кто мудр, знает, что борьба всю жизнь шла за души, и только за них...
Но зачем говорить вслух все эти банальности, да еще людям, которые в принципе не способны тебя услышать? Ввязываться в бессмысленный спор - значит опуститься до их уровня.
Терпи. Ты пришла сюда за своей сестрой. Затем, чтобы она не превратилась окончательно в одно из этих созданий с труднопостижимой логикой. Вот ей и будешь прочищать мозги, если припала такая охота к ассенизаторской деятельности...
– ...Так, люди и нелюди, кто-нибудь знает, водится ли в этой дыре кофе или вымер как класс? А то я прямо сейчас помру, - женский голос, низкий, звучный, но грубоватый, словно пропитый и прокуренный насквозь. "Арлетт Айотти!" - проносится шелест по комнате. Я аккуратно выглядываю из-за занавески, желая взглянуть на местную достопримечательность, чей сон не положено тревожить бренчанием на арфе.
Она довольно эффектна - даже сейчас, помятая со сна и явно похмельная. На вид вроде бы старше меня лет на пять или шесть. И странное лицо... глаза слишком светлые для того, чтобы цвет этих смоляных волос был настоящим. А одета значительно лучше большинства присутствующих, белый костюм - узкие брюки и блуза из тонкого шелка - выгодно облегает фигуру, крепкую, но стройную. Если бы не этот ее кошмарный голос...
– Сейчас я сварю, лоини Арлетт, - Влединесс, худенькая неприметная девушка в сиреневом халатике, срывается со своего дивана и пулей вылетает за дверь.
– Я специально оставила немного...
"Лоини"? Даже так? Мне делается совсем интересно, и я высовываюсь из-за занавески более чем наполовину.
– Тогда кто-нибудь, дайте сигарету больной женщине, пока оно там варится, - Арлетт проходит к дивану и уютно устраивается на том самом месте, с которого согнала хозяйку. Вокруг нее тут же образуется кольцо готовых почтительно
Похоже, сейчас начнется вещание. Вот уж это несомненно имеет смысл послушать - эта Арлетт из тех, кто привлекает к себе внимание с первого взгляда, и здесь, судя по всему, является прямо-таки культовой фигурой...
Но именно тут ко мне протискивается Нелли. За ней следует некое существо неопределенного пола - худенький подросток не старше четырнадцати лет, с огромными глазами и длинными пушистыми волосами солнечного цвета. Явно Нездешняя кровь, хотя процент оной на глаз не определяется.
– Вот, Имлаанд, это Эленд, - представляет меня Нелли. Эленд, а это Имлаанд Эрхе из Хани, из семьи целителей. Представляешь, родители отправили это создание в первый самостоятельный путь - дойти до Города и войти в Круг Света...
– Знаю, - отвечаю я.
– Многие целительские или жреческие кланы практикуют такое. Так в чем же дело?
– А дело в том, что Хани отстоит отсюда то ли на восемь, то ли на девять шагов сквозь мироздание. И вот по дороге создание наткнулось на эту самую Арлетт. А она вбила ему в голову, что в Круг Света входить смертельно опасно. И теперь создание не знает, что делать: и в Круг идти боится, и домой вернуться не может, не исполнив заданного. Так и сидит у Влединесс уже полтора месяца. И сидеть здесь ему хреновохреново...
– Так что можно я у тебя немножко поживу, Эленд?
– тихим голосом довершает Имлаанд, краснея от неловкости.
– Нелли говорит, что ты добрая...
– Погоди, - я кладу руку на хрупкое плечико.
– Давай сначала разберемся, почему ты боишься войти в Круг. Тебя же послали твои родители, а родители не могут желать тебе ничего плохого.
– Наверное, не могут, - Имлаанд хлопает длиннющими ресницами.
– Но лоини Арлетт тоже не желает мне ничего плохого, а она говорит - Круг отнимет мою свободу...
Так, эту песенку мы уже слышали и раньше. Ушельцы просто патологически помешаны на свободе. Причем свобода эта понимается ими прежде всего как независимость от любого долга и любой ответственности. И уж никоим образом не как "возможность самому определять пространство принятия решений", как учила меня Лайгалдэ.
– А почему ты считаешь, что Арлетт желает тебе добра? Она же для тебя абсолютно чужой человек.
– Меня хотели убить в одном из миров. Кричали - "нелюдь, нелюдь"... А она вступилась, отняла меня у толпы и помогла дойти сюда. Только говорит - мои родители не знают всей правды, потому и послали меня вот так. А правда в том, что Круг не только дает, но и отбирает взамен.
А вот это уже зацепка! Я быстро оглядываюсь на Арлетт, но та оживленно грузит своих адептов и не обращает ни малейшего внимания на нас двоих - Нелли уже снова убежала с кем-то общаться...
– А поподробнее не можешь объяснить, Имлаанд? Твои родители наверняка сами входили в Круг, когда были моложе, но ведь они не считают, что потеряли от этого нечто, иначе не послали бы тебя.
– Я попробую... Лоини Арлетт говорит - у каждого человека есть тень. И так должно быть, потому что не может быть света без тьмы и дня без ночи. Тень нужна, чтобы человек был в равновесии...