Чтение онлайн

– Что мне с тобой сделать? – проговорил он, глядя мне в глаза, то сжимая, то разжимая пальцы на моём горле. – Свернуть тебе шею, или выбросить из окна, или сдавить горло, пока ты не задохнёшься, и твои глаза не потухнут, прощаясь с жизнью? Ах, как жаль твоей короткой никчемной жизни, София. Как жаль портить твою бархатную кожу. У твоей глупой подружки кожа была совсем другая, шелковистая, гладкая, словно отполированный столик. А ты другая, ты – нежный персик, тёплый, упругий.

– Ты маньяк, – сказала я, – и к тому же, больной. Тебе лечиться надо. Ты именно

так и убил Ксюшу? Задушил, глядя ей в глаза, наблюдая, как она медленно умирает?

В следующее мгновение произошло то, чего я никак не ожидала. Игорь выпустил из рук моё горло и оттолкнул меня.

– Ты меня утомила, – сказал он как-то устало и раздражённо. – Ты такая нудная. Торочишь об одном и том же. Далась тебе эта дура Ксюша. Даже настроение пропало.

Видимо, действие наркотика ослабело, и Игорем завладела апатия и усталость. Но я знала, что это ненадолго. Я наблюдала за Эллой, когда ещё работала на «шестёрке». Апатия и депрессия – это лишь промежуточное, переходное состояние. Если он сейчас не пополнит дозу, то его настроение резко поменяется – до агрессивного и бесконтрольного.

Я боялась этого больше всего. Но Игорь вдруг вернулся к дивану, где на столике его ждали готовые две дорожки, и втянул носом через маленькую трубочку всё до последней крупинки. Я с отвращением отвернулась.

Игорь откинулся на мягкую спинку и постанывал от накатившего кайфа. Его голова была запрокинута, глаза подведены к потолку, ноги раскинуты в небрежной позе. Мной овладело непреодолимое желание убить его, ведь это так просто: взять с барной стойки нож и вонзить его в шею, прямо в пульсирующую жилку. Но я тут же отогнала страшную мысль. Это было бы слишком просто для него – умереть, даже ничего не почувствовав. И, вместо того, чтобы отбывал наказание он, убийца и маньяк, за решёткой на долгие годы окажусь я.

Я отошла от него и присела за барной стойкой. Проверив телефон, я вновь убедилась, что связь с Исаенко продолжается – она длилась почти полчаса.

Я взглянула на Игоря. Тот полулежал на диване. Тогда я встала и прошла в ванную, закрылась на замок, включила воду и поднесла телефон к уху.

– Алло, Борис Витальевич, вы меня слышите? – прошептала я.

– Да, София, я здесь, – ответил он.

Море тепла и облегчения затопило меня, едва я услышала знакомый голос.

– Борис Витальевич, он под кокаином, – шептала я. – Как мне действовать дальше? Он ещё ничего важного не сказал.

– София, вы большая умница, отважная и бесстрашная. Но попробуйте сменить тактику, не злите его, – сказал Исаенко. – И постарайтесь намекнуть ему, что Скворцов жив и скоро начнёт давать показания. Надо заставить Плетнёва действовать.

– Хорошо, я всё поняла, – ответила я. – Оставайтесь на связи. Я возвращаюсь туда.

Я закрыла кран, подождала ещё немного и повернулась к двери. Решившись, наконец, я открыла замок и распахнула дверь. На пороге стоял Игорь. Я ахнула от неожиданности и сказала, взявшись за сердце:

– Ты меня напугал. Разреши пройти.

– Что ты здесь делала? – спросил он.

– А что обычно

делают в ванной? Принимала душ.

– Принимала душ? – переспросил Игорь и хищно прищурился. – А почему тогда полотенца сухие?

Он прощупал одно за другим все полотенца.

– Потому что я привела в порядок только отдельные, «стратегические» места, – ответила я, делая ударение на слове «стратегические». Мне надо было вернуть Игоря в нужное расположение духа и дать его мыслям конкретное направление. – Ты что, меня допрашивать собрался?

– А это неплохая идея, – улыбнулся он. – У меня и наручники есть. Жаль, нет ментовской дубинки.

– Слушай, прекрати свои извращённые шутки, – сказала я. – Уже совсем не страшно. Давай уже лучше начнём то, зачем мы сюда приехали.

Игорь остановился и внимательно посмотрел на меня.

– Чего ты так смотришь? – спросила я. – Что-то не так?

– Да всё не так, – ответил он, снова прищурившись. – Ты очень странно ведёшь себя сегодня. Если бы мы были не здесь, а в твоём притоне, я бы решил, что где-то спрятана камера и пишет меня.

– Что за глупости, – сказала я. – Что за шпионские игры? Ты что, Бонда из себя возомнил? Наркотики погубят тебя.

Я засмеялась, а сама благодарила бога, что мы приехали сюда, а не остались у меня.

«Да, Мата Хари из тебя никудышная, – сказала я про себя. – Тоньше надо действовать, деликатнее. Он ведь умён, как сам дьявол».

– Иди ко мне, – сказала я вслух. – Как бы то ни было, это моя работа. Возьму с тебя сегодня по двойному тарифу.

Я сняла с плеч бретельки, и лёгкий свободный сарафан упал к моим ногам. Я осталась в одном белье. Игорь посмотрел на меня оценивающе и подошёл вплотную. Я думала о том, как мне захватить с собой телефон, если вдруг Игорь решит перейти в дальнюю спальню.

Глядя ему в лицо, я потянулась рукой к его брюкам, расстегнула молнию и проникла внутрь. Энергично работая пальцами, я ожидала реакции, но всё, чего я добилась – это слабая эрекция, никуда не годная, как у престарелого любителя борделей, который привык к бурным оргиям, но был уже не в состоянии участвовать в оных, и теперь лишь воспоминания грели его развратную душу, и даже длительные ласки молодых распутниц не могли вернуть к жизни его увядшую плоть.

Я с тенью злорадства посмотрела ему в глаза. И уже хотела опуститься на колени, чтобы привычным способом привести его в норму. Но Игорь остановил меня и сказал ледяным тоном:

– Глупая София, ты такая же наивная, как и твоя подруга, эта дура Ксюша. Ну, ладно, та наивно полагала, что у нас с ней настоящий роман, и что я завожусь от одного её прикосновения. Но ты-то, София, ты же профессионалка. Неужели ты до сих пор ещё не поняла, что меня интересует, что мне надо от тебя, от других, от всех вас, глупых, никчемных, скучных девок? Тоска, сплошная тоска вокруг. Ты скучна, моя бедная София, скучна так же, как и все остальные. Вы ничем не отличаетесь друг от друга. И ты не лучше остальных. Такая же серая.