Чтение онлайн

Пока люди внизу готовились штурмовать замок, исполины собрались в большом зале обсудит за ужином ситуацию, сложившуюся в округе.

За большим овальным столом сидели: Аль-Тодор, его жена Сара; Ран - брат Наместника Вавилона, с женой Евой; Вит - начальник гарнизона, с супругой Герой; и руководитель одного из жузов исполинов Дюк, со своей дрожащей половиной Верой. На столе в хрустальной и золотой посуде находилась холодная закуска, в чашах фрукты и ягоды, а в графинах вино.

По сравнению с былым пышным застольем из-за бегства большинства слуг упомянутый стол был довольно

скромным, т.к. на нем в основном размещались холодные закуски. Что уже было большим неудобством, как для хозяев замка, так и для их гостей. Не было тут изысканных блюд и яств, типа фаршированных печеными яблоками белых лебедей, услаждавших ранее их аппетит.

Обслуживало в данный момент трое старых слуг, живших здесь давно и уже не представляющих свою жизнь без хозяев. Эта рабская привязанность укоренилась в них с детских пор.

Аль-Тодор налив себе старого доброго вина из своих богатых подвалов, сказал, обращаясь к присутствующим:

– Не думал, не гадал, что мне знатному исполину на восьмисотом году жизни придется сидеть вот так в замке, и защищать свою жизнь от собственных рабов. Этих воров и разбойников, которые сейчас собрались вокруг замка и угрожают нам.

– Да, ваше превосходительство, никто не ожидал такого развития событий, - озабоченно поддакнул ему Вит.
– Хорошо, что у этих разбойников нет с собой осадных машин.

– Стены замка крепкие, здесь можно выдержать любую осаду,- заметил Ран, закусывая выпитое вино ломтиком буженины.

– Господа, нам нельзя успокаиваться, у нас мало сил для защиты замка, а количество мятежников все растет и растет. Они явно что-то нехорошее замышляют, - сказал Дюк, аппетитно жуя лебединую ножку. Это был наиболее трезвомыслящий из исполинов. Высокий, стройный, атлетического вида мужчина, многое знавший и многое умевший.

– Мы сегодня с Герой гуляли у Южной башни и со стены видели как их много. Они словно муравьи обложили наш замок и копошатся там внизу, проговорила Ева, взяв в рот большую спелую виноградину. Она не сказала, что, гуляя с Герой, они больше сплетничали на счет достоинств мужчин, с которыми поочередно спали.

– Хотелось бы знать, чего этим людишкам не хватало. Мы к ним хорошо относились. И на тебе - такая черная неблагодарность, - возмущенно сказала Гера.

– Самое простое и разумное объяснение случившемуся, так это то, что люди не смирились с рабством, - произнес Дюк.

– Не знаю, как и где, но у нас им жилось хорошо. Они были сыты, одеты, была крыша над головой, что еще этим туземцам надо?
– заметила Сара, жуя виноград.

– Скоты есть скоты, у них нет чувства благодарности к своим хозяевам,угрюмо заметил Аль-Тодор, наливая себе еще вина.

– Ваше превосходительство, однако, в нашем положении не мешало бы послать гонцов за подмогой, - обращаясь к хозяину замка, произнес осторожный Дюк.

– Я думаю, что не стоит этого делать. Как бы о нас не подумали, что мы, тут сидя за высокими стенами, празднуем труса. И испугались каких-то воров и разбойников, орущих сейчас там внизу под стенами, - угрюмо ответил тот.

– Правильно!- подрежал Аль-Тодора спесивый Ран.
– Не будем праздновать

труса. За такими высокими и толстыми стенами мы любую осаду выдержим.

– Совершенно с вами согласен, - сказал Вит, жуя крылышко лебедя.

В этот момент в зал вошел Орта. Он подошел к правителю замка, низко поклонился и поднял правую руку, призывая всех к вниманию, сказал:

– Господа, плохие вести! Беглец из соседнего замка сообщил, что на них неожиданно напали их собственные рабы, которые захватили все поместье, замок сожгли, а их обитателей почти всех перебили. Лишь немногим удалось бежать.

Услышав эту весть, сидевшие за столом исполины на минуту стихли. Перестали жевать, и в зале воцарилась холодящая душу тишина.

– Как, почти всех исполинов убили?
– хриплым голосом переспросил Аль-Тодор.

– Да, ваше превосходительства, замка больше не нет, чернь захватила все поместье.

Правитель замка умолк и несколько минут сидел неподвижно, пустым, отсутствующим взором глядел прямо перед собой. За столом в тишине зазвучали испуганные голоса присутствующих. Они обсуждали страшное событие.

Наконец Аль-Тодор пришел в себя и, обращаясь к присутствующим, объявил:

– Господа! Ситуация нешуточная, эти мерзкие рабы посягнули на самое святое, на жизнь своих хозяев. Надо нам принять меры, но какие, пока не знаю.

– А есть ли известия из других замков и поместий исполинов?
– спросил Дюк.

– По нашему округу вести не радостные, многие замки, поместья и дворцы окружены восставшими рабами, - ответил тот.
– Вы, очевидно, знаете, что не все они защищены такими толстыми стенами, как замок Аль-Тодор. Последствия здесь могут быть самые ужасные. Рабы озлоблены и воинственно настроены.

– Ваше превосходительство!
– обратился к Аль-Тодору, Дюк.- Может, стоит посоветовать всем вашим соседям и родственникам покинуть имения и укрыться в городе под надежной охраной регулярного войска.

Аль-Тодор с удивлением посмотрел на говорившего, и затем бросил реплику:

– Вы думаете, что они станут удирать от каких-то жалких туземцев?

– Удирать - не удирать, но вывезти жен и детей в более безопасное место необходимо, - заметил здравомыслящий Дюк.- Их замки и дворцы плохо защищены и они долго не продержатся. Люди не так глупы, как нам кажется, и умеют воевать.

– А мы выходит сундуки, - пробормотал Дан.
– Сколько веков прожили на Земле, но так и не научились с ними жить и их понимать.

– Но это и не удивительно, - сказал Дюк.
– В нашей истории можно найти много подобных случаев.

– Неужели их скрытность никогда не вызывала сомнения?
– спросил Аль-Тодора, Вит.

– Нет, особых неприятностей не было. Тин-Длинноухий всегда их держал в кулаке, никому пикнуть не давал.

– Вот именно, - мысленно подумал про себя Дюк.
– Держать в узде людей вечно, нельзя. Рано или поздно все это или подобное этому должно было произойти. Рабство со временем всегда себя изживало. Вечных рабов никогда не было и не будет. И вообще надо благодарить Бог-Дана о том, что мы еще выжили. Нас могли давно вырезать и уничтожить.