Чтение онлайн

– Не думай об этом сейчас, не думай, Дженсин. Сначала доберись до острова, волноваться и плакать будешь потом. Несомненно, они ожидают тебя на острове, и нет причин впадать в панику.

В гуле голосов утомленных путешествием иммигрантов, говорящих на разных языках и диалектах, слышалось только одно желание – побыстрее пройти все инстанции: медицинский осмотр, собеседование, проверку документов для получения визы и вырваться на шумные улицы Нью-Йорка в поисках жилья или отправиться дальше, в отдаленные районы страны.

Людской поток тек

по широким ступеням в приемную. Врачи в цивильной одежде напряженно и внимательно всматривались в усталые, обеспокоенные лица иммигрантов. Взмах руки, и на плече или спине проходящего человека оставался меловой знак: X – подозрение на слабоумие; В – сгорбленная спина; Е – больные глаза. Своя буква для каждой болезни, физического недостатка, которые могли представлять опасность для жителей страны или их кошельков. Нищих, соблюдающих многобрачие, или заразных больных в Америку не впускали. Служащие у входа уводили помеченных для дальнейшего обследования. Случалось, что так разлучались близкие, разрушались семьи – матери, отцу или ребенку был запрещен въезд в страну.

Дженни и ее спутница благополучно добрались до приемной. С надеждой девушка осматривала холл, ожидая увидеть светлую головку Ингри, ее розовые щечки и синие, словно полуденное небо, глаза. Ее терзала тревога за малышку, и она едва ли обращала внимание на то, что происходит вокруг. Дженни хорошо знала английский язык, но расстроенная и обеспокоенная, не решалась спросить о девочке. Если бы с ними был Габриель Ангел! Он уже не раз проходил этот путь, видел суровые лица врачей, метки, поставленные мелом. Он мог бы предупредить ее заранее. Сейчас она тайно ввозит в Америку чужого ребенка. Она потеряла свою Ингри и нашла странную старушку со всезнающими глазами, которые говорили: «Молчи, не говори ничего. Я все понимаю без слов».

– Name? – спросила ее Дженни. – Как тебя зовут?

– Медея, – покрытое морщинами лицо осветилось гордостью. – Я – Медея Мазей. Ты – Дженни. – Она замолчала и глупо заулыбалась. К ним приближался молодой человек со строгим выражением лица и значком, определявшим персону, наделенную властью.

– Сэр, я ищу маленькую девочку. На ее бирке написано Ингри Лангансдатер. Хорошенькая блондинка. Она приехала на остров раньше меня, с… мужчиной… моим другом. Я не могу их найти… Я должна их найти, – обратилась Дженни по-английски.

– Хорошенькая и блондинка, похожа на вас? – переводчик ответил по-шведски. Он взглянул на Медею. – Удивляюсь, у старухи нет никакого знака. Мне кажется, она слабоумная.

– Моя бабушка совсем глухая. Путешествие утомило ее, но она здорова, как лошадь, и в своем уме.

– Не отходите от меня. Сдается мне, я видел вашу девочку и мужчину, – сказал переводчик. – Вы хорошо говорите по-английски. Подождите. Сначала я займусь этими несчастными, а потом отведу вас к ним.

– Он видел их… бабуля! Он видел Ингри и Джоко! – Дженни подмигнула Медее и радостно улыбнулась. У нее камень с души свалился. Неожиданно для себя девушка

оказалась вовлеченной в работу. Она с удовольствием помогала переводчику, Гьерду Зорну. Дженни успокаивала иммигрантов: разъясняла им, что делать и что с ними будет, объясняла, какие нужны документы, и что нужно отвечать на вопросы чиновников иммиграционной службы.

Пять часов спустя отпустили последних шведов, приплывших на «Принце Вильгельме». Одни получили документы и вещи, других направили в лазарет на обследование. Облегченно вздохнув, Дженни повернулась к Зорну.

– Сэр, скажите мне, где я могу найти свою Ингри?

На лице переводчика отразилось недоумение. Потом в бледных глазах зажегся огонек понимания.

– А, ну, они с отцом, наверное, уже в городе, – высказал он свое предположение. – Послушайте, я могу помочь вам найти их. Если у вас есть деньги, мы можем отправиться следующим паромом. Сколько у вас денег, миссис Ланган?

– Денег? Только десять долларов. Мне сказали, что этого достаточно, чтобы попасть в Америку, – она побледнела. У нее упало сердце. Она смотрела на Зорна настороженно. – Вы ничего не знаете об Ингри. Зачем вы солгали?

– Ну-ну, потише, – ощетинился Зорн. Он сцепил кисти рук, избегая взгляда Дженни. – «Ложь» – какое… мерзкое слово. Вы делаете неправильные выводы. Чего же вы ожидали всего за десять долларов, миссис Ланган? Но тем не менее, я помогу вам заработать много денег, чтобы оплатить поиски вашей дочери. Вы такая красивая молодая женщина… Я запишу вам адрес. Мы встретимся там позже…

– О, мистер Зорн! – воскликнула Дженни. Ее голос дрожал от волнения. – Меня предупреждали, что есть гнусные типы, которые пытаются использовать женщин, оказавшихся в затруднительном положении. Но мне и в голову не пришло, что вы из их числа. Из-за вас я потеряла время. А я ведь уже могла найти Ингри. Как вам не совестно! – Под шалью раздался слабый писк младенца.

– Ублюдок, – прошипела Медея. Ее прищуренные глаза метали молнии в Гьерда Зорна. Он покраснел как рак. Поток ругательств и проклятий, обрушенных на него Медеей, перешел в визг, заглушивший плач голодного ребенка. Старушка сделала вид, что ослабела и теряет сознание. Она прислонилась к Дженни и незаметно взяла ребенка под свою накидку. Громкие крики привлекли внимание других чиновников, и они быстро направились в их сторону.

– Вы лгали! Эта старая карга – колдунья, а не ваша бабушка. Она сглазила меня, проклятая ведьма! – в глазах Зорна горел злобный огонек.

– Очень надеюсь, что она – настоящая ведьма, сэр! – Дженни топнула ногой и обняла Медею за плечи.

– Отведите этих женщин в изолятор. Пусть проверят их умственные способности, – рявкнул Зорн. – Они обе сумасшедшие.

– Нет! – твердо сказала Дженни. – Я нужна Ингри и я… – она замолчала, когда старушка подмигнула ей и загадочно улыбнулась.

– Успокойся, детка, – и Дженни вдруг поверила, что все будет хорошо.