Чтение онлайн

После рассказа о нашей поездке – ив это трудно поверить! – нас до колик рассмешил Ужасный Хэмиш. Он сказал, что на существующий «Дом Грейс» грустно смотреть, и что для бизнеса он не годится.

Как только он произнес эти слова, все взглянули на Джеймса, потому что он владелец дома, где живет Грейс. Он периодически чинит его, но все равно

этот дом немногим больше хижины пастуха.

Джеймс заговорил о комнате в его доме, где может расположиться Грейс с помощницами, но Рамси грубо напомнил о количестве незамужних дам, с которыми Джеймсу предстоит проживать в одном доме. Тогда решили, что Джеймс заплатит за ремонт помещения, которое раньше было складом для овечьих шкур.

Конечно, Джеймс стал говорить, что у него нет ни времени, ни денег, чтобы заниматься сейчас складом, но вся деревня выступила единым фронтом, и он согласился. Похоже на то, что вся деревня знает, сколько у него денег и может судить, сколько он в силах потратить. Так как Джеймс попросил меня вести его бухгалтерию, я с полной уверенностью могу сказать, что он не так беден, как пытается казаться.

Нам очень нужны швейные машинки и многое другое для шляпного дела Грейс, и Джеймс сказал, что в этом году он отдаст «Дому Грейс» все деньги, которые выиграет на своих ежегодных скачках. Это заявление было встречено такими воплями, что чуть не рухнула крыша, и я полагаю, что деньги за выигрыш на скачках он получает немалые.

А потом УХ (Ужасный Хэмиш) сказал, что, судя по тому, как я гнала домой повозку, именно я должна быть жокеем. И поверг меня в шок, заявив, что если бы проводились гонки на роликовых коньках, то за нашу деревню выступала бы я и выиграла бы столько денег, что мы скупили бы все швейные машинки на Земле.

Грейс прошептала мне: «Его жена Лилиас, и назавтра он ничего не вспомнит». И я вспомнила, что Лилиас делает прекрасный ликер из водорослей. Господи! Такое ощущение, что

она поит им своего мужа каждый вечер!

Мама, ты сможешь выяснить, как разливают и продают ликер? Я еще не пробовала этот ликер, но думаю, что его можно будет продать. Если он превращает УХ в человека, который шутит, я, может быть, нашла Эликсир Молодости и уж точно Эликсир Смеха.

Вот, кажется, все. Мне нужно идти спать, потому что завтра много дел. Джеймс познакомит меня со своей документацией, а я хочу внимательно рассмотреть карты Джеймса, вдруг удастся выяснить что-нибудь насчет сокровища. Расскажу тебе об этом в следующем письме.

Да, еще, ты не могла бы выслать сорок килограммов известкового опрыскивателя для овец? Джеймс рассказал мне, как бы ониспользовал известь, будь это в его власти, а еще он сказал, что у меня со шляпами получается лучше, чем с овцами. Я ответила ему, что у меня все получается лучше, чем у него, а потом, слово за слово — в общем, мне, кажется, предстоит участвовать в грядущих гонках. Если бы ты видела, как приплясывают лошади Джеймса, как только на них садятся, ты бы лишь молилась за меня!

Ну, все, мне действительно пора идти спать.

Люблю и целую,

твоя дочь

Темперанс.

– Какое замечательное письмо! – сказала Мелани О'Нил мужу, когда закончила читать вслух.

– Ее лучше вернуть обратно! – сказал Ангус, нахмурившись. – Мне кажется, что она поставила на уши всю деревню моего племянника.

– Темперанс так похожа на своего отца, – вздохнула Мелани. – Оба никогда не замечали препятствий на своем пути. Перед моим первым мужем вставали горы, а он просто шел напролом, улыбаясь.

– Скучаешь по нему? – спросил Ангус, глядя на нее поверх очков.

– О, нет, нет! Жизнь рядом с ним была похожа на жизнь в середине мчащегося урагана. У него было слишком много энергии.

Она снова посмотрела на письмо.

– Странно, что она так часто упоминает Джеймса. Катание с Джеймсом на роликах, поиск сокровищ вместе с ним, его рассказы о деле, гонки... И рассказывает о доброте Джеймса, который развел огонь, чтобы в столовой стало теплей.