Иные
Шрифт:
«Неужели он узнал, что именно я их подслушала? – сердце сбилось с привычного ритма. – А даже если и так, то я никакой сверхсекретной информации не узнала. Или узнала, но не придала ей значение? Почему магистр смотрит на меня столь зловеще?»
Поставив на себя дополнительную защиту, на которую в данный момент была только способна, я, как и все, замерла, ожидая от магистра действий, но Мортон, продолжая смотреть на меня, ничего не делал.
– Магистр, – немного взволнованный голос паренька прорезал напряженную тишину аудитории. – Мне потребовалось
Я первая прервала зрительный контакт с Мортоном и сосредоточила взгляд на говорившем адепте.
Темноволосый, кучерявый, круглолицый парень в ядовито-жёлтой рубашке сидел на ряд ниже меня.
– У меня был уникальный оттенок, – казалось, ещё немного и парень расплачется.
Волосы адептов больше не пестрели на фоне кремовых стен буйством красок, похоже, приобретя свой естественный цвет.
Мои соседки по комнате преобразились. У Ниорины волосы оказались такого же оттенка жёлтого, который бывает у высохшей травы. А Лизины волосы потускнели, став мышиного цвета. Девушки в отличие от парня вслух не возмущались. Обиженно сопя и надув губки, они сверлили магистра обиженно-недовольными взглядами.
Я глянула на теперь уже белобрысого парня, чьи кудряшки до этого казались огненно-красными и напоминали костёр. Паренёк с усмешкой поглядывал на магистра и был явно не расстроен тем, что его перекрасили.
– Это как называется? – Григорий, подскочив с лавки, как ужаленный, держался руками за спускающиеся к плечам локоны, которые всего лишь минуту назад были салатовыми, а теперь стали тёмными. – Кто вам позволил?!
– Сразу видно воспитание, – Мортон наградил Григория ледяным взглядом, а я, скосив глаза, взглянула на свои волосы: они, как и прежде, отливали фиолетовым.
– Вы не имеете права! – мой сводный брат пылал праведным негодованием, в то время как остальные молчали.
– Если вас что-то не устраивает, то вы вольны вернуться обратно в столичную академию, где сможете ходить, как угодно, на своих же занятиях я не потерплю расфуфыренных и разукрашенных адептов.
– Я этого так не оставлю! – Григорий метал глазами молнии. – Да как вы смеете?!
– И смею, и могу, – с каменным лицом произнёс Мортон, и в ту же секунду Гришины роскошные одежды превратились в белую рубашку и чёрные брюки, а волосы парня стали в разы короче.
Все адепты зашевелились, оглядывая себя, но судя по их реакции, похоже, переодели только Григория, который, позеленев от злости, чуть ли не бегом припустил к выходу. Парень дёрнул на себя дверную ручку, потом ещё раз, но дверь так и не открылась.
– С моих занятий никто раньше времени не уходит, исключение – посещение медблока после неудачного воздействия магией. Григорий Артурович, если вам удобнее стоять возле двери, в углу, то стойте. Что касается вас, Инга Витальевна, – теперь магистр сосредоточил своё внимание на мне. Я напряглась. – Даю вам сутки на то, чтобы вы привели себя в подобающий вид, в противном случае я найду способ подмешать вам
«А где мне еры на краску взять?» – спросила у Мортона, мысленно, разумеется. Преподавателя мои проблемы с финансами не волновали, его интересовал конечный результат. А я теперь должна голову ломать, в какие двери стучаться. Конечно, можно было бы прямо сейчас скинуть с себя щит и попросить Мортона разрешить эту проблему, но после его слов, что я облысею, желания обращаться к преподавателю не было никакого. Суровое лицо, холодный колкий взгляд также сыграли свою роль.
«Сама решу свою неожиданно появившуюся проблему, а если уж не получится…»
Магистр, расположившись в появившемся кресле, сделал жест рукой, и один из сидевших на первом ряду ребят оказался внутри магического купола.
– Какая у вас магия?
– Бытовая, – произнёс паренёк, переступая с ноги на ногу. – Я усилием мысли могу убирать пыль или же мыть посуду.
Под магическим куполом появилась гора грязной посуды, которая стояла на длинном пыльном столе.
Несколько секунд ничего не происходило, и я слегка подалась вперёд, пытаясь разглядеть, как именно парень справится с заданием. В моём представлении, паренёк должен был щёлкнуть пальцами, и всё стало бы чистым, но…
Магии в парнишке оказалось мало, и пыль со стола убиралась слишком медленно, было ощущение, что её стирала невидимая тряпка, которую ещё и периодически приходилось менять.
«С такими черепашьими темпами с объёмом работы паренёк и до вечера не управится».
– С вами всё ясно, – безэмоционально произнёс магистр и махнул рукой. Место первого парнишки, который молниеносно вернулся на своё место, занял второй. Посуда со столом исчезла.
– Чем вы нас удивите? – спросил Мортон у рослого парня, волосы у которого отдавали в рыжину.
– Я делаю цветы, – в руках у паренька появился цветок, потом ещё один и ещё.
Небрежный взмах руки магистра, и под куполом уже стоял третий адепт, который смог подняться в воздух на целых полметра, после чего не без помощи магистра, полетел обратно на лавку.
Четвёртый рисовал картины, правда оценить красоту ни одной из них не получилось, после двух мазков на полотне, парень вернулся на место, а холст исчез.
– Магистр, – позвал вдруг Мортона Григорий. Парень подпирал плечом дверь. – К нам тут стучатся, надо бы открыть.
У меня не было никаких сомнений в том, что, как только дверь распахнётся, впуская в зал того, кто за ней стоял, Гриша тут же выскочит в коридор.
– У меня занятие, так что, кто бы там не находился, ему придётся подождать. – Мортон даже не глянул в сторону Гриши.
Разочарование на лице Григория было почти осязаемым, похоже, мой братец мысленно уже сбежал с основ магии.
Честно говоря, после высказывания магистра, что от его зелья я облысею, мне тоже захотелось покинуть аудиторию, но в то же время Мортон чем-то зацепил, было в нём что-то такое…необычное.