Иные

В коллаже на обложке использованы фотографии: © de-kay, Dreamwalker_T / iStock / Getty Images Plus / GettyImages.ru

– Инга, доченька, можешь меня поздравить, я вышла замуж.

От этого заявления сердце сдавило.

– Что?! – завопила, спрыгивая с кровати, на которой до этого лежала с книгой в руках. Мама стояла в дверях моей комнаты. Вся сияла. – Если это шутка, то она не смешная.

– Это не шутка, и у тебя есть несколько часов для того, чтобы собраться, мы переезжаем.

– Нет, – глядя на

мать, качнула головой. – Я никуда не поеду!

– В таком случае жить тебе придётся на улице, потому что квартиру я сдала на год, и уже завтра сюда заедут жильцы.

На меня смотрели холодные зелёные глаза ухоженной и стильно одетой блондинки, в которой я с трудом узнавала свою маму. От улыбчивой, всё прощающей и понимающей матери не осталось и следа. Сейчас передо мной стоял совершенно чужой человек, чьи сияющие добротой глаза я не видела уже несколько месяцев. А всему виной он – Артур. С тех пор как этот мужчина появился в нашей жизни, между мной и матерью тут же в одночасье возникла стена, которая с каждым днём становилась толще и выше. Теперь мама со мной практически не общалась, зато она начала контролировать каждый мой шаг.

Но хуже всего было то, что мама начала меняться и не в лучшую сторону. Пользуясь ерами Артура, она стала ходить по модным салонам, покупать себе брендовые вещи, питаться в дорогих ресторанах. Мама превратилась в высокомерную, заносчивую, знающую себе цену женщину. Я слышала, что еры меняют и портят людей, но не думала, что до такой степени.

– Как ты могла?! – встала напротив матери.

– Мы с Артуром любим друг друга.

«Любим… Как же! – хотелось выкрикнуть, но я промолчала. – Артур купил тебя! Как такое могло произойти? Если бы отец был жив, если бы не погиб при исполнении семь лет назад…»

Я до безумия любила папу, он был моим кумиром и героем, моим другом и учителем. Отец работал Стражем, следил за порядком в городе, он боролся с любым проявлением зла и насилия над личностью, и меня с пелёнок учил справедливости, честности, порядочности и преданности. Я хотела стать такой же как папа, хотела стоять на страже закона, быть нужной и независимой. Для меня отец всегда был идеалом.

Мама, как и я, сильно любила папу, а он её. Я видела это в их сияющих счастьем глазах. Когда отца не стало, я и мама сильно горевали, и пусть мы не смирились с утратой, мы продолжили жить, поддерживая друг друга. Мы стали ещё ближе.

А Артур всё испортил!

– Мне плевать на твоего Артура! Зачем ты сдала нашу квартиру?

– Смею тебе напомнить, что квартира принадлежит мне, и я её не то что сдать, продать могу.

– Ты могла бы уехать к своему «любимому», – пару раз согнула пальцы, намекая на сарказм, – Артуру, а я бы осталась здесь. Я совершеннолетняя и вполне могу жить самостоятельно.

Не любила мать этого коренастого, начавшего лысеть, старика! Она не смотрела на него так, как когда-то смотрела на отца. Матери был безразличен её избранник, хотя на словах она говорила совершенно другое.

– Вот и жила бы в своей квартире, которую ты непонятно зачем

продала, – мама сверлила меня холодными изумрудными глазами.

«Подумаешь квартира, несчастная однушка, пусть и в центре города, она мне досталась в наследство от отца, и я продала её без сожаления, а на вырученные еры купила Жорке оборудование».

Брат моей лучшей и единственной подруги – непризнанный гений, многие годы грезил о дорогостоящей аппаратуре, которая была необходима ему практически так же, как воздух. В общем, я осуществила Жорину мечту, потому что мечты должны сбываться, в противном случае для чего ещё жить?

Мамочка порыв моей доброй воли не оценила. Ну и ладно. Я тоже не оценила её выбор! Если уж на то пошло, то она могла бы выбрать себе в мужья более достойного. В то, что мама влюбилась в Артура, я никогда и ни за что не поверю. Где он и где она. Мамочка же у меня красавица, а Артур…

– Я тебе уже не раз говорила, что еры пошли в дело, и скоро я смогу купить себе пять и даже десять квартир, как твоя.

«Вот Жорка доделает свой проект и тогда…»

– Пока этого не произошло, и раз уж ты живёшь на моей территории, придётся подчиняться моим правилам, так что собирайся. Много не бери, возьми только самое необходимое, у Артура свой дом на побережье, там всё есть.

– Я не могу бросить академию, – привела последний аргумент, понимая, что без крыши над головой и средств к существованию я долго одна не протяну.

Если бы учебный год был в самом разгаре, я бы выкрутилась. На повышенную стипендию, что я получала, можно было прожить, но занятия в академии начинались только через три дня, и еры переведут лишь через месяц учёбы, да и с подработкой в последнее время стало туговато.

– Уже договорилась, тебя перевели, – убила меня мама. – Если тебе вдруг не захочется учиться на очном отделении, можешь перевестись на заочное.

– Спасибо, – буркнула, понимая, что выбора мне не оставили.

– Пользуйся, – в тон мне ответила она. – В шестнадцать ноль-ноль у нас вылет, такси приедет через час.

Мама захлопнула дверь моей комнаты со стороны коридора, тем самым давая понять, что разговор закончен.

Рухнув на кровать, как подкошенная, обхватила голову руками. Я не хотела уезжать из города, в котором родилась и выросла. Здесь у меня жили друзья, и именно тут, в Виноградовке, работал мой отец. Я планировала после окончания академии пойти по его стопам. Только кто меня спрашивал о том, что я хочу?

В принципе, я могла остаться здесь, в родном городе, и попросить друзей, Иришку с Жориком, приютить меня, и они бы приютили, но совесть не позволяла стеснять друзей, которые жили в малогабаритной квартире и сами периодически перебивались с хлеба на воду. А тут я – лишний рот.

«Нет, это не вариант. Придётся переезжать в другой город и сразу же искать работу. Эх, здесь-то у меня уже была подработка. Сан Саныч, папин друг, периодически подбрасывал мне работёнку, и в эти моменты я как никогда ощущала свою близость с отцом. А теперь у меня отберут и это».