Инволюция
Шрифт:
— Что ты тут забыла?
Голос неподалёку возвращает к реальности. Маска безразличия окутывает лицо Агаты. Приготовившись к неприятному разговору, Агата поворачивается.
— Что, и мимо пройти теперь нельзя?
Агата сразу узнаёт этот голос. Немного привстав, она выглядывает из-за крыш домиков. Три девушки в форме горничных окружили птичью леди. Коротышек в передниках совершенно не пугает немалый рост женщины. Растянутый полосатый свитер с подогнутыми рукавами и мятая юбка в пол болтаются на худом теле. Две цепочки из муляжного золота на шее не вяжутся с потёртыми кедами. Неужели Агате
— Тебе — нельзя, — одна из служанок властно взмахивает рукой. Судя по дорогим кольцам на руках, она главная.
— Проваливай отсюда, пернатая. И куриц своих забирай, — вторит другая с подносом в руках. На нём разложены тарелки с деликатесами.
— Глянь, во что вырядилась, — третья подталкивает лидершу локтем. — Я такими тряпками пол мыть не решилась бы.
Убедившись, что всё внимание горничных приковано к женщине, Агата начинает пробираться в глубь «кошачьего городка». Главное, чтобы её не выдали слоняющиеся четвероногие. Испугать котов и поднять шум ничего не стоит, а вот объяснять своё присутствие куда труднее. Проползая между домиками, она успела почерпнуть из ядовитых слов служанок, что для суеверных жителей Квартал Четвероногих по-особенному неприкосновенен, и таким, как странная женщина, быть здесь не положено.
«Проскочу по-тихому. Лишние расспросы мне ни к чему. Чем меньше людей меня видели, тем больше вероятность дожить до конца бури. Ещё и от этой курицы в очках избавлюсь. Класс», — прикидывает в голове Агата, прислушиваясь к разговорам за спиной.
Порой Агата осторожно выглядывает из-за черепичных крыш домиков, в душе надеясь, что никому из женщин не придёт в голову оглянуться. Странная леди в обиде поджимает губы, не произнося колкостей в ответ. Зато у презрительно улыбающихся служанок язык подвешен, как следует. Одна из них отваживается грубо оттолкнуть женщину, из-за чего та чуть не падает. Спасает налетевшая стая воронов. Крупные тушки мощными крыльями помогают хозяйке удержать равновесие.
Голоса за спиной становятся тише. Агата чувствует, как страх обнаружения постепенно растворяется.
— Таким, как ты, никогда не будет места среди нас!
Девушка останавливается.
— Изгоям место среди изгоев.
Она слышала это раньше.
— От твоего любопытства одни проблемы.
Кулаки сжимаются. Как странно. Даже голос чем-то похож. Дыхание перехватывает. Агата оборачивается. Главная горничная хватает цепочку на шее женщины и срывает её.
— Фальшивка, — презрительно оглядывая, протягивает она. Затем с неприязнью впирает взгляд в лицо непрошенной гостье. — Как и сама ты. Думаешь, мы поверим твоим благим намереньям? Не будь так наивна. Ты лучше нас знаешь, что скрывается за этой уродливой маской.
— И что же? — глухо отзывается женщина.
— Монстр.
Безапелляционный вердикт эхом проносится в голове Агаты. Внутренняя борьба умолкает. Выбор сделан. И нет пути назад.
— Прошу прощения за вторжение, мисс.
Толпа поворачивается к ней. Агата едва сдерживается, чтобы не засмеяться от того, как вытянулось лицо у женщины с воронами на плечах. «Даже рот открыла, вот умора».
— Ты ещё кто? Первый раз вижу, — недовольно протягивает главная.
— Я недавно переехала в
Агата быстро оглядывает собравшихся. Она не сильно вслушивалась в их перепалку, но достаточно поняла, в каком почёте здешние коты и кошки. Это может сыграть ей на руку.
— Я не знала, что покой этих… прелестных созданий ни в коем случае нельзя нарушать. Мисс, стоящая перед вами, лишь выполняла свой долг. Она как раз собиралась меня догнать и вывести отсюда. Простите нас за столь вульгарное появление. Мы сейчас же удалимся и больше не причиним вам хлопот.
Поджав губы, старшая служанка косится на нерадивых гостей.
— На будущее — это место предназначено только для кошачьего семейства и его верных слуг. Посторонним тут, — язвительный взгляд в сторону женщины, — ошиваться непростительно. Коты — светила нашего города и, в отличие от остальных псевдо-божков, откликаются на молитвы. Но не думай, что можешь вот так просто тревожить их. Сначала заслужи уважение и получи статус. А уже потом приползай сюда с подношениями. Ясно?
— Пренепременно, мисс. Итак, — Агата поворачивается к остолбеневшей женщине, — в путь. Не будем отвлекать занятых леди от их работы.
До пернатой особы не сразу доходит смысл слов. Спохватившись, она неуклюже переваливается к Агате. На секунду остановившись рядом с главной занудой, она быстро бросает:
— Чтоб ты знала, я никогда бы не стала без причины приходить на чужую территорию.
Женщина идёт за Агатой, оставив перешептывающихся сплетниц в одиночестве. Крошечные постройки вскоре остаются позади, сменяясь на волне обычные человеческие дома. Компания шествует в полном молчании. Поглядывая на запинающуюся о собственные шнурки женщину, Агата понемногу начинает жалеть, что вмешалась в чужую ссору. Походка у дамы несколько экстравагантная. Голова по-птичьи качается в такт телу, периодически склоняясь набок. Руки, будто сложенные крылья, полусогнуты.
— Вам обязательно наступать мне на пятки? — бурчит Агата, когда женщина, в очередной раз стараясь пристроиться поближе, оттаптывает вычищенные оксфорды.
— Простите, дорогуша. Понимаете, мои шнурки такие упрямые, что…
— Я вам не попутчик. Идите свой дорогой. Всего хорошего.
Агата ускоряет шаг. Огорчённая недружелюбным настроем женщина останавливается. «Видимо, работа мозга настолько утомляет, что даже не хватает энергии на ходьбу», — презрительно думает девушка. Насладиться покоем собственных мыслей не удаётся. Назойливая попутчица галопом нагоняет Агату.
— Вы такая грубая! — запыхавшись, выдает горе-бегун.
— Люди — хищники по натуре. Это раз. Мы на генетическом уровне полны злобы и агрессии. Это два. Оставьте меня в покое.
— Это уже, получается, три.
— Вы отнимаете моё время! — рявкает Агата.
Яростное карканье воронов заставляет её невольно вскинуть голову. Она уже и позабыла о птицах. Большая стая из двух десятков чёрных птиц летела прямо за ними. Огромные, с блестящими клювами и красными глазами, они изредка переговаривались между собой рваными голосами.