Инсула
Шрифт:
– Дядя Вано!
– Зураб!
– Еще одно тело в гостевой спальне.
– Никаких проблем, Зураб. Все под контролем, клянусь мамой. Бим-бом-буги, шашка в дамках. Как говаривал Ленин. – Повернувшись к остальным, он сказал начальственным тоном: – Мальчики, чего стали, знаете, небось, что делать надобно. Вперед. Аванти, так сказать. Анфан де ля патри.
– Я очень тебе благодарен, дядя Вано, – сообщил Зураб Кипиани.
– Да ничё. Мальчики, наберите простыней и одеял в какой-нибудь спальне.
Мальчики
И в этот момент в гостиной раздались шуршащие звуки, и вскоре превратились в единый монотонный гул. Мальчики стали озираться.
Вадик сказал Цицерону:
– Центральный кондиционер починили, наверное.
Дядя Вано спросил у Зураба Кипиани:
– А это что за ребята?
И указал на Цицерона, Вадика и Мими. Цицерон и Вадик почувствовали себя очень неловко, а Мими наоборот разглядывала дядю с почти веселым любопытством. Наверное, ее забавлял его вид.
– Это мои соседи. Друзья, – объяснил Зураб Кипиани.
– Твои друзья – они же мои друзья, Зураб. Понял, да? – Он сделал знак одному из мальчиков. – Поди сюда, Георги. Молодец. Я тебя помню, когда ты был вот таким. Загонишь грузовик в подвал. – Повернувшись к Зурабу, он спросил: – Там код какой-нибудь?
– Вот дистанционное управление.
Георги взял пульт и положил в карман.
Зураб вынул телефон и набрал номер.
– Евлалия? Привет. Все еще шатаешься по магазинам? Это хорошо. Слушай, Евлалия, походи еще, а? Покупай все, что хочешь, до усрачки. Лады? … Хорошо, пользуйся золотой картой. Да, разрешаю.
***
Светлана вошла в гостиную Либерманов, неся в руке длинную вилку с большой наколотой на нее тюфтелей.
– Мария! Мария! Анатолий! … Хмм. Куда все съебались? – посетовала она. – Жратва кончается.
Анатолий возник позади нее, в майке и шортах, и с кухонным ножом в горячей руке.
– Не ори, – сказал он. – Ты много орешь.
Светлана круто обернулась.
– Ух, напугал. … Ого! Ты чего, совсем охуел? Нож тебе зачем?
– Не волнуйся. Нож просто так. Мы с тобой сейчас поразвлекаемся чуток, ты да я. Я сегодня уезжаю.
Испуганная Светлана, мгновенно протрезвев, сказала, стараясь не показать, что испугана:
– Куда это ты уезжаешь?
– Домой в родную Татарию. К Гате Камскому. Он меня научит в шахматы играть, я давно собирался. Я бы взял тебя с собой, но у меня только один билет. Хотел два купить, да не на что. Ты ведь меня уволила только что. Так что время у нас с тобой ограничено, и следует его использовать с максимальной отдачей.
Светлана начала отступать задом. Анатолий следил за ее движениями.
– Ты красивый мужчина, Анатолий. Зачем тебе … зачем ты так? Я бы с удовольствием … сделала бы все, о чем ты попросишь … без этого…
– Заткни свою тупую пасть, сука. Твой муж хочет
Светлана кинулась бежать. Анатолий побежал следом.
Ворвавшись в кабинет Вадика, Светлана захлопнула дверь и щелкнула задвижкой. Отчаянно огляделась по сторонам. Взгляд остановился на антикварном телефоне на столе. Она ринулась к нему, схватила трубку. И не услышала гудка. Нет гудка. Нет и все тут. Она приподняла телефон – провода отсутствовали. Телефон декоративный.
Снаружи в дверь ударили ногой.
Еще раз оглядев обстановку, Светлана заприметила бронзовую кочергу в камине. Схватив ее, она произвела несколько тренировочных взмахов. Глаза ее остановились на двери.
Тишина.
Сделав два очень осторожных шага к двери, она снова остановилась, прислушалась.
Снова последовал удар в дверь ногой – и в этот раз дверь дала трещину посередине. Еще больше пугаясь, Светлана заскулила, заозиралась, побежала обратно к столу, бросила на него кочергу, открыла один ящик. Открыла следующий.
Еще один удар ногой в дверь.
Светлана открыла следующий ящик и увидела то, что искала – автоматический пистолет. И схватила его.
Еще удар.
Держа пистолет обеими руками, Светлана прицелилась в дверь. И нажала на спуск. И ничего не произошло. Она всегда была папенькина дочка, принцесса, любимая и капризная, и никакие пистолеты никогда ее не интересовали. Не принцессино это дело. Ну и вот.
Светлана запаниковала, снова заскулила. Скуля, она начала изучать пистолет, поворачивая дуло туда, сюда, и даже один раз между глаз себе самой. Держа пистолет одной рукой, она стукнула по нему другой, надеясь, видимо, что это действие вернет на место какой-нибудь контакт или полупроводник, который, наверное, отошел от – черт его знает – клеммы какой-нибудь. Расконтачился. Она снова прицелилась в середину двери и снова нажала на спуск. Ничего.
Последовал еще один удар ногой – и удар этот снес дверь с петель, и она упала на пол плашмя, с грохотом. Светлана вскрикнула и навела пистолет на Анатолия.
– Не подходи. Я буду стрелять. Клянусь. Что ты сделал с Марией?
– Не беспокойся по поводу Марии. Мария получила то, что ей причиталось.
– Хуан, умоляю тебя…
Она начала отступать к двери, ведущей в смежную с кабинетом ванную комнату. Открыла дверь спиной. Человек в черном, ждавший в ванной комнате, взял голову Светланы в захват и свернул ей шею. Светлана осела на пол. Человек в черном наклонился и поднял пистолет. И снял его с предохранителя.
Умелец Анатолий уставился на пистолет – с опаской.