Чтение онлайн

Терман, как курица-наседка, до конца жизни не спускал глаз со своих подопечных. Он отслеживал их жизненный путь, тестиро­вал, измерял и анализировал, отмечал академические достижения, следил за развитием семейных отношений, собирал сведения обо всех болезнях, фиксировал состояние психологического здоровья, прилежно документировал любое повышение по службе и смену работы. Он писал для своих питомцев рекомендательные письма для устройства на работу и поступления в аспирантуру. Он непре­рывно консультировал их и все, происходившее с ними, фиксировал в толстых красных тетрадях, озаглавленных «Генетическое изучение гениев». Терман стал настоящей знаменитостью. (По крайней мере, в той степени, в какой может стать знаменитостью низкорослый сутулый очкарик-психолог.) Его беспрерывно

цитировали в прессе и приглашали на радиошоу, а он использовал популярность для того, чтобы лишний раз привести доказательства своей теории, произвед­шей в то время эффект разорвавшейся бомбы: интеллект человека измеряется с такой же точностью, как и рост, а полученные показа­ния дают возможность прогнозировать его будущие достижения.

«В человеке нет ничего важнее уровня его интеллекта, кроме разве что нравственности», — сказал однажды Терман. Он был убежден в том, что именно люди с высоким IQ «способны двигать вперед науку, искусство, образование, государственное управление и социальное благополучие в целом». По мере взросления испы­туемых Терман собирал новые сведения об их достижениях. Когда его подопечные еще учились в средней школе, он с воодушевле­нием писал: «Прочтите любую газетную статью, рассказывающую о каком-либо конкурсе, который проводился в Калифорнии, и в списке победителей вы обязательно увидите фамилии одного или нескольких членов нашей талантливой группы». Он предлагал ли­тературным критикам сравнить образцы литературных произведе­ний своих творчески одаренных подопечных с ранними работами известных писателей. И те не могли отыскать никаких различий. Все признаки указывали на группу с потенциалом «героического характера». Терман был уверен в том, что термитам уготовано стать будущей элитой Соединенных Штатов.

Но подобное суждение не совсем корректно. Терман допустил ошибку. Он ошибался насчет своих термитов, и, доведись ему повстре­чаться с юным Крисом Ланганом, в 16 лет штудирующим «Основания математики», он — по той же самой причине — ошибся бы снова. Терман не учитывал того, что талант требует благоприятных возмож­ностей, что происхождение имеет не меньшее значение, чем способ­ности. Более того, Терман извратил элемент «таланта» в уравнении успеха — и эту ошибку мы продолжаем совершать по сию пору.

3

Один из наиболее популярных тестов оценки интеллекта носит на­звание «прогрессивные матрицы Равена». Он не требует языковых навыков или специальных знаний, поскольку измеряет способности к абстрактному мышлению. Типичный тест Равена состоит из 48 за­даний, и каждое последующее сложнее предыдущего. IQ рассчиты­вается, исходя из количества правильно выполненных заданий.

Вот типичный вопрос, часто включаемый в тест Равена.

Уловили суть? Думаю, большинство разобралось, что к чему. Пра­вильный ответ С. А теперь еще один вопрос. Самый последний и самый сложный в тесте.

Правильный ответ А. Но должен признаться, я не смог на него отве­тить, полагаю, как и большинство читателей. Правда, Крис Лантан, скорее всего, дал бы правильный ответ: когда мы говорим о людях с блестящим умом, то имеем в виду, что такие задания они щелкают как орехи.

Для установления взаимосвязи между результатами IQ-теста вроде матриц Равена и жизненным успехом были проведены много­численные исследования. Люди с показателями в нижней части шкалы, ниже 70 баллов, считаются умственно несостоятельными. Средний показатель — 100 баллов; примерно столько нужно на­брать для поступления в колледж. Для сдачи довольно сложных экзаменов в аспирантуру вам придется набрать по меньшей мере баллов 115. В общем и целом, чем выше коэффициент, тем больше вы будете учиться, тем, вероятно, больше денег будете зарабатывать и — хотите верьте, хотите нет — дольше проживете.

«Доказано,

что человек с IQ в 170 соображает все-таки лучше, чем человек с IQ в 70, — писал британский психолог Лайам Хадсон. — Это верно и тогда, когда сравниваются более близкие числа, скажем, IQ в 100 и 130. Но при сравнении людей с высоким коэффи­циентом интеллекта это правило теряет свою силу… Состоявшийся ученый с IQ в 130 имеет такой же шанс получить Нобелевскую пре­мию, как и ученый с IQ в 180».

Другими словами, по мнению Хадсона, значение IQ равно­сильно значению роста в баскетболе. Разве у человека ростом 167 см есть реальная перспектива стать профессиональным игроком? Нет. Чтобы хотя бы задумываться о карьере профессионального баскет­болиста, нужно иметь рост не менее 183 или 185 см. А при прочих равных условиях 187 см лучше 185 см и 189 см лучше 187 см. Но после определенного уровня сантиметры уже перестают играть существенную роль. Баскетболист ростом в 203 см не является по умолчанию лучшим игроком, чем тот, кто ниже его на несколько сантиметров. (В конце концов, рост Майкла Джордана, величай­шего игрока всех времен, равнялся 198 см.) Баскетболисту нужно лишь быть достаточно высоким — то же самое относится и к ин­теллекту.

В телешоу «Один против ста» сообщалось, что коэффициент умственного развития Эйнштейна равнялся 150, а Лангана — 195. То есть его IQ на 30% выше IQ Эйнштейна, но никто при этом не со­бирается утверждать, что Ланган на 30% умнее великого ученого. Это же просто смешно. Можно лишь сказать, что в объективно сложных областях, таких как, например, физика, они оба, вне всяких сомне­ний, достаточно умны.

Однако идея о том, что IQ имеет некую пороговую величину, противоречит нашим убеждениям. Мы привыкли полагать, будто, скажем, лауреаты Нобелевской премии обладают самым высоким интеллектом, какой только возможен; будто они набирали макси­мальное количество баллов на вступительных экзаменах в колледж, выигрывали все мыслимые стипендии и демонстрировали в средней школе такие блестящие таланты, что за ними охотились самые пре­стижные университеты страны.

Но давайте взглянем на список университетов, которые окон­чили последние 25 американских лауреатов Нобелевской премии по медицине:

Антиохский колледж

Университет Брауна

Калифорнийский университет, Беркли

Вашингтонский университет

Колумбийский университет

Технологический институт Кейса

Массачусетский технологический институт

Калифорнийский технологический институт

Гарвардский университет

Колледж Гамильтона

Колумбийский университет

Университет Северной Каролины

Университет Де По

Пенсильванский университет

Миннесотский университет

Университет Нотр-Дам

Университет Джонса Хопкинса

Йельский университет

Юнионский колледж, Кентукки

Иллинойский университет

Техасский университет

Колледж Святого Креста

Колледж Амхерста

Геттисбергский колледж

Колледж Хантера

Никто не станет утверждать, что в этом списке представлены самые лучшие высшие учебные заведения Америки. Конечно, здесь есть Йельский и Колумбийский университеты и Массачусетский технологический институт. Но есть и колледж Святого Креста, и

Геттисбергский колледж, и Университет Де По. То есть это список просто хороших учебных заведений.

Ниже представлен список высших учебных заведений, которые окончили 25 последних американских лауреатов Нобелевской пре­мии по химии:

Городской колледж Нью-Йорка Городской колледж Нью-Йорка Стэнфордский университет Дейтонский университет, Огайо Колледж Роллинса, Флорида Массачусетский технологический институт Гринеллский колледж

Массачусетский технологический институт Университет Макгилла Технологический институт Джорджии Методистский университет Огайо Университет Раиса Колледж Хоупа Университет Бригхэма Янга Торонтский университет Небрасский университет Дартмутский колледж Гарвардский университет Колледж Бэриа Аугсбургский колледж Массачусетский университет Университет штата Вашингтон Флоридский университет Калифорнийский университет, Риверсайд Гарвардский университет