Имя ветра
Шрифт:
— Однако, — она держала напиток Вилема так, чтобы он не мог дотянуться, — он не заплатил за то, чтобы пощипать меня за задницу. — Она посмотрела на каждого из нас. — Я верю, что вы трое уплатите этот долг, прежде чем уйдете.
Сим пробормотал извинения:
— Он… не имел в виду… В его культуре такие вещи вполне обычны.
Служанка закатила глаза, но слегка смягчилась.
— А в нашей культуре хорошие чаевые служат прекрасным извинением.
Она
Мы смотрели, как она идет, и каждый думал о чем-то своем.
— Я заметил, Совой вернул свои кольца, — наконец сказал я.
— Он прошлым вечером сыграл великолепную партию в бассат, — объяснил Симмон. — Сделал шесть дублей в ряд и сорвал банк.
— За Совоя, — поднял кружку Вилем. — Пусть удача несет ему продолжение учебы, а нам выпивку.
Мы чокнулись и выпили, затем Вил опять вернул нас к насущным вопросам.
— Это оставляет тебе Килвина и Элксу Дала.
Он показал два пальца.
— А что Элодин? — прервал его я.
Друзья непонимающе посмотрели на меня.
— А что он? — спросил Симмон.
— Он выглядит вполне симпатично, — сказал я. — Разве я не могу учиться у него?
Симмон расхохотался, Вилем ухмыльнулся.
— В чем дело? — спросил я.
— Элодин ничему не учит, — объяснил Сим. — Разве что «углубленному сумасшествию».
— Но он должен чему-нибудь да учить, — запротестовал я. — Он ведь магистр, разве нет?
— Сим прав. Элодин чпокнутый. — Вил постучал пальцем по виску.
— Чокнутый, — поправил Симмон.
— Чокнутый, — повторил Вил.
— Ну, он выглядит слегка… странным, — признал я.
— Ты действительно быстро все схватываешь, — сухо заметил Вилем. — Неудивительно, что ты попал в арканум в столь юном возрасте.
— Да расслабься, Вил, он здесь всего оборот. — Симмон повернулся ко мне. — Элодин был ректором около пяти лет назад.
— Элодин? — Я не мог скрыть удивления. — Но он такой молодой и…
Я умолк, не желая произносить слово, первым пришедшее на ум: «сумасшедший».
Симмон закончил мое предложение:
— …гениальный. Не такой уж и молодой, если учесть, что он был принят в Университет, когда ему едва исполнилось четырнадцать. — Симмон посмотрел на меня. — Он стал полным арканистом к восемнадцати. Потом остался здесь на несколько лет гиллером.
— Гиллером? — перебил я.
— Гиллеры — это арканисты, которые остаются в Университете, — сказал Вил. — Они-то по большей части и учат. Ты знаешь Каммара из артной?
Я покачал головой.
—
Я мрачно кивнул: Каммара было трудно не заметить. Левая сторона его лица представляла собой сеть шрамов, расходившихся по его черным волосам и бороде, оставляя голые полосы. Поверх дырки на месте левого глаза Каммар носил повязку. Он был ходячим уроком по важной теме, как опасно бывает работать в артной.
— Я его видел. Он полный арканист?
Вил кивнул.
— Он заместитель Килвина. Преподает сигалдри новым студентам.
Сим кашлянул.
— Как я уже говорил, Элодин был самым молодым студентом, принятым в Университет, самым молодым арканистом и самым молодым ректором.
— Даже при этом, — сказал я, — придется признать, что он немного странный, чтобы быть ректором.
— Не тогда, — мрачно сказал Симмон. — Не до того, как это случилось.
Когда ничего больше не последовало, я спросил:
— Это?
Вил пожал плечами:
— Что-то случилось. Но об этом не говорят. Его заперли в Череповке и держали там, пока он не собрал большую часть шариков обратно.
— Не хочу об этом думать, — сказал Симмон, беспокойно ерзая на стуле. — Один-два студента сходят с ума каждую четверть. — Он посмотрел на Вилема, — Помнишь Слинта? — Вил мрачно кивнул. — Это может случиться с любым из нас.
Наступила тишина, пока оба они пили, глядя в пространство. Я хотел узнать все подробнее, но вопрос был явно больной.
— На самом деле, — тихо сказал Сим, — я слышал, что его не выпускали из Череповки. Я слышал, он сбежал.
— Ни один стоящий арканист не будет сидеть в камере, — сказал я. — Это неудивительно.
— А ты там когда-нибудь был? — спросил Симмон. — Она построена специально для того, чтобы держать арканистов под замком. Вся из сетчатого камня, стража у дверей и окон. — Он потряс головой. — Я не представляю, как оттуда можно выбраться, даже магистру.
— Все это в стороне от темы, — твердо сказал Вилем, возвращая нас к разговору о магистрах. — Килвин позвал тебя в артную. Произвести на него впечатление — твой лучший шанс стать ре'ларом. — Он посмотрел на меня и на Симмона. — Согласны?
— Согласен, — сказал Симмон.
Я кивнул, но колесики в моей голове продолжали крутиться. Я думал о Таборлине Великом, который знал имена всех вещей. Я думал о легендах, рассказанных Скарпи в Тарбеане. Он не упоминал арканистов, только именователей.