Чтение онлайн

Я полон унылых, бесцельных мечтаний,

Бесплодны порывы мои!..

Ничто не излечит сердечных страданий

В минуты безмолвной тоски...

Все те же знакомые пристани, лоно

Загрезивших, тихих прудов,

Где лебеди дремлют на глади затона

Под шепот унылых часов!..

Окрестные мельницы тяжко вздымают

Промокшие крылья свои,

И кажется, будто они раздробляют

Мгновенья безмолвной тоски.

(Посвящ.

Как грустно средь комнат с душою разбитой

В час сумерек бледных!.. Кругом

Разлили цветы аромат ядовитый,

И розы пылают огнем.

Старинное зеркало в зале тускнеет,

Обвито венком золотым,

И много в таинственном сумраке веет

Паров, ускользая, как дым.

Кто должен сегодня расстаться с землею?..

Где траур и где заговор?..

И день убегает пред грозною тьмою,

И звезд зажигается хор...

Лампады повсюду, как звезды, мерцают;

Но тени сгустились кругом,

Как небо неверны, они ускользают

И кровь проливают ручьем!

Как страшно! от ужаса тени бледнеют,

В их сердце мучительный яд,

Как купы растений, они зеленеют.

Смертельный разлив аромат...

Так часто унылые сумерек тени

В нас душу больную томят

И, к жизни бесцельной рождая презренье,

Недоброе дело творят!

(Посвящ. И. А. Астафьеву)

Вы, души нежные, в истоме полугрезы

И сладком забытьи обретшие покой,

Средь мертвых городов, заснувших над рекой,

Вы тихо реете вдали от скучной прозы,

Вы, сестры милые моей души больной!..

Вас ранит каждый звук, вы жаждете молчанья,

Как жаждут подвига, вы можете любить

Лишь то, что не было, но что могло бы быть!..

Елей — вам питие, причастие — питанье,

Вся ваша молодость была одно мечтанье

О чудных странствиях к великим городам,

Вы, чей безгрешный сон мечтою прихотливой

Скользя над гладью вод, восходит к небесам,

Тех вод, что под луной дорогой молчаливой

Мой дух измученный влекут с собой к мечтам!..

И вы, затворницы, чьи души вечно юны,—

Вы — нежные цветы и сладостные струны,

О девы чистые, затворницы святые!

Чья жизнь от ранних лет уж небу отдана!..

Вы, что обвеяны хвалами в честь Марии

И песнопением; (так вкруг веретена

Повита нежной шерсти пелена)!..

И вы, монахини, что с робостью сердечной,

Покуда тянется ряд четок бесконечный,

Где дышит тихою прохладой церкви тень,

Молитвы шепчете без

Да, все вы — сестры мне, в повязках белоснежных

Вы ликам ангелов подобны неземным!..

Я к вам стремлюсь душой, моей душе родным!..

Как много прелести в именованиях нежных,

В движениях медленных, в одеждах, в складках их!..

И сладко верить мне порой среди мечтанья,

Что все вы — сестры мне, что наша мать — Молчанье!.

Как символ горести в часы невзгоды злой,

Железный сундучок хранит моя родная,

От всех в своем шкафу старательно скрывая.

Всего два раза он раскрылся предо мной!

Он мрачен и тяжел, он гроб напоминает,

Он предков волосы таинственно хранит,

И запах ладана вокруг него разлит,

Когда с молитвой мать те волосы лобзает...

Когда моих сестер не стало, растворился

Заветный сундучок, и нежный шелк кудрей,

Слезой омоченный, навеки в нем сокрылся...

Две прядки — два звена расторгнутых цепей!..

Когда последний час пробьет, и ты, родная,

Расстанешься со мной, и прядь твоих волос

Я в сундучок замкну, слезами орошая,

О, если б шелк ее уж серебрил мороз!

О Боже! Ты ведаешь эти терзанья!

Прими же от бедного сына дары, —

Поблекший венок в тихий час расставанья,

Земли и горячего солнца созданье

Кладу я над телом сестры!

О, Боже! Ты видишь мое изнуренье!..

Луна побледнела, мрак ночи — черней...

О, Боже! луч славы бессмертной пролей

На бедное уединенье,

Дай луч благодати Твоей!..

О Боже! открой мне святые пути,

Изнывшую душу мою просвети!

Ты ведаешь, этих восторгов страданье —

Последней травы надо льдом увяданье!

Мне пучина ночных сновидений

Так страшна, так страшна!

Глубина сновидений полна,

Как и сердце, луны отражений!..

Камыши там трепещут тоскливо

Над немым отраженьем теней,

Стройных пальм, роз и бледных лилей

Тени плачут над влагой ленивой.

Угасает закат отраженный,

Опадают цветы без следа,

Чтоб исчезнуть в воде полусонной

Навсегда, навсегда!

Жили-были три красные девицы.

Все три родные сестрицы,

Все три веселые, молодые,

У всех на кудрях венцы золотые.

И наскучила им девичья доля,