Чтение онлайн

Не разбирая дороги, они бросились к вертушке. Едва над тайгой затих рокот вертолетного двигателя, как из-за деревьев осторожно вышел Владимир. Оглядевшись, он засмеялся, подбросил на ладони комок земли и с удовольствием залепил его в каменный скальный бок. Потом залез в расщелину и посмотрел на маленький лоскуток неба над головой.

— Ищите, — сказал он злорадно, — попутного вам ветра. В задницу.

Киев —

каштаны, Астрахань — арбузы, Владивосток — ветры. Занудные, беспрестанные, дующие круглый год, летом и зимой, днем и ночью. Влажные, морозно-обжигающие, асфальтно-удушливые. Вначале на них не обращаешь внимания, потом они начинают бесить своим тупым упорством, а в итоге становятся такой же привычной реальностью, как сопки и море.

Они поселились в общежитии — типичной серой девятиэтажке в ряду многих. Этажи, когда-то заполняемые студенческой братией, теперь были отданы более солидным в денежном отношении постояльцам — китайцам. Все на одно лицо, они как тараканы сновали по коридорам, волоча за собой неподъемные баулы с ширпотребом. Затеряться в этой толпе было проще простого.

Их номер располагался в конце коридора — маленькая, три на три, комнатка с двумя кроватями, столом и холодильником. Окно странной формы — узкий, положенный на бок прямоугольник, высоко поднятый над полом. И постоянное дребезжание металлической крыши киоска под окном. В первую ночь и Вартан, и Гульнара долго не могли заснуть.

— Пап, мы здесь навсегда? — спросила дочь.

Вартан молча смотрел в темноту. Неприятное слово — навсегда. Громоздкое и неприступное, как скала на пути. Безысходности и печали в нем — как в древней танке:

Время слизало ступени древних дворцов, Запах твоих волос ветер в вечность унес.

Нет! «Навсегда», «никогда» и «навечно» — это не для него. Вартан очнулся от раздумий и ответил:

— Мы здесь проездом. Завтра едем дальше.

Гульнара уснула, а он еще долго сидел, вычерчивая при свете ночника на листе бумаги схемы, что-то вычисляя и сопоставляя полученные результаты.

Наутро они поехали в аэропорт. Плыть на корабле было бы, конечно, безопаснее, но драгоценное время так легко уходит. Вартан решил, что если мысль искать беглецов на Камчатке и придет Хозяину, то не сразу, и к тому времени единственный опасный участок пути — Владивосток — Петропавловск-Камчатский — будет пройден.

К десяти утра к стойке регистрации билетов подошли двое — седой сгорбленный старик и молодой красивый парень в длинном пиджаке. Дежурный мельком проверил паспорта, взвесил багаж и махнул рукой — проходите на посадку.

Народу в «ТУ-134» было от силы человек десять. Вартан внимательно осмотрел всех попутчиков, отметил двух скуластых мужчин и подумал, что затея с переодеванием была не лишней — может,

просто пассажиры, а может, и люди Хозяина. Сколько их сейчас на Камчатке, знает только он сам.

Под крыльями лайнера разбежалась на все четыре стороны океанская гладь. Океана Вартан не видел никогда, и ровная синяя равнина не показалась ему достойной тех охов и ахов, которые посвятили ей миллионы людей. Пустыня красивее. Может, в бурю океан хорош?

— Пап, — сказала дочь, мучаясь в неудобном, на два размера больше положенного, костюме. — Пап, можно, я вату выплюну? А то мне ее проглотить хочется.

— Нельзя, — так же тихо сказал Вартан. — На два часа ты — мой сын. Терпи. Из Петропавловска полетишь уже девчонкой.

— Куда? — округлила глаза Гульнара. — Мы и так с тобой уже на краю света.

— У земли нет края. Мы просто движемся по кругу. А летим мы с тобой за счастьем — теми его составляющими, которые можно купить за деньги.

— Дом, машины и красивая одежда?

— Безопасность, образование и здоровье.

— На это нужно много денег, — вздохнула Гульнара.

Вартан скупо улыбнулся:

— Не забивай себе голову ненужными проблемами. Это забота мужчины.

Совершив посадку в Елизово, самолет подрулил к зданию аэропорта. Проходя в стеклянную дверь, Вартан обернулся. На дальнем краю взлетного поля стоял ряд больших военных «извозчиков». Из люка одного из них транспортер выволакивал несколько ящиков.

— Мы поедем в город? — спросила Гульнара.

— Нет, мы летим прямо сейчас. Пойдем, переоденемся.

Через полчаса Вартан стоял около окошечка с надписью «Бюро воздушных путешествий». Окошечко было закрыто, но из-за дверцы доносились мужские голоса. Вартан постучал.

— Не работаем, — откликнулись на стук.

Не желая разговаривать через стену, Вартан распахнул незапертую дверь комнаты и очутился в облаках табачного дыма. За столом мирно пили пиво с крабами два летуна. Появлению Вартана они не удивились, только один слегка поморщился.

— Бюро не работает в связи с отсутствием клиентуры, — сказал он дежурным тоном. — Табличка старая, не успели снять. — И, считая свою миссию выполненной, потянулся к кружке.

Как следует вести себя в таких случаях, Вартан знал. Он лениво вытащил из кармана пачку долларов и молча стал пересчитывать их, изредка мусоля пальцы.

На лице одного из пилотов появилось выражение крайней озабоченности.

— Горючка есть? — спросил он у напарника.

— Так… это найдем, — сказал тот, не отрывая взгляд от денег.

— Бюро воздушных путешествий открывается, — торжественно провозгласил летун. — Куда летим, шеф? Ознакомительный облет города? Желаете полюбоваться Авачинской сопкой? Тремя Братьями?

— Хочу своей девочке камчатскую тайгу показать, — сказал Вартан. — Медведи, белые лебеди, красная рыба.