Иллюзии
Шрифт:
Теперь ее воображение не возвращалось к смелым людям границы и бандитам, которые верхом на лошадях пробирались через горы и глубокие ущелья.
Давно уже все было по-другому, жизнь стала бесцветной и неинтересной, и ничто не обещало изменений в будущем.
Джинни вновь вернула себя в сегодняшний день и увидела, что уже больше десятка шахтерских жен столпились у входа. Еще давно, когда она ездила на школьном автобусе в Белл Фурш, проезжая это место, она и тогда видела толпившихся здесь женщин.
Неожиданно подумалось, неужели эти женщины так же несчастны, как и она? Джинни
Лаки Нуджет был одним из крупных золотых приисков в западном полушарии. Это богатейшее месторождение золотой руды было обнаружено среди холмов в 1876 году военной экспедицией под командованием генерала Кустера. Сейчас, почти сто лет спустя, минеры проделали глубокие шахты, которые уходили на восемь тысяч футов в глубь земли. Где раньше использовались кирки и лопаты, сейчас работали отбойные молотки. Раньше вся руда выбиралась вручную, сейчас же все делали машины. Были построены десятки помещений для обработки и сортировки руды. Но, несмотря на все это, по-прежнему приходилось выбирать шесть-семь тонн руды, чтобы получить не более унции желтого Металла.
С тех пор, как была найдена первая жила, доход от этого прииска составлял сотни миллионов долларов золотом. Однако рабочие, подобные Перри Делайе, за свой тяжелый и изнурительный труд получали на руки не более ста пятидесяти долларов в неделю.
Не было никакого разнообразия в жизни Джинни: похожие один на другой дни монотонно следовали друг за другом, но надежда на лучшее ее не покидала.
– На днях я видела твою маленькую дочку, Джинни... Она прехорошенькая, – сказала жена Элмера Хоукинса, Грейс.
– Спасибо, Грейс... Как сегодня твоя рука? Немного лучше?
– Да-да. Доктор Морис обещал, что к пятнице, к танцевальному конкурсу, все пройдет. Я купила себе новое платье. А ты? Будешь в своем зеленом, из атласа?
– Я переделала его... Я изменила фасон, и теперь оно выглядит, как новое.
Женщины замолчали, как только показался первый шахтер, уставший и изнуренный тяжелым трудом. Он на ходу снимал наушники, защищавшие его от страшного грохота отбойных молотков. Вслед за ним вышли и другие шахтеры, такие же уставшие и понурые. Среди них был и Перри в своей старой шотландской клетчатой куртке и рабочих брюках. Девять лет тяжелого труда наложили отпечаток на его облик, стирая все то, чем когда-то восхищалась Джинни.
– Привет, Перри, я здесь! – позвала она. Он подошел и небрежно поцеловал ее.
– Что на ленч? Я голоден!
– Мясо... давай сядем в машину.
– Опять мясо? Разве я не сказал, что мне хочется жареного цыпленка?
– У меня не было цыпленка. Я куплю и приготовлю его на ужин, хорошо? – сказала она. – Еще я принесла овощной салат и яблочный пирог. Не пойти ли нам вечером в город? Можно было бы зайти в кино. Мы так давно никуда не ходили...
– Не могу, – произнес он, прожевывая мясо. – Мы договорились встретиться с Джеком и Элмером после ужина...
– Опять? – Это означало, что вот уже который вечер ей снова придется оставаться одной с Вилли. – А ты не можешь отказать им? Ты с ними бываешь больше, чем со мной...
– Брось, Джинни. Ты моя жена,
Она не ответила, но больше всего на свете ей хотелось остаться сейчас одной.
После того, как она выкупала и уложила в постель Вилли, уже ночью, Джинни размышляла о том, как бы ей изменить свою жизнь, чтобы она стала более динамичной, целенаправленной и радостной, перестала быть пассивным ожиданием старости и звания бабушки. Она пыталась найти какой-то выход, но ничего дельного на ум не приходило. Кто, кроме нее самой, мог помочь ей?
Она отгладила свое зеленое атласное платье. Благодаря со вкусом подобранной, блестящей отделке, оно выглядело совсем не таким, как прежде. Повесив его в шкаф, Джинни вернулась в спальню со старым журналом „Серебряный экран“ в руках. С глянцевых страниц журнала на нее смотрели женщины, улыбающиеся и счастливые. И она спрашивала себя, действительно ли они такие счастливые, какими кажутся.
Ее личное счастье было кратковременным. Оно было связано с Перри Делайе, самым популярным мальчиком в младших классах. Джинни была очень талантливой. Она прекрасно кроила и шила, обладала большим вкусом, мечтала стать известным модельером. Но после того, как они с Перри обручились, ей пришлось расстаться со своей мечтой.
Перри стремился закончить физкультурный колледж. Он надеялся в колледже получить спортивный разряд. Его мечтой было стать учителем физкультуры или спортивным тренером. Но разряда он так и не получил. Затем решил поступить в университет, но и из этой затеи ничего не вышло. Тогда, последовав примеру своего отца и деда, он пошел на прииск Лаки Нуджет.
Тогда Джинни была рада тому, что Перри отказался от мысли учиться дальше. Она боялась, что за четыре года, проведенные вне дома, он сможет встретить и полюбить другую. Но об этом она ему никогда не говорила. И была бесконечно счастлива, когда он сделал ей предложение, и они назначили день свадьбы как раз через неделю после того, как она окончила школу.
На свой первый заработок Перри купил участок земли недалеко от Спирфиш с тем, чтобы своими собственными руками построить на нем дом. В конце каждого восьмичасового рабочего дня и все уик-энды он усердно трудился. Джинни всегда была рядом с ним и подбадривала его так же, как на футбольном матче в высшей школе.
Дом, а скорее всего хижина, была закончена в последнюю неделю мая. За день до свадьбы они, накупив продуктов, набили ими холодильник и заполнили комнату букетами чудесных полевых цветов. Они с трепетом ждали своего медового месяца.
О лучшем медовом месяце Джинни и не мечтала. Они с Перри были похожи на двух вырвавшихся на волю птенцов. Они подолгу гуляли в лесу, плавали обнаженными в чистой, голубой и холодной реке и ежеминутно клялись друг другу в любви.
Месяц пролетел мгновенно. Перри вышел на работу, а Джинни приступила к выполнению обязанностей жены. Поначалу ей нравилась их уютная маленькая хижина. Джинни прочитывала все местные журналы и следовала их советам по ведению хозяйства, пользуясь кулинарными рецептами, которые они предлагали.