Чтение онлайн

Став в стороне от костра, он русые волосы срезал,

С детства растимые им для бога речного Сперхея,

На винночерное море взглянул и промолвил сердито:

"Тщетно, Сперхей, обрекался, моляся тебе, мой родитель,

145 Если назад ворочусь я в отчизну мою дорогую,

Волосы срезать мои и тебе принести с гекатомбой:

Нехолощеных баранов заклать пятьдесят, чтобы кровь их

Пала в ключи на участке твоем с алтарем благовонным.

Так

тебя старец молил. Но не исполнил ты просьбы!

150 Нынче же, раз не вернусь я уж в милую землю родную,

Волосы дам унести я с собою Патроклу герою".

Так он сказал и вложил товарищу милому в руки

Кудри свои. И у всех появилось желание плакать.

Скорбью объятых покинуло б их заходящее солнце,

155 Не подойди Ахиллес к Агамемнону с речью такою:

"Сын Атрея! Твои приказанья исполнят скорее

Мужи ахейские. Плачем пора бы уж сердце насытить.

Пусть от костра разойдутся. Скажи, чтоб готовили ужин.

Мы же, которые более всех об умершем горюем,

160 Сделаем все, что потребно. Вожди пусть останутся с нами".

Только что это услышал владыка мужей Агамемнон,

Тотчас народ отослал обратно к судам равнобоким.

Те лишь остались, кто должен участвовать был в погребенье.

Сруб они вывели в сотню ступней шириной и длиною,

165 И на вершину его мертвеца положили, печалясь.

Много и жирных овец, и тяжелых быков криворогих,

Перед костром заколов, ободрали. И, срезавши жир с них,

Тело Патрокла кругом обложил Ахиллес этим жиром

От головы до ступней; на костер побросал он и туши.

170 Там же расставил сосуды двуручные с маслом и медом,

К ложу их прислонив. Четырех лошадей крепкошеих

С силою бросил в костер, стеная глубоко и тяжко.

Девять собак у стола Ахиллеса владыки кормилось;

Двух из них заколол Ахиллес и туда же забросил;

175 Также двенадцать отважных сынов благородных троянцев

Острою медью зарезал, свершив нехорошее дело.

Силе железной огня пастись на костре предоставил,

И зарыдал, и товарища звать принялся дорогого:

"Радуйся, милый Патрокл, хотя бив жилищах Аида!

180 Делаю все для тебя, что раньше тебе обещал я!

Целых двенадцать отважных сынов благородных троянцев

Вместе с тобою, Менетиев сын, огонь пожирает.

Гектора ж я не огню, а собакам отдам на съеденье!"

Так грозил Ахиллес. Но Гектора псы не касались.

185 Псов отгоняла от тела Зевесова дочь Афродита

Денно и нощно, и труп амвросическим розовым маслом

Мазала, чтоб Ахиллес, волоча, не уродовал тела.

Черное

облако Феб-Аполлон распростер над умершим

С неба до самой земли и покрыл им такое пространство,

190 Сколько мертвец занимал, чтоб от силы палящего солнца

Раньше поры в сухожильях и членах не высохло тело.

Не разгорался однако костер над умершим Патроклом.

Тут придумал другое в уме Ахиллес быстроногий:

Встав в стороне от костра, двум ветрам принес он молитву, -

195 Ветру Борею и ветру Зефиру. Прекрасные жертвы

Им обещал. И молил, возлиянья творя золотою

Чашей, скорей прилететь, чтобы трупы на срубе сгорели

И чтоб дрова запылали. Молитву Пелида услышав,

Вестницей быстрой помчалась Ирида к божественным ветрам.

200 Все они, в доме собравшись несущего бурю Зефира,

Весело в нем пировали. На каменном стала пороге,

К ним подбежавши, Ирида. Как только ее увидали,

С места вскочили они, и к себе приглашал ее каждый.

Сесть отказалась, однако, Ирида и так им сказала:

205 "Не до сидения мне! Я спешу к океанским теченьям

В край эфиопов, где вечно живущим богам гекатомбы

Будут они приносить; и я пировать там хотела б.

Шумного просит Зефира с Бореем Пелид быстроногий

В стан прилететь аргивян, обещая прекрасные жертвы.

210 Чтобы палящий огонь вы раздули в костре, на который

Мертвый положен Патрокл; о нем все ахейцы горюют".

Так сказав, удалилась Ирида. Они поднялися,

С шумом ужасным помчались, гоня облака пред собою.

Дуя неистово, моря достигли. От бури свистящей

215 Вздыбились волны. Они прилетели в троянскую землю,

В тлевший ударили сруб, и взвилося шумящее пламя.

Ночь напролет они вместе на пламя костра налетали,

Дуя со свистом. И ночь напролет Ахиллес быстроногий,

Из золотого кратера двуручного черпая чашей,

220 Землю вином поливал, и земля от вина увлажнялась.

Звал при этом душу он Патрокла друга.

Как горюет над сыном отец, его кости сжигая, -

Тяжкое горе принесшим родителям смертью до брака,

Так над другом Пелид горевал, его кости сжигая.

225 Медленным шагом, глубоко вздыхая, костер обходил он.

Уже взошел Зареносец, земле возвещая о свете,

Следом в платье шафранном Заря распростерлась над морем.

Начал костер догорать, и огонь наконец прекратился.

Ветры взвились и домой обратно к себе устремились

230 Морем фракийским; оно застонало, волнами бушуя.