Чтение онлайн

empty-line/>

Единственное, что было хорошего в школьных собраниях, – это короткие уроки. Если студент не был пропитан школьным духом и не обладал популярностью, школьные собрания для него не представляли никакой важности. Эмма обычно садилась на трибунах возле Райли и парней среди тысячи лиц. В действительности во время собрания она никогда не была в центре внимания, когда все глаза смотрели только на неё.

Эмма ненавидела толпу, особенно, пропитанную школьным духом. Теперь она стояла в спортзале вместе с остальными членами команды под пристальным вниманием всей школы,

не будучи невидимой. Джерри, известный как президент школьного совета, взбудоражил толпу статистическими данными об их победном сезоне. Остальные члены команды, окружавшие Эмму, улыбались и махали друзьям на трибунах. Всё это было частью плана – причина, по которой она согласилась присоединиться к своим товарищам по команде, находившимся под светом софитов. Махать и улыбаться минуту или две, давая людям повод разразиться аплодисментами, а потом уйти со сцены. Время истекало.

Не успела она посмотреть на ближайший к ней выход, как услышала, что Джерри произнёс её имя – прямо в микрофон. Толпа аплодировала, и она съёжилась. Это не было частью плана.

– Каково это – чувствовать себя частью победившей команды? – Джерри сунул микрофон ей в лицо. Всё, что она могла сделать, – это снова в изумлении на него посмотреть, чувствуя на себе тысячу пар горящих глаз. Джерри знал, что она не была готова к этому. Он обещал не выделять её. Обещал, что она будет просто махать и улыбаться.

– Ты сказал мне, что я не должна буду ничего говорить, – хотя она тихо произнесла это Джерри, её слова попали в микрофон, и их услышала вся школа.

Джерри и все засмеялись. Великолепно.

– Мне кажется, что наш звёздный игрок немного боится сцены, – Джерри сказал в микрофон, адресуя слова всем присутствующим и давая им снова повод над ней посмеяться. – Эмма Врангтон, – сказал он громко и чётко с большущей улыбкой на лице. – Скажи нам, каково это – быть суперзвездой?

Вокруг неё изрыгались крики. Всё это тоже не было частью плана. Эмма покачала головой. Её глаза сузились. Она надеялась, что Джерри поймёт намёк и закончит. Нет, он только улыбался ей и снова подставлял к лицу микрофон.

– Я не суперзвезда, – пробубнила она в микрофон, сгорая от унижения.

Лорин шагнула, встав рядом с ней, без колебаний схватила микрофон и закинула руку ей на плечи, словно они были подругами на всю жизнь. Это было неправдой, и их отношения даже не развивались в этом направлении.

– Я думаю, что наш бесстрашный капитан пытается сказать, – произнесла Лорин, сжимая плечо Эммы, – что мы команда. Мы выигрываем и проигрываем вместе и в пятницу собираемся победить!

Её речь закончилась раскатным шумом с трибун. Неужели крикнуть в микрофон несколько слов было достаточно, чтобы заставить тысячу студентов старшей школы вести себя, как фанаты на рок-концерте? Это не имело значения. Эмма была благодарна за то, что смогла, наконец, уйти со сцены и спрятаться в тени, пока собрание подходило к концу.

Как

только они оказались в безопасности от всеобщего внимания, Эмма медленно подошла к Лорин. Как бы сильно она ни ненавидела мысль о приближении к своему заклятому врагу, она знала, что должна сказать ей спасибо. Глубоко вздохнув, она хлопнула Лорин по плечу.

– Спасибо, что спасла меня.

Лорин сердито посмотрела на неё.

– Кто-то должен был это сделать. Ты выставила всех нас в плохом свете, капитан, – она презрительно выплюнула последнее слово.

Когда студенты потоками направились к выходам, Лорин протаранила её плечом и исчезла в толпе. Как Лорин могла включать и выключать эмоции на глазах у публики, Эмма не представляла. Должно быть, девчачий секрет.

Эмма смотрела, как дети, разговаривая и смеясь, покидали спортивный зал. Лишь некоторые из них приветствовали её и кивали головой. Она игнорировала их, понимая, что они ценили не её, а надежду на победу.

Чьи-то руки сдавили ей плечи.

– Хорошая работа, Эм, – сказал Джерри, даже не пытаясь сдержать смех. – Ты правда не лезешь за словом в карман.

Она развернулась и ударила его кулаком.

Он потёр руку, пытаясь снискать расположение, сморщив от боли лицо. Не сработало.

– Спасибо за то, что подставил меня, – прорычала она. – Что это было? Ты знаешь, что я не умею говорить перед людьми.

– Теперь ты знаменитость, – сказал он, как будто это всё объясняло. – Лучше свыкнись с этой мыслью.

Никакой жалости! Не в силах больше выдержать ни секунды этой чепухи о суперзвезде, она прижала его к стене, сверля пылающим взглядом. Джерри был парнем, которого – она знала – могла одолеть в мгновение ока. Он стоял на пару сантиметров выше её, но мускулы ему изменяли. Кроме того, он не испытывал влечения ударить парня, тем более девчонку. Она никогда не ударила бы его нарочно, но ему не требовалось это знать.

– Послушай, Джерри, я ценю твою поддержку и всё такое, но я не суперзвезда. Я просто баскетбольный игрок. Так что если ты не хочешь объяснять миру, как тебе поставила синяк под глазом девчонка, тебе лучше прекратить со всей этой ахинеей о суперзвезде, ты понял?

Наверное, она ждала, что он заставит её подавить ярость и охотно согласится назвать это расплатой за то, что подставил её под всеобщее внимание. Но она не ожидала, что он будет, как идиот, улыбаться и вести себя, словно её угрозы были бессильны.

– Это моя суперзвезда, – сказал подошедший к ней сзади Райли, обвив руками её талию прежде, чем она успела выразить протест. Он поднял её с пола, закружил по кругу и опустил на безопасном расстоянии от Джерри. Когда она развернулась к ним лицом, Райли и Джерри одинаково ухмыльнулись. Они не понимали, что это было совсем не весело?