Игла
Шрифт:
— А вы летчик?
— Почти. Нас правильно пилотами зовут. Летчики в армии в военной форме. Пойдем в кафе, я тебя покормлю, раз лишил такого малосъедобного баранка.
— Почему, он вкусный, просто никому не нужен. А так даже очень хороший.
— Ты права, но поднимать с земли не следует. Тем более, что его уже кто-то укусил.
— Нет, не нужно. Я лучше домой пойду, мне надо, — девочка отказалась от Сашиного предложения, но никуда не спешила уходить. По глазам было заметно ее страстное желание вернуться и разогнать вредных
Саша взял ее за руку и притянул к себе. Девочка не сопротивлялась и податливо приблизилась к нему. Тогда он отломал от хлеба горбушку и вручил ей. Девочка жадно впилась зубами в теплый хлеб и так быстро зашевелила челюстями, что у Саши возникли сомнения — а хватит ли ему этой булки на вечер. Не вернуться ли и не прикупить про запас еще одну. Буквально и подумать не успел, как горбушка благополучно исчезла в голодном желудке ребенка.
— Быстро! — весело удивился Саша, поразившись скорости поедания сухомятки.
— Вкусно! — улыбнулась девочка, уже с хорошим и счастливым настроением.
— Еще будешь?
— Пока не нужно. Мне может плохо сделаться. Я давно не ела. Хотя, так вкусно и еще очень хочется, но лучше потерпеть. А можно вы кусочек на потом дадите?
— Он, конечно, можно. Однако у меня иное предложение. Еще со вчерашнего ужина в холодильнике у меня остался великолепный супчик с косточкой. Сам готовил, правда. Пойдем со мной. Я тоже обедать собирался, вот вместе и поклюем. Тебя звать-то как? Меня Сашей. И зови, пожалуйста, так, без лишних заморочек. Будем на "ты", ты ведь не намного младше. Лет девять есть?
Девочка кивнула головой.
— А мне двадцать два. Тринадцать лет разница. Запросто можно говорить мне "ты".
— А меня Анфисой звать.
— Ха! — весело воскликнул Саша, от чего девочка обиделась и отвернулась от него.
— Я сама не люблю свое имя. Как кличка у кошки. Вот зачем только называли меня так. Это все бабка, папина мама. Ей почему-то именно так хотелось назвать.
— Вот это ты зря. Я вовсе и не смеюсь над тобой. Наоборот, мне очень нравится такое имя. Просто, очень редкое, но замечательное. Зря ты стесняешься его. И хихикнул я от того, что первый раз услышал его от девочки. До сих пор лишь в книжках читал, и то в сказках. А тут вот от тебя. Потому и удивился.
— Правда? — девочка недоверчиво посмотрела на Сашу, и уже в ее глазах не было обиды.
— Конечно, правда. Мне-то, зачем врать тебе. Оно такое сказочное и пушистое. Ты не смейся. У меня такая привычка с детства. Я все хорошее, и что мне очень нравится, называю пушистым. А твое имя даже через чур пушистое. Ладно, идем, а то я так сильно есть хочу, как дурак бороться. Супчик очень хороший и почти свеженький. Я его вчера сварганил. И косточка в нем свежая, не магазинная. Я для супа люблю мясо на рынке покупать. Тогда навар
— Ты сам себе готовишь еду? — удивилась Анфиска, уже смело доверяя свою руку Саше, как новому, но хорошему другу. — А у тебя разве нет жены или мамы, которые и должны готовить обеды? Мужчины не умеют на кухне стряпать.
— Я умею. Я много чего умею. Мы же постоянно в командировках находимся, а там можно только на самого себя надеяться.
— Поэтому ты вместо женщин сам себе готовишь? А они чем занимаются тогда?
— Мама у меня есть, но она очень далеко. Я к ней в отпуск скоро поеду. Уже и билеты купил. А жены просто нет. Была, но очень далеко убежала. К другому мужу.
— Почему? Разве от таких могут сбегать? Ты ведь совсем не злой, и обеды умеешь готовить.
— Нет, ты что, я очень даже добрый и тоже пушистый. Просто, женщины всегда непредсказуемы. Бывает, что и хороших, и плохих, и пушистых покидают.
— А ты не…, - она замялась, не зная, как бы менее обидно высказать свои подозрения. Ей совсем не хотелось разочаровываться в своем новом друге, но она много раз слышала про случаи, когда страшные дяденьки заманивают маленьких доверчивых девочек и делают с ними плохо. Вот про такие случаи она и хотела узнать у него.
Саша сразу и не понял, о чем это она хочет спросить его. Но, заметив на ее лице тень сомнений и легкое недоверие, догадался и быстренько попытался развеять цепь сомнений и изменить ее мнение о себе в самую лучшую сторону.
— Ты что! Среди пилотов таких психов не бывает. Это же просто больные люди способны на такие мерзости. А нас в этом вопросе очень строго проверяют врачи. Правда, правда, мы все, то есть пилоты, очень даже пушистые. Со мной можешь идти без всяких сомнений. Разве бывают такие бяки в такой красивой форме?
— Ладно, — смело согласилась Анфиса. Ей очень хотелось верить этому веселому и доброму молодому дяденьке, ставшему в этот короткий промежуток времени уже лучшим другом. И еще манило обещание про вкусный супчик.
В квартире Анфиса примолкла и с большим удивлением и восторгом рассматривала двухкомнатную Сашину квартиру с ванной комнатой, туалетом и кухней с газом и газовой колонкой, благодаря которой в любую минуту можно сделать горячую воду. Но больше всего ее поразила чистота и порядок.
Саша сам любил в доме уют и благополучие, поэтому вместо утренней хорошей зарядки он пылесосил, намывал, натирал и расставлял все по местам. Особенно по прилету из командировки ему хватало работы на первые три-четыре дня. За две недели отсутствия жена умудрялась превратить квартиру в огромную свалку-помойку. Даже намекать на порядок было чрезвычайно опасно. Кроме взрыва гнева и обиды из ее уст вырывались многочисленные обвинения. Если разумно как-то проанализировать этот поток крика, то понять все равно смысл невозможно. Главные слова в этом поносе слов означали, что он сам дурак.