Чтение онлайн

Затем, когда было произнесено еще с пяток тостов, все приступили к оценке многих личностей, выделяя среди прочих свою, как важную и уважаемую. И хотелось убедить присутствующих в своем глубоком уважении к товарищам по труду. И если того потребует обстановка, то их личная грудь станет щитом и защитой, прикрывая от обидчиков, чтобы никто и никогда не посмел даже плохим словом, не говоря уже о других мелких пакостях. После доведения до всех своей безмерной любви и преданности ко всему человечеству, гул стал постепенно затихать и приобретать управляемый вектор. То есть, появились слушатели.

Сказалась

усталость. От еды и пития. Немного пожелалось, молча вникать в слова собеседников. И только тогда обратили внимание на грустное молчание Владимира Борисовича. В компании его давно уже все звали Владимиром, и обращались к нему на "ты". Народ заинтересовался его тоской еще в тот момент, когда в компании царил дух соревнования по перекрикиванию. Но тогда было просто не до молчунов. Хотелось добиться внимания. А Владимир глупо смотрел на шумную толпу и мял свою папиросу, не осмеливаясь прикурить.

— Опять хандра напала, — оправдывался он перед товарищами. — Вроде казалось, что выздоровел. Ан нет, душат воспоминания, врываются без спроса и жгут под печенкой.

— Давай, рассказывай, все равно ведь завтра улетишь навсегда. Мы быстро забудем, а тебе полегчает, — попросил дружески Гриша и сел рядом, обняв его за плечи.

— Налей, Саша, — Владимир протянул стакан, а сам наконец-то прикурил замученную папиросу.

Выпили без тоста. Владимир прикурил следующую папиросу, так как та быстро рассыпалась под глубокими затяжками, и начал свою печальную историю:

— История невеселая и мало кому интересная, но раз просите, то слушайте. Это произошло три года назад. Я сам и еще три моих товарища, специалисты в этой же области, были откомандированы в Тюмень для монтажа и испытаний точно таких установок. Первого выпуска. Эти мы немного модернизировали. Так что там были первые их испытания, пробы и ошибки с первыми внедрениями. С Тюмени начинали.

Мы прибыли в первый день, как получили задание, а оборудование, которое должны были отправить на день раньше, как всегда где-то кто-то прошляпил. С такой неразберихой и вам приходится сталкиваться, когда инициатива опережает расторопность других.

Мы дали срочную телеграмму на завод и получили такой же срочный ответ: "ждите". Обыкновенная межведомственная несогласованность. Но мы народ привычный и к таким сюрпризам подготовленный. Нас этими нестыковками разве удивишь! В гостинице устроились просто великолепно. Со всеми удобствами, с горячей водой, теплым туалетом, что в Тюмени большая редкость. И даже ванная. А внизу на первом этаже приличный ресторан. Да с такими удобствами и благами ждать можно долго и комфортно. Курорт за счет завода.

Денег, не сказать, что вполне достаточно, но хватает, если тратить их с умом. И растянуть можно без ущерба на длительный срок. И с первого дня мы не стали шиковать, словно пацаны, сорвавшиеся с цепи, а разумно веселиться с головой на шее. Да вы, поди, и сами применяете такую же тактику времяпровождения: пару бутылок из магазина по госцене опрокидываем без закуски внутрь, да еще столько же припрятываем под матрасом в номере. Поскольку почему-то, как всегда в конце веселья, когда тормоза приспущены,

появляется глупая расточительность тащить водку из ресторана в номер за тройную цену. А вот когда ты твердо уверен, что там припрятано, то уж веселишься спокойно хоть до утра.

Второй день оказался субботним. Предварительно подзаправившись горячительным, мы заказали столик и к нему все соответствующее. Сидим, пируем. Женщин полон ресторан всех мыслимых и немыслимых возрастов. Есть на ком взгляд остановить, с кем потанцевать и пригласить для дальнейшего общения.

Два наших товарища уже не впервые здесь. Так они, как старожилы, имеют своих знакомых, товарищей, с официантами на "ты" и поименно. А мы с Сергеем вроде новичков. Сергей бывал один раз пролетом, но без задержек и общений. А мне как-то не приходилось, хоть и посылали несколько раз. Но вечно находился тормоз. Да видать не зря. Нельзя, оказывается, меня к таким объектам допускать.

Во хмелю и пожелалось познакомиться с какой-нибудь хорошенькой особой женского пола. Тогда было мне чуть больше за тридцать. Мало еще для старости, а для большой и светлой любви уже поздновато. Потому-то и спланировал легкий флирт на одну ночь. Максимум на пару, но без последствий. Кутить, так кутить.

Женщины танцевали и приглашали меня охотно. То есть, пользовался я у ресторанного женского контингента спросом. Но я еще недостаточно выпил, а потому хотелось прицениться к особе где-то моего возраста. Вот и прицепился взглядом к одной такой, именно по всем параметрам подходящей для моих коварных планов. Она сидела в компании с молоденькой девчушкой. Но я ее сразу отмел по романтическим соображениям. Конкретней, она создана для любви, чего от меня в этот вечер дожидаться не имело шансов.

Я желал сиюминутного секса без предварительных вступлений. На прелюдии тратить свое красноречие не желал, хотя в компаниях молчуном не слыл. Любил теплые беседы в горячей обстановке. Поначалу не приглашал. Присматривался и приценивался, чтобы не обмишуриться. Хотелось знать, что из себя представляет. Нет, ее никто не приглашал, и она так же полностью поглощена своим столом и компанией своей молоденькой подружки. Стало быть, кавалеров они не поджидают. После еще нескольких рюмок понял, что дошел до нужной кондиции, а потому пора уже идти на штурм.

— Разрешите?

— Нет, мне не хочется.

Я прямо протрезвел. После такой тщательно подготовки и такой полнейший облом.

— А почему?

— Просто не хочется, и все, — ответила она, безразлично, демонстративно отвернувшись.

Согласитесь, что любой из вас оскорбится таким грубым отказом. Но, ни на обиды, ни на оскорбления временем я не располагал. И портить себе настроение в этот славный вечер не планировал. Ну, нет, так нет, не больно-то и хотелось. Возможно, что чуточку и обиделся, однако лирика в душе не исчезла. Чтобы моя попытка не пропадала даром, и не возвращаться пустым на место, пригласил молодую. Поскольку тактику отрабатывал по соблазнению старухи, так я решил ее обозначить в своей памяти, то с девчонкой затруднился в общении. Прижался к хрупкому девичьему тельцу и прикрыл глазки, как сытый кот.