Ибупрофен
Шрифт:
– Ну обещаю, обещаю.
Только бы Лена не поддалась эмоциям. Ничто не предвещает, что поддастся, и все-таки.
– Как день? – спросила она.
– Три старых клиента и одна новая.
– Что-нибудь интересное?
– Неинтересное и неприбыльное. Из тех робких девочек, которые целый сеанс льют воду в уши, чтобы в конце концов незаметно, как им кажется, намекнуть, что им не хватает антидепрессантов. Выписал ей чудо-таблеток. Скорее всего, вернется за новым рецептом через два месяца.
–
– Наоборот, гуманист. Даю пациентам, чего они хотят.
Развить мысль не позволил звонок в дверь. Сын вернулся с кружка по робототехнике. Пока жена открывала дверь, Данил залпом выпил полстакана воды.
Дождавшись, когда сын сядет за стол, Лена наложила ему гречки с белыми грибами. Приступить к еде Витя не успел. Данил мягко отодвинул тарелку от него и выдержал недоуменный детский взгляд.
– Нам надо поговорить.
Ребенок выжидающе молчал.
– Не переживай: ты ничего не натворил. Этот разговор мы с мамой планировали давно.
– Час настал, – подтвердила Лена.
Ее поддержка воодушевляла.
– Витя, ты ведь взрослый человек? – продолжил Данил.
– Ага.
Это словечко с характерным «г», произнесенное неизменно вежливым тоном, сын употреблял в последнее время регулярно. Где только подхватил?
– Мы с мамой тоже полагаем, что ты взрослый.
– Ага.
– Как день прошел? Что нового?
Витя пожал плечами.
– В школе две пятерки. По русскому и физре. А по роботам – фейл. Я целый час рисовал модельку, а система внезапно начала обновляться, и файл слетел.
– Бедняга, – сказала Лена. – Я тебе свой ноутбук дам. На нем модельку нарисуешь. Закроешь гештальт.
– Оптимальное решение, – согласился Данил. – Будет тебе моделька. Знаешь, кстати, как в древние времена называли фейлы?
– Нет.
– Неудачи.
Витя послушно кивнул. Шутка его не развеселила.
– Итак, тебе повезло жить в уникальную эпоху, – вернулся к делу Данил. – Технологии достигли невиданных высот. Люди научились выращивать мясо в пробирках, и ради котлеты теперь необязательно убивать корову. Смартфоны стали такими выносливыми, что держат заряд больше недели. Кружки робототехники появились в каждом районе. Наука процветает, но личные отношения остаются такими же дремучими, как и сто лет назад. Что тебе известно об отношениях, сынок?
Витя встрепенулся. Таких тем папа еще не касался.
– Смелей.
– Мужчины встречаются с женщинами и заводят семью.
– Правильно. Что дальше?
– У них появляются дети.
– Отлично. Откуда они берутся?
Сын покраснел и перевел взгляд на Лену.
– Вспомни, мы с тобой говорили об этом, – сказала она.
– Мне пока это неинтересно. Я роботами занимаюсь.
Витя уткнулся
– В общем, ты хорошо осведомлен, – заключил Данил, – пусть и стыдишься признаться. Я бы тоже стыдился в красках расписывать родителям, как мужчина втыкает член в женщину и стреляет в нее белой жижей. Не самое аппетитное зрелище, надо заметить.
Витя стойко смотрел на тарелку. Лена насторожилась, но мужа не прервала.
– Впрочем, мы ушли в сторону, – сказал Данил. – Мы обсуждаем отношения. Как ты считаешь, Виктор, заводить их могут только мужчины с женщинами? Не бывает ли так, что друг в друга влюбляются два дяденьки?
Не отрывая взгляда от каши, сын едва заметно пожал плечами.
– Не случается ли так, что мальчику понравился другой мальчик?
Витя молчал.
– Может, тебе тоже кто-то из одноклассников нравится? Тимур, например. Не стесняйся, скажи.
– Мне никто из мальчиков не нравится, – выдавил сын.
– Если кто-то понравится, скажи нам с мамой. Мы не осудим.
– Так и есть, сыночек, – поддакнула Лена. – Если ты откроешь нам сердце, мы всегда тебя поддержим.
Данил чуть не хохотнул: так тепло прозвучали слова жены. Кажется, у них складывается полное согласие насчет эксперимента.
– В молодости я залипал на одного парня, – доверительным тоном сообщил он. – Его звали Руслан, мы учились вместе. Между нами, фантасмагорический ушлепок. Терял телефоны, засыпал на занятиях. И при этом дикий красавец, глаз не оторвать. Мы с ним даже переспали разок.
– Заставляешь ревновать.
С игривостью Лена пересластила.
– Руслан уже в прошлом. Я встретил тебя и забыл обо всем на свете.
– Ты ж мой хороший!
Лена погладила супруга по волосам.
– Мур! – отозвался Данил.
Витя из последних сил пытался сохранять невозмутимый вид. Не получалось, но Данил мысленно похвалил ребенка за старания.
– Сынок, чего ты раскраснелся, как кирпич? Мы обсуждаем приличные вещи. Ты ж не старушка в церкви, чтобы воротить нос от крепкой гейской дружбы.
– Папа, хватит, – робко попросил Витя.
– Нет уж, мы закончим этот взрослый разговор. Тебе кажется, что крепкая гейская дружба противна Богу?
В семье они никогда не поминали Бога и не говорили о религии.
– Бог вообще странный тип. Всеобъемлющий и неуловимый. Жил на свете немецкий философ Ницше – со страшными усами и не менее страшными идеями. Он страдал шизофренией и получал пенсию по инвалидности. Однажды усатый шизофреник изрек: «Бог умер». Ницше ошибался. Бог не умер – Бог спятил. Этому неуловимому старику по барабану, с кем мы спим: с девочками, с мальчиками, с собаками… Любишь собак, Виктор?