Хранители
Шрифт:
Со стороны леса послышался негромкий шум.
– Тихо!
– Эйсай привстал, рука потянулась к оружию.
Винклер напряг слух. Множественный лай и что-то еще.
– Собаки?
– удивился Рип.
Эйсай жестом велел ему замолчать.
Скоро уже можно было разобрать отдельные звуки. Лай сопровождали крики и треск ломающихся веток.
– Они бегут сюда, - резюмировал Эйсай.
Рип снял с плеча бластер и сдвинул рычаг предохранителя. Рядом занял позицию нихонец.
Наконец звуки приблизились, и на поляну вылетело животное. Зверь был
Встретившись с препятствием в виде двух людей, зверь на секунду замер, а затем, издав трубный рык - нечто среднее между хрюканьем кабана и паровозным гудком, прыжком развернулся на месте и умчался в сторону.
Рип с Эйсаем остолбенели, настолько неожиданно все произошло.
Опомниться друзьям не дали. Из тех же зарослей на поляну выпрыгнуло поджарое тело высокой худой собаки, за ним появилось еще одно, затем еще. В отличие от рогатого зверя, в их глазах горел азарт погони. Не обращая ни малейшего внимания на посторонних, борзые понеслись в сторону, куда секунду назад убежало несчастное животное.
На некоторое время на поляне вновь воцарилось спокойствие.
– Ты что-нибудь понимаешь?
– Эйсай поудобнее перехватил оружие.
– Если я правильно уразумел увиденное, сейчас должны появиться хозяева милых песиков.
Эйсай кивнул, со стороны леса к ним уже приближался множественный топот.
Хозяева появились.
Первым на поляну вылетел всадник. Ездовой, или скаковой зверь под ним больше всего напоминал… тираннозавра. Эдакого персонажа ночных кошмаров в миниатюре, метра два ростом. Массивные задние лапы с четырьмя пальцами, толстый, поддерживающий равновесие, хвост, маленькие верхние конечности, и, конечно же, голова, самой примечательной деталью на которой была пасть. Такой рот и такие зубы создавались эволюцией явно не для щипания травки. Кожа зверя, вся в бороздах и складках, лоснилась от пота, или это была слизь.
Всадник, свесив ноги, оседлал небольшой горб на спине у ящера.
Завидев незнакомцев, он натянул поводья. Абориген был двуног, двурук, одноголов и неимоверно толст. Больше сказать не представлялось возможным, ибо все тело с массивной головы до болтающихся пят, было заковано в желтый, отбрасывающий блики на солнце, металл. Рип с Эйсаем невольно прищурились.
Латный наездник со скрипом повернул голову, нацелив на друзей клювообразное забрало.
– Может, пристрелим?
– спросил добродушный Эйсай.
– Рано, - Рип хотел добавить еще что-то, но не успел. Из злосчастных кустов на поляну вывалила целая свора (иначе не скажешь) местных.
Все они были люди и все восседали на ящероподобных животных. На людях были яркие камзолы из толстой ткани с широкими рукавами и преобладанием красного и золотого,
Среди новоприскакавших имелись и дамы при женских селах и в длинных парчовых платьях. Изящные головки плотно обхватывали цветастые платки.
Вся компания нещадно галдела.
На боках у представителей пола, который не принято называть прекрасным, болтались узкие клинки, руки многих из них сжимали копья с железными наконечниками и маленькими геральдическими флажками.
Не успели Рип с Эйсаем опомниться, как несколько копий уже упиралось им в груди, а любые мысли об отступлении пресекали аппетитно клацающие позади пасти верховых животных.
– Теперь поздно, - закончил за Рипа Эйсай.
– Предлагаю, пока нас не перепутали с дичью, расстрелять всю эту братию из бластеров, и дело с концом.
– Погоди, - Винклер стоял на своем. – Мы не убийцы, чтобы вот так, ни за что, ни про что стрелять в людей.
– Парочку пришьем, остальные сами разбегутся, - нихонец водил дулом оружия, словно выцеливал первую жертву.
– Или пальнут в нас.
– Гляди, как глаза блестят, небось, сожрать нас собираются, каннибалы чертовы.
– С чего ты взял, что они каннибалы?
– А кто? По статистике, на одну обитаемую планету приходится до пяти племен каннибалов… в одной передаче высмотрел…
К ним приблизился обладатель желтых лат.
Сопровождаемая неимоверным скрипом и лязганьем одна из рук поднялась к шлему и откинула забрало.
На друзей уставились узкие человеческие глазки в окружении жировых складок.
Воздух облагородился звуками высокого писклявого голоса.
– Попались! Никому не дозволено охотиться в лесах могучего Артура фон Куллрасса!
– человек со скрипом стукнул себя кулаком в грудь. Звук был, словно ударили в бочку… полупустую.
По всему, над ними возвышался могучий собственной персоной.
– Э-э-э, - нашелся Рип.
– М-м-мы, - с энтузиазмом поддержал друга Эйсай.
– Замолчите!
– взвизгнул толстяк.
– Все вы, браконьеры, лопочите одно и то же. Детям жрать нечего, семья голодает… дармоеды. Работать надо! Подумаешь - голод. Я вот сам тоже недоедаю!
– рука в перчатке стукнула по солидному вздутию доспеха в районе живота.
– Исхудал, - доверительно добавил толстяк.
Путешественники с почтением уставились на солидное брюшко.
Фон Куллрасс махнул окружению.
– Браконьеров в темницу, и продолжим охоту, господа!
Вся компания с гигиканием и хохотом унеслась с поляны. Рип с Эйсаем только это и успели заметить, ибо, едва хозяин отдал приказ, со всех сторон на них налетели неизвестно откуда взявшиеся люди в мятых кирасах и грязных шапках. Почти мгновенно друзья оказались на земле и связаны.
Их вещи, включая оружие, свалили небольшой кучей невдалеке. Тут же у кучи завязалась потасовка – местные делили трофеи.
– Говорил же, пальнули, и дело с концом, - с досадой плюнул Эйсай.