Хранитель мира
Шрифт:
А утром ничего обдумать не получилось. Просто потому, что ужасающие звуки, доносившиеся из-за двери, не оставляли ни малейшего времени на раздумье. Подхватившись спросонок, Артур пулей вылетел из постели и выхватил свою гитару из рук Данаана, даже не задумываясь о всей недипломатичности подобных действий. Он среагировал буквально на уровне инстинктов. Какой великий князь, какие Дини Ши… Думать о чем либо, кроме того, что какой-то придурок насилует его любимую гитару, в тот момент бард просто не мог.
Меж тем «придурок», без сопротивления уступив побитую жизнью и обстоятельствами семиструнную драгоценность барда, обернулся к неподвижно стоящей неподалеку Дини Ши и назидательно заметил, словно продолжая разговор:
— Как видишь, в некоторых обстоятельствах барды вполне способны проявлять агрессивность. Более того. Если уж бард бывает вынужден проявить агрессию,
Только после этой фразы не вполне еще проснувшийся Артур заметил, в каком виде находится в компании девушки и княжеской особы, и немедленно скрылся за дверью своей комнаты.
Вышел он оттуда буквально сияя от радости. На нем был его любимый, изрядно потрепанный и продранный в нескольких местах камуфляж (причем выстиранный, в чем он сильно нуждался, а прорехи были аккуратно заштопаны и почти незаметны), старые и удобные, разношенные берцы, а главное — с ним была его гитара! И никаких эльфийских нарядов, никаких черных брюк, белых рубашек и кружев, джинсовых костюмов, начищенных туфель и мокасин из змеиной кожи! Что еще нужно барду для счастья?
На дружно сморщивших носы при виде такого его облачения князя и Дини Ши он не обратил ровным счетом никакого внимания. Еще бы они что-нибудь понимали в удобной одежде! Первый и вовсе был закутан в отрез какой-то странной, темной и плотной, с изредка сверкающими в ней искрами ткани, долженствующий, видимо, изображать мантию, что на его юном теле смотрелось весьма смешно, ну а другая, похоже, даже под душем не вылезает из своих доспехов.
— М-да… — вздохнул Данаан, оглядев Артура с головы до ног и поворачиваясь к Дини Ши. — А я ведь распорядился поместить к нему в шкаф наиболее удобные и красивые образцы одежды как Земли, так и Феерии, пошитые лучшими мастерами… А эти тряпки приказал добавить просто в качестве курьеза… — Тон его был мягок и печален. Таким тоном любящий отец может жаловаться на своего сына, который не оправдал его надежд, спутался с дурной компанией и в конце концов и вовсе угодил в психиатрическую лечебницу.
На это замечание Лаурелин отреагировала стандартным образом — то есть промолчала. Впрочем, взгляд, которым она смерила затянутого в старый камуфляж барда, был очень далек от восхищенного.
Однако все эти взгляды и подшучивания Артуру были глубоко безразличны. Ему было совершенно ясно, что эти его собеседники, как и многие другие его знакомые, включая сестру, абсолютно ничего не смыслят в хорошей, практичной и удобной одежде. А еще эльфами называются…
— Ну да ладно, — вставая с кресла, которое немедленно исчезло, стоило только Данаану с него приподняться, заметил князь. — В конце концов, твои предпочтения в одежде, точно так же как и твои проблемы с женщинами, меня не касаются. Пойдем. — Он быстрым шагом направился вниз по неприметной лесенке, обнаружившейся прямо возле дверей комнаты Артура и каким-то чудом до сих пор им не замеченной.
— А с чего это ты решил, что у меня проблемы с женщинами? — недовольно спросил Артур, следуя за князем. Замыкала процессию Лаурелин, которая за все это утро не произнесла ни одного слова. Даже банального «здравствуй».
— Помимо того что я, как серебряный князь, обладаю непредставимым для вас, смертных, могуществом и прозорливостью, я еще и заметил, что ты не расстаешься с этими пятнистыми тряпками, место которых в помойном ведре, а не на теле разумного создания. Учитывая же достаточно высокие эстетические требования большинства существ женского пола, можно с уверенностью говорить о том, что с нормальными женщинами у тебя есть большие проблемы!
— А вот с Кеа никаких проблем не было! — недовольно пробурчал Артур.
— А Хранительницы в категорию нормальных женщин не попадают, — усмехнулся Данаан, распахивая массивную деревянную дверь в конце спуска. — Прошу в мой кабинет. Если хочешь перекусить —
Артур молча кивнул, осматривая обстановку. Небольшой рабочий стол из дуба, сейчас заставленный разнообразными блюдами. Несколько стульев и кресло во главе стола — похоже, то самое, которое появлялось под задницей светлейшего князя каждый раз, как он собирался присесть. Широкое окно, за которым открывался вид на уже знакомый парк с фонтанами, и куча книжных шкафов вдоль стен с многочисленными книгами на полках. Он осторожно присел на ближайший стул, наблюдая, как Данаан неспешно прошествовал к своему излюбленному креслу и развалился в нем.
— Итак, мы остановились на магах, — приняв удобную позу, продолжил свою лекцию князь.
Артур осторожно посмотрел в сторону Лаурелин, оставшейся стоять у двери. Похоже, что приглашение князя присесть и перекусить к ней не относилось.
— Не обращай внимания, — заметил его сомнения Данаан. — Она на службе, так что ни отдыхать, ни есть ей сейчас не положено. Не отвлекайся. Итак, маги. Если бы они появились у вас на Земле, это решило бы все проблемы. Наличие магов позволило бы вам развернуть вашу цивилизацию с убийственного для нее технического пути на как минимум техномагический, куда более безопасный. Уж они-то не позволили бы никому уничтожить свой собственный дом, а в самом крайнем случае — смогли бы выжить в любой ситуации и поддержать пострадавшие эгрегоры, не допустив прорывов защитной оболочки планеты. Так что мы очень надеялись на их появление. Но увы. Магов не появилось. Появились вы, барды. И все испортили.
Князь сделал длинную паузу, явно ожидая вопросов от своего собеседника, но тот молчал. Не дождавшись каких-либо комментариев, Данаан с легким уважением кивнул Артуру и продолжил свой рассказ:
— Барды. Кто вы и что вы, я говорить не буду. Думаю, это ты знаешь куда лучше меня. Даже лучшие умы Феерии, сильнейшие волшебники, несмотря на множество поставленных экспериментов, так до сих пор и не разобрались, что же такое эта ваша Чистота и почему ее воздействие так полезно и приятно для любого фейри. Любого! Как темного, так светлого и нейтрального, что вообще-то до сих пор считалось нонсенсом! Что полезно для сида или туата, то вредно для вампира или трау, и наоборот. Единственное исключение из этого правила — это ваша Чистота! Но это не главное. Фейри тысячи лет жили без Чистоты. Прожили бы и дальше. В конце концов, выживание важнее. Да и вовсе необязательно, что вы сгинули бы в процессе регресса. Уж о сохранении ценных для нас индивидов мы бы как-нибудь позаботились. Проблема заключалась в другом. В том, как вы воспринимаетесь. — Князь надолго замолчал в задумчивости, видимо подбирая слова. — Вы воспринимаетесь как… Неважно кто. Главное, что одним из признаков является то, что практически любой фейри в результате этого ощущает себя обязанным защищать и помогать бардам. Защищать и помогать почти любой ценой! Вы не лишаете разума, не навязываете свою волю, но отказать вам в просьбе или защите — очень сложно, а намеренно обидеть или убить… Даже мысль о подобном вызывает сильнейшее отвращение. С этим можно в принципе бороться… При острой нужде. Очень острой нужде. Но не хочется.
— А как же барды, погибшие от рук фейри? — вставил резонное замечание Артур. Такое и впрямь бывало. Редко, очень редко, но бывало. Чаще всего — при контактах с «дикими», не успевшими еще попробовать Чистоты представителями темных или нейтральных рас Феерии.
— Я же говорю, что с внушаемым вами желанием защищать вполне можно бороться, — пожал плечами Данаан. — Например, если фейри кто-то или что-то довело до крайней степени злобы и ярости, то вся ваша полезность и беззащитность становится довольно-таки безразлична. И если темные, зная за собой подобную беду, умеют хоть как-то сдерживаться, контролировать наступление приступов и не доводить до полного затмения рассудка, то вот у полукровок, особенно юных, это довольно обычная беда. Собственно, именно поэтому-то мы и создали орден Дини Ши. И именно поэтому я никому не рекомендовал бы слишком настойчиво дразнить членов этого ордена, даже если им отдан приказ о защите. Впрочем, это неважно. Слушай дальше. Так сложился тот мир, в котором ты жил до недавнего времени. Никто из нас не рисковал продолжать исполнение плана, опасаясь вольно или невольно навредить какому-нибудь барду. Представлялось гораздо легче заключать с вами договора, получать Чистоту и не думать о будущем. Ведь время еще есть! Пусть немного, всего сто лет, но есть! А когда придется действовать, пусть это сделает кто-нибудь другой. Только не мы! Так рассуждали все племена и расы. И мои Туата тоже, — заметив вопрос в глазах Артура, утвердительно кивнул князь. — Да ты ешь, ешь. — Увидев, что бард как завороженный слушает его повествование, Данаан прервал сам себя.