Хранитель меча
Шрифт:
Гэйлон проглотил гнев, вызванный этими словами. Они были справедливы.
— Ты поможешь ей, — сказал он повелительно.
— Я знаю только одно средство помочь ей. Прежде всего ты должен отдать мне Кингслэйер.
— А если я отдам, что тогда?
Эти слова заставили Сезрана заинтересованно выпрямиться.
— С помощью звездного камня, что управляет лезвием, я смогу вернуть
Миск в наш мир. Там она получит надлежащий уход, может, и лекарство.
— А дальше?
— Что ты имеешь в виду? —
— Как еще ты используешь меч?
Сезран пожал плечами и улыбнулся:
— Я убью тебя.
— Так я и думал, — пробормотал король, — но я не понимаю — почему? Ты был моим учителем когда-то.
— Только из-за настойчивости Дэрина. И это было одной из самых больших моих ошибок. А, впрочем, что я волнуюсь? Кингслэйер уничтожит тебя. Мое проклятие лежит на нем. Два короля уже погибли от него, ты будешь третьим.
Гэйлон сжал зубы.
— А если я никогда не возьму его в руки?
— Ха! Ты не сможешь устоять перед его властью, ни один волшебник не может. Песня Кингслэйера поманит тебя однажды, и тогда… — Улыбка старика становилась все шире. — Да, скажи мне, юнец, как тебе нравится королевская жизнь? Ты чувствуешь, как тебя ненавидят? Ты видишь страх, который вызывает твоя сила у всех, кто окружает тебя? Даже сейчас, когда твое сознание путешествует, кто-нибудь из твоих слуг, может, собирается перерезать горло твоему спящему телу…
— Придержи свой язык, старик! — прорычал Гэйлон. — Если ты не можешь помочь Миск, иди в Каслкип и служи мне.
Сезран фыркнул:
— Ты собрал у себя банду безродных щенков, с которыми носишься по горам. Вот они пусть и служат тебе. А теперь убирайся!
Он отвернулся к телескопу.
Король постоял еще мгновение, потом поднял кулак. Волна голубого
пламени взорвалась вокруг Камня. В его ярком свете он увидел, как громадный цилиндр телескопа превратился в оплавленные обломки и рухнул на каменный пол.
— Гэйлон! — Маленький чародей пронзительно закричал и отпрыгнул подальше от пылающих кусков.
— До скорой встречи, старик.
Король закрыл глаза и перенесся назад в замок.
Вода в ванне совсем остыла, огонь, за которым никто не следил, прогорел
до углей. Гэйлон, стуча зубами, вылез из ванны.
2
Джессмин неожиданно проснулась среди ночи, будто кто-то толкнул ее. Она долго лежала в темноте, пытаясь понять, что ее разбудило. Что-то случилось. Что-то очень, очень плохое. Послышался топот. Кто-то быстро бежал по коридору. Королева вышла в гостиную, взяла с полки тонкую свечку и зажгла ее от низкого пламени камина. Она уже надела свое красное парчовое платье, когда в дверь заколотили.
— Что случилось, Нед? — спросила королева у слуги, стоящего на пороге ее комнаты.
— Король… миледи…
Он не успел отойти, и Джессмин едва не сбила его с ног, выбегая из комнаты. Испуганная молодая женщина бросилась по коридору к спальне короля.
— Доктор уже там, ваше величество, — крикнул слуга, топая позади нее.
У входа в спальню стояла небольшая группа людей. Среди них был Гиркан, дворцовый врач, толстый лысый человечек. Он стоял рядом с молодым эрлом из Нижнего Вейлса. Мартен Пелсон сжимал одну руку другой, его лицо было искажено от боли. Джессмин увидела, что рукав его домашнего халата обгорел и обожженная кожа под ним вздулась и покраснела.
— Что еще вы натворили? — крикнула королева.
Мартен посмотрел на свою руку.
— Король в бреду, миледи. Он не узнал меня, когда я…
Внезапно земля содрогнулась, и в спальне что-то с грохотом упало.
Джессмин рванула дверную ручку.
— Миледи, нет! — Гиркан попытался остановить ее. — Это мокрая лихорадка, вы можете заразиться!
Королева отбросила его руку:
— Трусы!
Она повернулась к дворецкому:
— Темрик, откройте дверь! Немедленно!
Тот послушался, повертел ключом в замке, и дверь распахнулась.
Комната была наполнена густым серым дымом. Полог над кроватью горел.
Мартен, перепрыгнув через упавший комод, подбежал к ней, сорвал горящую ткань и затоптал пламя ногами. Королева, широко раскрыв глаза, смотрела на мужа.
Гэйлон лежал в сбившихся одеялах, лицо его пылало и блестело от пота, мокрые волосы прилипли к черепу. Джессмин ощутила легкий, но острый запах, который всегда сопровождает эту болезнь. Подушки, простыни — все было влажным. Камень на руке короля мерцал и вспыхивал, по комнате гулял холодный ветер.
Новый порыв ветра едва не сорвал драпировки со стен. Слуги испуганно выскочили в коридор. Джессмин склонилась над кроватью, приблизив свое лицо к лицу короля.
— Супруг мой, — она зашептала прямо в его ухо, — возлюбленный мой, смири эти силы, дай нам помочь тебе.
Молодая женщина гладила его волосы, чувствуя невыносимый жар, исходящий от тела. Камень вспыхнул, и земля вновь качнулась под ногами.
— Гэйлон! Прошу тебя!
Король застонал и стиснул кулаки — голубое сияние медленно гасло.
Они были так близки сейчас, так связаны любовью, что она физически
ощущала его боль, чувствовала, как болезнь сжигает его изнутри.
— Принесите свежее белье. Быстро! — приказала королева.
— И снега, — добавил Гиркан.
— Нет! — Джессмин резко оборвала его, и слуги остановились в дверях, смущенные и испуганные.
— Но, ваше величество, поверьте мне, — в голосе врача звучала самоуверенность, — лучшее средство при этой болезни — обложить больного снегом, чтобы снять жар.