Хозяин

— Боже, какой красавчик. Смотри, он с тебя глаз не сводит.

— Да ну тебя, перестань Снежана. С чего ты взяла? Может он на тебя смотрит.

— Нет, на тебя, я видела из подсобки. Когда ты расставляла обувь, он стоял там и просто пожирал тебя взглядом.

— Тебе показалась, — настаиваю я, но сама точно знаю, что она права.

Просто хотелось сопротивляться.

— Ничего мне не показалось, — Снежана щёлкает ценниками по коробкам.

Мы расставляли

по полкам новую коллекцию обуви. И смеясь, разглядывали через огромное, витринное стекло, человека, который стоял на той стороне улицы и смотрел именно сюда, на нашу витрину.

Конечно мы смеялись, я и моя подруга Снежана. Она вечно пялится на всех проходящих мимо мужиков и парней. И всё время болтает о том, что ей нужен красивый богатый, чтобы любил её, обожал, задаривал дорогими подарками и конечно носил на руках.

Она так часто это повторяет, что я и сама начинаю поддаваться и понимать, хочу того же что и она. Наши желания очень схожи. Но почему-то мне кажется, я хочу этого совсем не так как Снежка. А по-другому.

Быть может потому, что я не такая бойка и не болтливая как она. Не разодетая и не слишком накрашенная. Да и с волосами вечно не знаю что делать, просто расчёсываю или в хвост. Ну не знаю. Вижу в зеркале, я совсем неяркая, как Снежана. Кто на меня посмотрит?

Подруга всё время пытается что-то вертеть у меня на голове, в то время, когда в магазине нет клиентов. Но эти её причёски всегда распадаются. Или я сама, рассердившись, привожу свои волосы в первоначальное состояние.

Вот и теперь я просто расчёсана на пробор и тонкая черная резинка стянула мои волосы, чтобы они не мешали работать.

— А он ничего такой, как с журнала мужской моды. Только вот эта щетина, не нравится, слишком уж заросший. Я люблю, чтобы немного поменьше. Пару дней достаточно для красивой щетины. Но сейчас мода такая, у всех повально эти непонятные бороды. Они что не понимают, что целоваться с бородатым мужиком тоже самое, что целовать щётку.

— Откуда ты знаешь, — я ставлю на полку сапоги и краем глаза посматриваю сквозь стекло.

Парень всё ещё там, стоит и смотрит.

Высокий, тёмный. Джинсы, куртка. Ничего такого вроде, но от всего его вида, так и прёт силой и брутальностью.

Взгляд так и тянется рассмотреть поближе, отсюда видно не чётко, только размытые черты. Но и этого достаточно, чтобы понять, если такой полюбит, даже страшно представить, какой будет его любовь.

Стоит, смотрит. Не надоело?

Только вот не пойму действительно на меня или на Снежанку?

В этом я пока не разобралась. Он приходит туда уже в третий раз и всегда, когда сумерки ложатся на город. Стоит и смотрит на нашу витрину.

Быть может, потому что тогда нас хорошо видно, как в телевизоре. Не думаю, что он приходит полюбоваться на новую коллекцию обуви. Хотя, кто его знает.

Ещё, непонятно, почему он не заходит?

Так было бы намного легче. Если

человек хочет познакомиться, можно ведь зайти. Вроде бы что-то купить, слово за слово — вот и познакомились.

Даже я это понимаю.

Но нет, он стоит и смотрит.

Странный.

А может, так даже интереснее. Когда он там стоит, я начинаю вести себя по-другому. Как актриса, начинаю играть роль. Даже когда обслуживаю клиентов, помню о том, что он смотрит на меня.

Да, на самом деле, он смотрит именно на меня, не на Снежанку. На меня.

А когда он уходит, я снова веду себя, как обычно.

И ещё заметила, начинаю ждать, когда же он придёт в следующий раз.

Мама ходит на йогу, Снежка на пилатес, а я — бегаю.

Как в девятом классе в первый раз побежала, так и бегаю до сих пор.

Одноклассник, в которого я была влюблена, да и не только я, сказал прямо в глаза, что я слишком толстая, и не достойна, того чтобы он мной заинтересовался. Это притом, что я тогда весила пятьдесят восемь килограмм.

Так я и побежала. От злости. И желания доказать кому-то, что я не толстая.

Правда, потом, немного позже, этот красавчик одноклассник, сам ко мне клинья подбивал. Но к тому времени самооценка моя сильно повысилась. И я сказала парню, что не буду с ним встречаться, потому что у него всегда воняет изо рта.

С тех пор я — бегаю, а он — не знаю. Наверное, жвачки жуёт.

В этом смысле я даже благодарна ему. Если бы не было пинка, не было бы и результата.

Теперь при любой погоде, каждое утро я бегу по одному и тому же маршруту, из дома, со двора. Мимо набережной, к парку. Там круг и обратно.

И так уже несколько лет. За тем лишь исключением, что однажды мой маршрут немного поменялся. Это случилось, когда в двадцать один год я стала жить с Севой. Тогда я бегала в другом районе.

Мы прожили три года. Мама в уши постоянно дула — замуж пора, замуж пора. Но Сева почему-то не звал меня замуж. Когда я поняла, что я чего-то хочу, а он просто живёт и ничего менять не собирается, наконец решилась — пора уходить.

Вернулась к маме. Она конечно была довольна, но не забывала каждый божий день напоминать о том, что замуж давно пора.

Обидно конечно, три года вычеркнутые из жизни. Любовь вроде была сначала, но куда-то пропала. Мама говорила, если бы я забеременела, то никуда бы он не делся. Женился бы, как миленький. Но я, как назло, не беременела.

Время прошло, понемногу эти отношения забывались.

Теперь живем с мамой. Плохо, что ли?

Конечно, хочется чего-то светлого, единственного. Мне иногда кажется, молодость проходит, а я всё бегу, бегу по утрам куда-то, сама не знаю куда.

Ничего не происходит. Ничего. Жизнь моя, как тихое озеро, которое вот уже скоро может превратиться в болото.