Хорошая девочка
Шрифт:
Голоса звучали громче обычного, и я ничего не могла с этим поделать, потому что, наконец, сообразила, как нужно поступать, чтобы выжить. Я слушала, повиновалась и позволяла ему творить со мной все, что пожелает; позволяла мужчине сражаться со своими демонами, день ото дня разрушая меня.
Однако больше всего я ненавидела, что моему телу нравилось каждое прикосновение Габриэля. Оно реагировало самостоятельно, а голоса его поддерживали, твердя без устали, что это правильно, и именно в этом я и нуждалась.
К губам прижался член, и я с готовностью их приоткрыла. Знала: не прими я его, наказание будет строгим.
— Вот это моя Хорошая Девочка, Элени. Обожаю твой рот на своем члене.
Я быстро моргнула, пытаясь сдержать вновь выступившие слезы. Независимо от того, насколько сильно пыталась отрешиться от воспоминаний обо всех творимых со мной безумствах, я жаждала подчиниться ему. Я хотела, чтобы Габриэлю понравилось, и желала, в конце концов, награды; чтобы он покинул мое горло и заставил меня проглотить каждую каплю. И, возможно, просто… он бы вернул мне услугу. Моя киска пульсировала от одной мысли о том, как его губы слизывают мои сладкие соки.
Тем временем член толкнулся в заднюю часть гортани, и я приняла каждый его дюйм без жалоб и рвотных позывов, ведь иначе мужчина просто сходил с ума. Я стала экспертом глубокого минета просто потому, что не имела другого выбора. Но сексуальная тренировка заводила, так было всегда, еще задолго до того, как мой пленитель обратил на меня свое внимание.
Каждый день происходило одно и то же. Габриэль давил на меня по поводу моей жизни, прошлого, находя способ заставить меня плакать и рассказывать о болезненных событиях, просто чтобы сломать меня. В итоге он добивался своего. Как только я распадалась на осколки, он старался утешить меня единственным способом. Для него речь шла о власти, для меня о том, что кто-то любил меня достаточно, чтобы коснуться в сексуальном плане. И пусть понимала, что секс — это не любовь, но хотя бы таким образом я становилась к ней ближе. Я заблуждалась, считая это чем-то большим, нежели просто сексуальное удовлетворение. Но самый тихий из множества голосов просил меня верить, что из всего этого выйдет нечто хорошее. И я старалась верить.
— Элени, твой рот… — Габриэль замолчал, пытаясь выдавить из себя комплимент, но я знала, что для него это невозможно.
Получись у него, и я смогла бы ухватиться за доброе слово и продержаться следующие несколько дней. Что-то красивое, приятное, дарующее надежду и веру в то, что меня не убьют этой ночью.
Я застонала, все еще плотно обхватывая губами его член. А потом начала извиваться, привязанная к скамейке и нуждающаяся хоть в небольшом облегчении. Когда яйца Габриэля начали медленно подниматься, я поняла, что экзекуция долго не продлится. Скоро мой рот закончит работу и освободится. Наградой для меня станет наполнение глотки. Я в последний раз глубоко втянула член, мужчина схватил меня за волосы, резко насадил на себя и разрядился мне в горло. Низкое рычание заполнило окружающее пространство, и я поняла, что на этот раз смогла угодить Габриэлю.
Потому что в тот момент я была его Хорошей Девочкой.
Мужчина медленно вынул член из моего рта, взял его в руку и начал не спеша поглаживать, снова возвращая к жизни. Я знала, что за этим последует. Настала моя очередь. Меня наградят за выполненную просьбу.
Я никогда не испытывала
— Теперь твоя очередь, Элени.
Габриэль обошел мое жаждущее тело, все еще скованное именно так, как ему нравилось. Без страха перед моими прикосновениями. Без волнения хоть о малейшем контроле в моих руках. Когда бы он меня ни трахал, это всегда происходило так. Я мечтала о времени, когда у меня будут свободны руки. Спуститься ими по спине и схватить за мускулистую задницу, пока он скользит в меня. Пробежаться пальцами по темным волосам и целовать, посасывать шею сверху до низу, пока буду жестко кончать на пульсирующем члене.
Я покачала головой, отбрасывая несбыточные фантазии. Это неправильно. Он этого не хотел.
— О чем думаешь, красавица?
Я бы никогда не смогла признаться. Габриэль бы этого не допустил. Он наказал бы меня только за то, что я посмела допустить подобные мысли. Я покачала головой и попыталась оставить свои мечты при себе, надеясь, что мужчина примет это за ответ. Однако, как обычно, просчиталась. Стоило подумать как следует, прежде чем попасться за собственные заблуждения.
— Я представляла, как прикасаюсь к тебе, — тихо проговорила я.
Хватка на моем лице стала болезненной, но я хотела большего. Я больше не боялась причиняемой им боли; ну или пыталась себя убедить в этом.
— Как бы ты прикоснулась ко мне, Элени? — поинтересовался он.
Габриэль дразнил меня и сбивал с толку: то горячий, то холодный. Всегда невероятно горячий и чертовски холодный. Примерно неделю назад я поняла, что прочитать его невозможно, поэтому прекратила попытки.
— Я задал тебе вопрос, маленькая девочка, и узнаю, если ты, нахрен, соврешь мне. Будь Хорошей Девочкой и расскажи, как бы ты меня касалась, — медленно проговорил он, схватив меня за подбородок и глядя мне в глаза.
— Я думала о том, чтобы целовать тебя, лизать, пока ты заставляешь меня кончать. Схватить тебя за задницу, пока ты врезаешься в мою киску. Я просто хочу чувствовать тебя, Габриэль.
Увидев на его лице злую улыбку, которую теперь боялась до дрожи, я осознала, что облажалась.
— О, моя красавица, ты меня почувствуешь.
Мужчина обошел меня и без каких-либо прелюдий буквально врезался в меня. В большинстве случаев он не торопился и вылизывал мою киску, прежде чем войти. Мне казалось, что он одержим этим. Однако на этом этапе игры я абсолютно не представляла, зачем он так поступает.
Снова ворвался и резко вышел. Он повторял это, а я кричала от боли, смешанной с удовольствием. Мой мучитель не нежничал, когда брал меня. Продолжая болезненные толчки, он сильно сжимал руками мою задницу.
— Чувствуешь это, Элени? Этого ощущения тебе достаточно?
Я скривилась в ответ. Не следовало сообщать о своих фантазиях, но Габриэль моментально распознал бы ложь.
И хоть пыталась отрешиться от ощущений, но чем быстрее он толкался в меня, тем сильнее я приближалась к оргазму. Тело меня предавало. Пусть этот мужчина был абсолютно неподходящим объектом желания, я все равно его хотела. Жаждала каждую гребаную секунду насилия с его стороны. Хотела, чтобы он трахал меня до состояния, когда уже не смогу ходить.