Чтение онлайн

Ее компаньонка, Вера Ивановна, согласно кивнула. Баронесса продолжала предаваться мечтам вслух.

— Давай коротким путем, Федор, — велел князь кучеру. — Березы особенно хороши на той стороне.

— Как прикажете, барин, — ответил Федор и повернул лошадей.

Процессия последовала их примеру.

Софи задремала на солнышке, прислушиваясь к лесным звукам. Сегодня утром она впервые попробовала на завтрак лесную землянику со сливками. Дворовые девушки собрали покрытую росой ягоду в лесу и принесли в дом. Впереди процессии ехал князь. Он тоже

ел землянику. Софи улыбнулась солнышку и своим глупым мечтам.

Они добрались до просвета в лесу, закрытого от солнца тенью деревьев. Засуетившиеся вокруг лакеи в ливреях казались Софи сказочными персонажами. На поляне разложили подушки. Слышалось звяканье приборов и стаканов. А вокруг покачивались высокие деревья, на ветках прыгали белки. Компания прибыла довольно большая, поскольку к ним присоединились соседи со своими слугами. Конюхи помогали детям взобраться на лошадей. Князь и наставники решили покататься вместе с ними.

Чувство зависти овладело Софи. Вместе с фрейлейн Браун она наблюдала, как мадемуазель Альберт суетится возле наездников. Как бы Софи хотелось покататься в такой чудесной компании! Она видела, с какой легкостью вскочил в седло князь. Эдвард Хенвелл замыкал группу.

— Мистер Хенвелл прекрасно держится в седле, — заметила Софи фрейлейн Браун.

— Как и положено джентльмену, — отозвалась немка. — В свое время я очень любила охоту. А вам не хотелось бы покататься, мисс Джонсон?

— О, разумеется!

— Так почему бы не сделать это сегодня?

— Я не знаю, позволено ли мне. Я не получала от мадемуазель инструкций на этот счет.

— Но вы еще не разучились сидеть в седле?

— Нет. Думаю, что…

— Тогда вы непременно должны воспользоваться возможностью. Главный конюх подберет вам лошадь. Бывают дни, когда вы не нужны слишком рано. А это самое лучшее время для конных прогулок — красота раннего утра, свежий ветер в лицо… Разве с этим может что-то сравниться? — Полное, простоватое лицо немки выражало восторг.

Как она добра и простодушна, подумала Софи.

— Вы так добры, что предложили мне это. Я непременно воспользуюсь случаем. Если вы уверены, что это не против правил.

— Совершенно уверена. — Фрейлейн Браун помолчала, потом украдкой глянула на Софи. — Вы могли бы попросить мистера Хенвелла сопровождать вас.

— Нет, — решительно возразила Софи.

— Тогда вам придется брать с собой конюха, который поможет взобраться в седло.

— Он мне не понадобится, фрейлейн Браун.

— Англичане такие самоуверенные…

Кавалькада двигалась меж деревьев. Распахнув зонтик, мадемуазель Альберт прогуливалась с баронессой Карлович и Верой Ивановной. Казалось, женщинам было о чем поговорить. Они щебетали по-французски. Их яркие зонтики напоминали порхающих между листвой деревьев птиц.

— Я слышала, мистер Хенвелл собирается нас покинуть, — сообщила фрейлейн Браун, глядя на Софи прищуренными глазками.

— Да, это так. Он намерен принять предложенную ему должность учителя в Англии.

— Нам его будет не хватать. Какой

замечательный молодой человек, — заметила фрейлейн Браун. — Я почти уверена, что он мог бы занять должность наставника в соседнем имении. Но возможно, — добавила она, скривившись, — в Англии его ждет юная леди.

— Возможно, — обронила Софи. — Но об этом ни мне, ни вам, фрейлейн, знать не обязательно.

Эта англичаночка не желает сплетничать, с досадой подумала фрейлейн Браун. Она устремила взгляд на лесную дорожку, в поисках мадемуазель и ее спутниц. Немка знала, что те уже перемыли всем косточки, и, возможно, позднее она заново все обсудит с мадемуазель.

Фрейлейн Браун уселась на стул, принесенный ей слугой, и принялась за вышивку. А Софи отправилась на поиски лесных ландышей, которые, как ей говорили, в изобилии растут на опушке.

— Будьте так добры, мисс Джонсон, — обратился к ней князь. — Присядьте, поговорите со мной.

С едой, которую подавали лакеи в белых перчатках, было покончено, и остатки пиршества убрали. Рассеянный свет, солнечных лучей проникал сквозь листву деревьев. Дети притихли, слушая, как Алексис играет на скрипке. Затем князь взял в руки гитару, и девочки стали упрашивать его сыграть свои любимые мелодии.

— О, папа`! — воскликнула княжна Татьяна. — Музыка напомнила мне английское стихотворение, которому научила меня мисс Джонсон.

— Это, какое? — спросил князь. Он глянул на Софи, и его рука на мгновение застыла над струнами.

Звонкий, чистый голосок юной княжны нарушил повисшую тишину:

Извилистые ручейки весело журчат в саду, Где так много душистых деревьев в цвету; Там леса, столь же древние, как мшистые валуны, Бросают зеленую тень на залитые солнцем холмы.

— Ты так прекрасно прочла, Татьяна. Спасибо, моя девочка. Нам стоит поблагодарить мисс Джонсон, чьим стараниям ты обязана такому безупречному произношению. — Князь вновь посмотрел на Софи. — Если не ошибаюсь, стихи Колриджа. Вы любите его творчество, мисс Джонсон?

— Особенно это стихотворение. Князь улыбнулся:

— Я тоже. Значит, я могу быть спокоен, что вы не станете разучивать «Старого моряка», верно?

Софи покачала головой и, не сумев сдержаться, разразилась смехом.

— Почему вы смеетесь? — требовательно спросила княжна Екатерина.

— Потому что в этом стихотворении, больше ста строф, — ответил за Софи князь. — А где мистер Черч? Я уверен, он мог бы назвать точное число. Мистер Черч, где вы?

Но мистер Черч спал под деревом. Маленькая собачка свернулась клубочком рядом с ним.

— Нет, мы не будем столь жестокими и не станем будить его, — улыбнулся князь.

Отдохнув, дети, вновь полные энергии, отправились собирать цветы. Компания распалась на маленькие группы. Мадемуазель Альберт мирно дремала под зонтиком.