Гулы
Шрифт:
— Господи Иисусе, спаси и помилуй! — продолжал отец Спейсер.
— Это был лорд Эдвиг Кэмберлен Балмер шестой,— повторил Артур.— Я не был настолько пьян, чтобы ошибиться. И я еще хорошо помню лицо старшего лорда Балмера — я прослужил в его замке десять лет, пока он был мёртв. Так неужели вы думаете, я мог ошибиться?
— Но как же он может быть жив, если мы похоронили его? — настаивал Трейси.
— Дьявол… Здесь дело не чисто,— качал головой Фетчер.
— Подождите, я еще не все рассказал,— мрачно протянул Артур.— Когда они вытащили его из могилы и усадили у входа в склеп, собаки за кладбищем начали выть сильнее, чем прежде, а старики стали делать
После последних слов Тэмплботта все находившиеся в трактире окаменели. Несколько мгновений, показавшихся Уокеру минутами, все молчали, а потом закричали, перебивая друг друга:
— Что же нам делать?
— Дьяволы в человечьем обличье!
— Они осквернили могилу!
— Лорд Балмер шестой умер! Он не может быть жив!..
— Вот что! — прогремел вдруг голос кузнеца Фетчера, и все замолчали.
Кузнец поднял руку и, обведя всех тяжелым, словно разящий меч, взглядом, проговорил:
— Нужно разобраться с этой темной историей до конца. Мне она не нравится — так же, как и всем вам,— но нужно разобраться… Я верю словам Артура, а вы?
Он снова обвел всех собравшихся взглядом. Вирджил Уокер медленно кивнул. Отец Спейсер закончил молитву и тоже склонил голову. Колебался один только Трейси, Все знали, что Артур Тэмплботт иногда любит выпить. Но все знали и то, что он никогда не лжет. И если он говорит, что на Честервильском кладбище два старика раскопали склеп старого лорда и вытащили его из могилы, значит, это правда. Какой бы ужасной и невероятной она не казалась.
Трейси, словно бы нехотя, качнул головой, прошептав:
— Но что же нам делать?
— Я думаю,— лицо говорившего Фетчера было чернее тучи в безлунную ночь,— что существо, которое старики вытащили из могилы Балмер-Крипта, не является лордом Балмером… Лорд Балмер шестой умер восемь лет назад, похоронен, как подобает христианину, и могила его освящена церковью.
Отец Спейсер снова перекрестился, а Трейси согласно покивал головой, с надеждой глядя на кузнеца.
— Поэтому теперь мы должны узнать, что это за существо. Ответить нам на это могут только те старики. Нам надо пойти на Честервильское кладбище и узнать все на месте.
Все были поражены подобным предложением Фетчера. Крис Тэмплботт, обхватив голову руками, начал вдруг подвывать, словно вторя собакам в Блэквудском лесу. Уж он-то точно не пойдет больше на это чертово кладбище — ни днем, ни, тем более, ночью…
— Но это опасно,— прохрипел Вирджил Уокер.— Чертовски опасно, Фетчер!
— Вот что,— сказал кузнец.— Трейси и Артур должны пойти в замок лорда Балмера и рассказать молодому лорду то, что Артур и Крис видели на Честервильском кладбище. Пусть он возьмет людей и идет к Балмер-Крипту. И чем быстрее, тем лучше.
— А ты?! — выдохнул Трейси.
— Мы с отцом Спейсером и Вирджилом пойдем в Блэквудский лес и будем вас ждать на развилке дороги у Честервильского кладбища.
Трактирщик судорожно всхрапнул и открыл было рот, словно хотел возразить. Но под тяжелым взглядом кузнеца потерял всякую возможность возражать и лишь испуганно взглянул на жену, почти неживую от страха.
— Расскажете ему все, и пусть поторопится,— повторил Фетчер.— А теперь — идите!
Трейси
Десять минут спустя все трое стояли в пятидесяти ярдах от ограды Честервильского кладбища. Вирджил Уокер дрожал с головы до ног, глядя на стаю собак, собравшихся перед могильной оградой. Головы всех собак были повернуты в сторону Балмер-Крипта, а из глоток их вырывался протяжный, разрывающий душу вой. Кузнец Фетчер с беспокойством подумал, что собаки воют не останавливаясь уже три часа. Неужели они не устали? Он придвинулся ближе к священнику, сжимавшему в руке небольшое деревянное распятие. К вою собак примешивалось скрипение сухих стволов старых сосен, раскачивающихся под порывами ветра, и людям казалось, что у подножия Даунширских холмов демоны собрались на свой шабаш. Над Блэквудским лесом висела кромешная мгла, небо было затянуто тучами, а единственной искоркой света в этой полночной мгле был слабый огонь, мерцавший со стороны Балмер-Крипта…
Через минуту на дороге застучали копыта и на опушку перед Блэквудским лесом выскочили всадники с факелами в руках.
Отец Спейсер бросился к гнедому скакуну, с которого соскочил молодой человек с копной черных волос и бледным лицом, искаженным отчаянием.
— Отец мой, правда ли то, что говорят эти люди? — Чарльз Балмер впился глазами в лицо священника.
Тот освятил себя и сэра Чарльза знамением и молча указал рукой на одинокий огонь, горевший за Честервильским кладбищем.
— Милорд, мы должны пойти и узнать, что происходит в фамильном склепе вашей семьи,— произнес кузнец Фетчер, почтительно склоняя свою медвежью голову в паре шагов от лорда Балмера.
Артур Тэмплботт и Трейси, соскочившие с лошадей, уже привязывали их к деревьям. То же самое делали трое слуг лорда Балмера, прискакавшие сюда со своим хозяином.
Казалось, Чарльз Балмер не верил до конца словам Артура Тэмплботта и своего управляющего и колебался. Но вот он вздохнул и повернулся в сторону Балмер-Крипта…
Вскоре девять человек шли по тропинке к Честервильскому кладбищу. Приближаясь к ограде, слуги лорда Балмера обнажили мечи, но собаки, собравшиеся перед воротами, казалось, обрадовались появлению людей. Они почти прекратили выть и, виляя хвостами и повизгивая, словно щенята, расступились, давая людям возможность пройти. Девять человек скользнули за ограду и пошли вдоль могил Честервильского кладбища. Но, когда они отошли от ворот футов на двадцать, псы принялись выть с прежней силой…
С приближением к Балмер-Крипту движение процессии замедлилось. Шедшие впереди лорд Балмер, Фетчер и Трейси услышали вдруг слова, произносимые монотонным голосом: «Mors stupebit et natura, cum resurget creatura, indicanti respon sure…» [Смерть творит чудо с природой: мертвец встает из истлевшего гроба, повинуясь зову Судьи… (лат.). (Строки из гимна Томазо из Келано, 1260)].
Трейси достал из складок одежды распятие и, держа его в левой руке, а в правой удерживая обнаженный меч, двинулся к освещенному входу в склеп впереди лорда Балмера — словно загораживая его собой от того, что могло предстать перед ними через секунду. Медведеподобный Фетчер шел по другую сторону лорда Балмера, готовый защитить его, если только возникнет необходимость.