Чтение онлайн

Энтони сыпал угрозами, с хлюпающим звуком вынув член из моего рта.

— Я могу оставить тебя привязанной на всю ночь. Мне очень не нравится, что ты каждую ночь ускользаешь из моей постели. Твое место рядом со мной!

— Прости. Пожалуйста, Энтони, пожалуйста, — умоляла я, заливаясь слезами, катившимися по щекам. — Я больше не могу это выдерживать. Мне нужно кончить.

— Моя собственность должна находится со мной в постели всю ночь напролет, но она все равно умудряется улизнуть. Думаешь, что я не понимаю, почему ты пытаешься от меня сбежать? Думаешь,

что я не знаю, почему ты скрываешься от меня?

— Тони, пожалуйста!

Я заметила, как его бровь сардонически дернулась вверх, и он переспросил:

— Тони?

— Владелец, Господин, все, что хочешь. Я буду называть тебя так, как ты мне скажешь. Я буду спать, где ты хочешь. Бл*дь, я сделаю все, что ты захочешь, только прошу тебя, умоляю, позволь мне кончить!

Его глаза казались холодными как лед, и во взгляде читалось лишь безразличие. Арктический холод его глаз пронзил меня до мозга костей в тот момент, когда он посмотрел на меня.

— Я прекрасно знаю, что ты сделаешь все, что я скажу, и так же знаю, что ты будешь страдать от последствий, если ослушаешься. Сегодня ты будешь спать в моей постели, прикованная наручниками.

Я отчаянно закивала головой, так как была согласна выполнить любой приказ. Мне было нужно, чтобы меня оттрахали, и даже если бы он попросил об еще одном годе контракта, то я бы согласилась.

Внезапно, он резко дернул головой в сторону, взглянув на меня.

— Я хочу продлить контракт на полгода. Ты сможешь сделать это для меня?

Я заколебалась, и он подошел к столу, медленно ввел в меня средний палец и начал надавливать им на переднюю стенку моего влагалища.

— Это не честно! — закричала я.

— Разве ты не помнишь старую поговорку: в любви, как и на войне — все средства хороши!

Я закричала еще громче:

— Не честно!

Он наклонился, прижал язык к моему клитору и, надавив, втянул его. Он начал слегка прикусывать его, посылая по моему телу укол сладкой боли, и не останавливался до тех пор, пока я не прокричала «Да!» Я все глубже утопала в темной пучине Энтони.

Он обошел стол, отвязал шелк от моих запястий и стащил меня на край стола. Энтони положил мои щиколотки на свои плечи. Толкнувшись в меня, он начал рисовать круги вокруг моего клитора до тех пор, пока мое тело не содрогнулось в оргазме по его новой команде.

Этот человек пленил меня не только физически. Я была связана с Губернатором больше, чем просто контрактом.

*****

Я проснулась в постели Энтони, прикованная наручниками, как он и обещал. Открыла глаза и увидела его, нависавшего надо мной.

— Отпусти меня, Энтони. Мне нужен кофе.

Он нагнулся, и, не проронив ни слова, вытащил одну из страниц контракта.

— Ты ведь не серьезно?

— Я выгляжу не серьезным?

— Дай мне этот гребаный документ, — прорычала я.

Я заметила легкую тень, омрачившую его лицо, но больше не стала на него смотреть.

Он наклонился и расстегнул наручники, чтобы я

могла дописать поправку к контракту, и, сделав это, я швырнула бумаги обратно ему. Энтони бережно сложил ручку и бумаги, а затем жестко сжал мои волосы в свой кулак. Я подпрыгнула от неожиданности, потому что была абсолютно сбита с толку его порывом. Уставилась на него, насколько это позволяло мне боковое зрение и угол, под которым Энтони удерживал мою голову.

Слизав слезу, которая скатилась по моей щеке, он носом коснулся моего и заговорил, приправив свой голос ноткой звериного рыка:

— Я. Никогда. Тебя. Не. Отпущу, — в одно мгновение его голос превратился в низкий бас. — Я бы хотел отшлепать твой зад, пока ты стоишь передо мной на четвереньках, а потом дико и бешено отыметь тебя.

Через идеально сшитые брюки я видела его растущую эрекцию, осознав, что доминирование надо мной возбуждает его.

— Даже не думай о том, что мой высокий социальный статус означает милосердие. Когда дело касается тебя, моя маленькая голубка, меня ничто не остановит на пути к тому, чтобы ты осталась со мной, — он наклонился ближе и прошептал мне на ухо: — Давай назовем это извращенной формой моей любви к тебе.

Энтони оттолкнул меня назад на подушки и развернулся с видом, свойственным лишь птицам такого высокого полета, как он. Губернатор был поглощен одержимостью мной. Очень. Опасной. Одержимостью.

Следующие свои слова он бросил через плечо, не оставив мне выбора.

— Не забудь, что на этих выходных у нас официальный прием у моей матери. Платье тебе принесут, и не дай Бог, ты наденешь что-нибудь кроме него.

— Мистер Диктатор…

— Я все слышал!

Я задорно покачала головой из стороны в сторону, сделав ударение на своем ответе:

— Мне плевать.

Интересно, нравился ли этому высокому, темноволосому, требовательному мужчине тот факт, что я единственная женщина, которая не стелилась перед ним и не гналась за малейшим кусочком известности, которая прилагалась в комплекте с Губернатором. Я могла бы наплевать на все это сразу же, как только получила бы степень в университете и перестала бы обращать внимание на подобную чушь.

Мне хотелось думать, что с возрастом я не превращусь в циничную стерву. Я уже знала, что мое восприятие мира изменилось со смертью родителей и жадностью дяди. Мне не нужны были пожизненные курсы терапии, и я уж точно не стремилась стать сукой. Я собиралась стать счастливым звеном между идеализмом и реализмом.

Ну, у меня было много времени, чтобы определить все свои проблемы. Мысль о встрече с матерью Энтони щекотала мои нервы. Я готова была сделать то, что обычно делала, когда находилась в растерянности — начать поиск. Я была уверена, что в интернете о его матери есть масса информации. Кое-что — правда, а кое-что — нет, но это даст мне хотя бы небольшое представление о ней.

Меня осенило, что если кто и знал мать Энтони, то это Гретхен. Я встала и направилась вниз на кухню.

— Привет, милая. Позволь, я налью тебе чашечку кофе.