Чтение онлайн

– Похоже на то. А значит, эти неизвестные товарищи нам еще интересней. Уже не Ишмуратову, а нам! Так что копай дальше. Да, кстати, мы, как ты просил, пробили этого Гену-Бормана. Нет, ну как он навернулся! Спасатели аж вспотели, выковыривая его из машины. Тоже мне, Шумахер недоделанный. Так вот, он и в самом деле Гена. Точнее Стаценко Геннадий Александрович. Родился и детство провел в Тверской области, город Конаково. После школы пытался поступать во ВГИК.

– Так вот откуда у него такое обаяние, о котором все говорили!

– Именно. У него хоть и была куча спортивных разрядов, но он,

вроде, был кем-то вроде местной звезды. Так вот, в институт он не попал и, видимо, с тоски пошел в армию. И угодил не куда-нибудь, а в десант, а потом в Чечню. В ту первую развеселую войну. Далее – не все понятно. После дембеля нарисовался в Питере. Купил себе «левую» прописку в области, под Лугой. Знаешь, как это делают некоторые ушлые фирмы? Стоит в чистом поле халупа, а ней прописано человек двести. Но все по закону, не подкопаешься. Машина вот за ним зарегистрирована, а больше никакой внятной собственности. Что он делал в Питере, до конца не ясно. Во всяком случае, в поле зрения ментов попадал лишь пару раз – и то за вульгарные драки. Известно, что несколько раз был в Германии, возил туда выставки каких-то художников и фотографов. В общем, человек в некотором роде близкий к искусству. Свободный художник. Но если он часто бывал в Германии, значит, вполне мог наладить там какие-то связи. Хотя я лично не уверен, что он играл в этом деле главную роль. Как-то все легкомысленно. Скинхеды, богема… Впрочем, может, это и есть самая надежная маскировка.

– А у вас его фотографии нет?

– А как же. Вот держи. По художникам пойдешь?

– Нет, я подругу свою пущу. Она журналистка, умеет с этой публикой разбираться. У нее там, как у доктора Геббельса, целая контора по клевете и дезинформации.

– Да уж слыхали. Ловкие ребята. Посмотришь на таких – и последняя вера в свободную прессу и прочую демократию пропадает. Ладно, ты лично что думаешь предпринять?

– Надо бы хату его навестить. Может, найдем что-нибудь интересное.

– Это дело. Мы дали понять ментам, чтобы не суетились, если какой-нибудь бдительный сосед тебя выпасет. С кем будешь работать?

– Придется просить людей у Барина. Я ж не взломщик.

– Хорошо, что белые ночи уже кончились, а то маячили бы тут. Не принято в этих местах по ночам прогуливаться, – пробормотал Семен по кличке Мокрый, худой, но жилистый мужик лет пятидесяти, когда они свернули в Карьерный переулок. Машину оставили за несколько улиц и теперь шли расслабленной походкой, держа в руках по бутылке пива.

– Может, и хорошо, что не гуляют. А то встретили бы тут бригаду местных ковбоев. И вместо того, чтобы делом заниматься, пришлось бы сопляков воспитывать.

– Тоже верно. Ладно, бросаем эту ячменную отраву, время не ждет.

К участку они подошли с тыла, прокрались вдоль стены.

– Окно будем открывать? – шепотом спросил Казак.

– Погодь, земеля, не суетись. Дай оглядеться. Или у нас горит?

– Ладно, ты мастер, ты и делай.

Они поднялись на крыльцо, Мокрый внимательно осмотрел дверь.

– Ха, да тут дел-то как два пальца…

Он вынул из кармана какую-то железку, некоторое

время деловито ей шуровал – и дверь открылась. Казак и взломщик шагнули внутрь. Мокрый включил фонарик. Они увидели, что находятся в небольшой прихожей, откуда полуоткрытая дверь вела в недра дома.

– Слышь, че ищем-то? – спросил Казака напарник. – Если сейф, то он обычно в спальне.

– Да я и сам до конца не понимаю. Осмотреться надо.

– Эх, блин, времена, мафия… Раньше деньги искали, а теперь…

В неверном свете фонариков они обошли две комнаты и большую кухню. На кухне виднелись следы, что называется, холостяцкой жизни. В раковине громоздились немытые тарелки, в углу паслось большое стадо пустых винных и пивных бутылок. На столе стоял пакет с соком, а также какие-то остатки нарезок. Судя по всему, готовкой Борман не заморачивался.

Одна из комнат имела совершенно нежилой вид, как впрочем, и большое помещение на втором этаже. Всюду стояла современная, но дешевая «дачная» мебель, которую рекламируют в разных торговых центрах. Но всем этим Борман явно не пользовался. Лишь одна комната носила следы пребывания человека. Кровать не застелена, на стульях развешаны и разбросаны предметы мужского гардероба. Казак заметил в углу ботинки «Доктор Мартенс» и висящую на крючке куртку «бомбер» – предметы скинхедовской амуниции. Возле кровати стояли телевизор и видеопроигрыватель, а вот на журнальном столике обнаружилось нечто интересное: ноутбук. Ладно, уже кое-что.

Поднимая аппарат, Казак заметил, что он лежит на какой-то большой и толстой книжке. Точнее даже – альбоме. Тут у него опять заработало шестое чувство.

– Слышь, Мокрый, посвети-ка вокруг, книги здесь еще есть? Вот такие альбомы?

Взломщик посветил по стенам, потом обошел комнаты, поднялся по лестнице…

– Да нет. Там, наверху, есть полка. Но – книги обычные, еще совковые.

Казак снова обшарил фонариком комнату. В логове Бормана нашлось с десяток книг. Но это были обычные детективы, которые люди читают со скуки. Ничего особенного, что подтверждало догадку Сергея – альбом тут лежал не просто так. Что ж, возьмем и его…

Между тем старый вор продолжал кошачьей походкой передвигаться по дому. Казак ему не мешал. Потому что доверял профессионалу. Если в доме есть тайники и какие-то заначки – то этот уж точно их обнаружит.

– Эй, Казак, я бабки нашел. Еврики. На пару штук потянет. В кармане вон того клифта. Берем?

– Берем. Они ему больше не понадобятся. Будет нам премия.

Мокрый передал ему деньги и сразу повеселел. Разумеется, Барин ему заплатит за работу. Но вор есть вор. Видимо, уйти без добычи казалось ему нарушением всех нормальных норм.

– Эй, а тут еще кое-что есть, – послышался голос из угла.

Казак подошел к напарнику и увидел, что тот держит небольшой пакетик с каким-то белым порошком.

– Дурь какая-то, я так думаю. Баловался, видать, мужик.

Казак не стал проверять порошок на вкус, просто сунул пакет в карман куртки.

Дальнейшие поиски ничего интересного не дали. Нашли иностранный паспорт на имя Геннадия Стаценко, но оставили его, где лежал. Честно говоря, Сергей рассчитывал найти оружие – но вот чего не было, того не было.