Гримуар
Шрифт:
— Из тлена в мир наш возвратись! Приди! Явись! — мрачно выкрикивала ведьма, стуча лезвием своего ритуального ножа о черную книгу.
Шум под крышкой гроба усилился, и внезапно перед изумленными следователями предстал мертвец. Вид его был настолько ужасен, что Йошка чуть было не совершил непростительную глупость — он хотел уже выскочить из начерченного на земле ведьмой-угольщицей круга, но пан Платон Пражский успел вовремя ухватить его за шиворот и удержать внутри круга.
Мертвец стоял, покачиваясь на своих изъеденных червями ногах, вперив пустые глазницы черепа
— Ну, спрашивайте, пан, спрашивайте, — торопливо зашептала старуха, повернувшись к мастеру. — Где спрятаны сокровища?
Платон выступил вперед.
— Приказываю тебе повелеваться мне! — громко сказал он.
Мертвец страшно заскрежетал челюстями.
— Он не слушается, он не слушается, — запричитала ведьма.
— Дух, что укрылся в мертвом теле! — вновь сказал уже более твердым тоном учитель. — Именем троих приказываю подчиниться мне. Асмодей! Билет! Белиан! — провозгласил он.
Мертвец тотчас сник и кивнул головою.
— Готов ли ты подчиниться мне?
Мертвец снова кивнул.
Юноша, все это время пребывавший в крайнем волнении, перевел дух.
— Дух! Знаешь ли ты, что спрятано на кладбище алхимиком? — строго спросил мастер.
Вновь безмолвный кивок мертвеца возвестил присутствующим о торжестве пана Платона Пражского над злым духом.
— Дух! Покажи, где спрятано то, что мне надобно найти! — приказал мастер.
Мертвец, поворотив голову в сторону центра кладбища, указал рукой с остатками разлагающейся плоти на невысокий старинный склеп, что возвышался среди других могил.
— Загони его обратно в могилу, — распорядился Платон, строго глядя на старуху.
Та отрицательно замотала головой:
— А где обещанный клад? Где золото?
— Держи.
Мастер сунул в протянутую старухой скрюченную руку несколько золотых монет. Золотые монеты тут же исчезли в глубине лохмотьев ведьмы, которая с ухмылкою что-то быстро зашептала в сторону стоявшего перед самым кругом мертвеца и бросила в него лежавшие у края могилы кости. Мертвец, подхватив их, рухнул в гроб, крышка над ним захлопнулась, огласив тишину погоста дробным, жутким стуком.
Следователи направились прямо к указанному духом, укрывшимся в мертвом теле, склепу, что стоял прямо в самом центре кладбища. Старуха-угольщица проводила их долгим пристальным взглядом, шепча себе под нос:
— Они ищут Книгу, не иначе.
Но Платон и Йошка уже не могли ее услышать. Они подошли к склепу и открыли дверь его. В лицо им ударила вонь спертого воздуха. Посреди склепа стоял стол, на котором лежал некий предмет, завернутый в яркую тряпицу. Платон бережно взял сверток и вышел с ним из склепа. В этот момент месяц вышел из-за тучи и осветил все вокруг своим сказочным серебристым светом.
— Гримуар! — восторженно выдохнул Йошка. — «Алый Гримуар Орфея»! Мы нашли его, правда, учитель?
Учитель принялся осторожно разворачивать тряпицу. Было заметно, что он волновался, так что даже руки его слегка дрожали. Платон медленно раскрыл эту самодельную книгу и вслух прочел красиво выведенные на титульном
— Так это не гримуар? — разочарованным тоном спросил у учителя Йошка.
— Это спрятанный дневник Карла, — ответил тот.
Было заметно, что Платон разочарован не менее ученика.
— Учитель, тут есть еще приписка внизу, — указал юноша на титульный лист и тут же сам прочитал:
— «Путеводитель для тех, кто ищет». Опять загадка?
Мастер радостно хлопнул себя по лбу.
— Это схема, — сообщил он удивленному подобным поведением учителя Йошке. — По ней мы найдем гримуар и расследуем наше дело!
ГЛАВА ПЯТАЯ,
в которой рассказывается о том, как можно запросто влюбиться, когда тебе всего пятнадцать лет, а также о том, что было написано в первой части дневника Карла Новотного, и еще о том, как делается Королевское искусство
Утро застало королевских следователей в домике Карла Новотного, куда еще ночью поспешил с драгоценной ношею пан Платон прочь от кладбища. Придя в домик, Йошка почувствовал столь сильную тягу ко сну, что, несмотря на сильнейшее любопытство, тут же устроился на ларе в углу верхнего кабинета и мгновенно заснул, едва глаза его закрылись. Разбудил же юношу неугомонный крик и свист певчих птиц, налетевших невесть с каких дальних стран после зимы в огромный сад, окружавший со всех сторон домик алхимика. Йошка встал с ларя, медленно и сладостно потянулся, закинув руки за голову, и широко зевнул. Тотчас к нему в раскрытый рот предательски залетела маленькая мушка, доставившая юноше немало хлопот и заставившая его долго и сипло кашлять.
Только после такого пробуждения Йошка огляделся вокруг и был немалым образом удивлен, не обнаружив пана Платона, коего он, как помнил, оставил ночью у письменного стола погруженным в изучение дневника алхимика. Мастер тогда поминутно хмыкал и тихим голосом восклицал что-то себе под нос, покачивая головою и перелистывая исписанные красивым почерком сшитые листы бумаги. Теперь же учителя на месте не было. Подивившись непоседливости мастера, а также его кипучей энергии, юноша заглянул сначала в спальню, затем спустился в подвал, где им недавно, а именно прошлой ночью, был обнаружен тайный кабинет алхимика, но даже и после того, как Йошка обошел вокруг дома, он не нашел Платона.
Решив, что мастер отправился не иначе как на постоялый двор, и немного обидевшись на него за то, что бросил ученика одного, Йошка не стал попусту терять время, а направился прямо в заросли фруктовых деревьев, туда, куда скрылся в свое время неизвестный, что столь опозорил юношу, попав ему в голову шишкою. Как я уже упоминал ранее, Йошка был не из тех, что так запросто спускают обиду, а потому юноша решил во что бы то ни стало разведать, куда мог скрыться от него в леске, что простирался от фруктовых садов до самых гор, неизвестный, о коем знал он лишь то, что тот носил странные цветастые одежды.