Грешная одержимость
Шрифт:
Достигнув веревки, на которой я подвешена, он развязывает ее, перенося мой вес с веревки на свои руки и прижимая меня к своей груди. Подхватив меня с пола, Ефрем несет меня к кровати, свежие простыни темно-малиновые, а прутья в изголовье заставляют бабочек порхать у меня в животе.
Он аккуратно укладывает меня, как будто я вешу немногим больше перышка, и его пальцы осторожно развязывают узлы, связывающие меня.
— Я подумала, что ты был моряком в прошлой жизни, — дразню я, задыхаясь.
Его голубые глаза поднимаются
— Я знаю узлы, которые заставят замолчать твой умный язык, если ты не будешь осторожна, — игриво предупреждает он.
И мысль о том, что мне заткнут рот, вызывает мурашки по моему телу.
Покалывание облегчения наполняет мои пальцы, когда веревки развязываются, и я стону от благодарности, когда Ефрем массирует мои руки и ладони, кажется, полностью понимая, как возбуждение от их скованности, так и глубокое удовольствие от освобождения из заключения.
— Ты готова еще разок? — Спрашивает он мягким голосом, искренне прося меня лучше понять свои пределы.
— Да, — шепчу я, кружась от нового предвкушения.
Ефрем целует меня глубоко, его тело теплое и тяжелое лежит на моем. Затем он поднимается, одновременно просовывая одну руку подо мной. Одним плавным движением он переворачивает меня на живот.
Я визжу от удивления, но времени раздумывать нет. Поскольку его руки находят изгиб моих бедер, он ставит меня на колени и крепко усаживает к себе на колени. Электрическое возбуждение потрескивает по моей плоти, когда твердая сталь его члена непреклонно прижимается к моей щели, его твердая длина раздвигает мои складки, не проникая в меня.
Я не могу с собой ничего поделать. Я вращаю бедрами, позволяя шелковистому кончику скользить по моей щели, пока он не коснется клитора.
Ефрем стонет, его пальцы сильно вжимаются в мои бедра.
— Тебе это нравится? — Задыхаюсь я, глядя на него через плечо.
В его глазах вспыхивает огонь, а затем сильная рука сжимает мою шею сзади, выбрасывая мое сердце в горло. Ефрем подталкивает меня вперед, пока моя щека не нащупывает мягкий матрас.
— Думаешь, ты можешь командовать? — Рычит он сквозь стиснутые зубы.
— Нет, — задыхаюсь я, одновременно напуганная и возбужденная тем, как быстро он восстановил контроль над своим телом.
— Нет, сэр, — поправляет он.
— Нет, сэр, — соглашаюсь я, дрожа.
— Хорошая девочка. Так и оставайся, — командует он, прежде чем отпустить мою шею.
Я не шевелю ни единым мускулом, поскольку дыхание у меня учащенное. Мой клитор пульсирует против его твердого члена, и мне отчаянно хочется покачать бедрами, чтобы облегчить сильную боль. Но я не смею.
Ефрем заводит мои руки за спину, молча приказывая схватить его за локти. Затем он проводит веревку под моей грудью, обхватывает ее вокруг груди и завязывает за спиной. Он связывает мои руки вместе, прочно фиксируя меня в моем
— Готова ко мне, маленький цветочек? — Спрашивает он, покачивая бедрами, чтобы стимулировать мой клитор головкой члена.
— Да, — стону я, закрывая глаза, когда меня захлестывают сильные волны удовольствия.
Он ставит меня на колени, прижимая мою щеку к кровати, мои руки надежно связаны за спиной. Ощущение веревки, плотно обхватившей мою грудь, возбуждает мои чувства, заставляя мои соски морщиться.
Приближаясь к моему входу, Ефрем вдавливает в меня головку члена. Я никогда раньше не видела его с такого ракурса. И каким-то невероятным образом это заставляет меня чувствовать его еще больше.
Я всхлипываю, когда он медленно и уверенно наполняет меня, растягивая меня вокруг своего толстого обхвата.
— Ты чертовски красивая, Дани, — стонет он.
Одна рука сжимает мое бедро, другая обхватывает мои руки, направляя меня вниз на свой член. Он замирает на мгновение, когда его бедра касаются моей задницы, позволяя мне сосредоточиться на чрезвычайно глубоком проникновении.
Затем он начинает меня трахать, его темп увеличивается с каждым движением вперед. Мои стенки сжимаются вокруг него, жадные от необходимости держать его в своих глубинах, наполняя меня, пока он делает меня целостной.
— Я мог бы трахать тебя всю ночь, — рычит Ефрем, его толчки становятся настолько мощными, что моя щека скользит по мягким простыням, пока я принимаю его целиком.
— О боже, пожалуйста, — хнычу я, мое тело покалывает от быстро нарастающей эйфории.
Рука Ефрема на моем бедре скользит назад и одобрительно массирует мои ягодицы. Он стонет, как будто смотрит на что-то слишком заманчивое. Затем его большой палец скользит по моей заднице, пока не находит мою неиспользованную дырочку.
Страх сжимает мою грудь, когда он снова начинает кружить над моей задницей. Хотя урок, который он преподал мне в первый раз, был, честно говоря, скорее приятным, чем наказанием, я все равно беспокоюсь, что кончу снова без его разрешения. И если я это сделаю, он может перестать меня трахать, чтобы наказать своей следующей формой дисциплины.
— Ефрем, — стону я, молча желая, чтобы он остановился, прежде чем я кончу, и в то же время настолько возбужденная, что никогда не хочу, чтобы он останавливался.
— Тебе нравится, когда я играю с твоим тугим входом? — Спрашивает он с мрачным удовлетворением.
— Да, — выдыхаю я, выгибая спину и напрягаясь руками на веревке.
— Ты кончишь, если я засуну большой палец в твою маленькую дырочку?
Я сильно вздрагиваю при этой мысли, моя киска сжимается вокруг его члена. Я испытываю мгновенное облегчение, когда его большой палец уходит от моей задницы. Пока меня терзает разочарование, мне удается держаться подальше от грани, предотвращая приближающееся освобождение.