Чтение онлайн

– Не важно, - ответил Билли.
– У нее достаточно денег, чтобы нанять настоящего профессионала. Я слышал, что есть люди, которых можно нанять для этого - чтобы напичкать лекарствами или отравить домашних животных.

Рэнд пожал плечами.

– Может быть, мне отвезти Барни к твоей матери, - сказал он, посмотрев на Линн.
– Это по пути в Миллерсвилл Молл, где у меня встреча по поводу продажи. Я мог бы оставить его и привезти обратно на Рождество.

Билли кивнул.

– Мне было бы гораздо легче, если бы ты так сделал, папа.

– Хорошо. Решено.

Погладив

Барни по голове, Рэнд потянулся и начал расстегивать пуловер.

– До скорого, собачка, сейчас немного посплю и увидимся.

Когда он вышел из кухни, а Барни поплелся за ним, Линн положила руку на руку Билли.

– Постарайся не волноваться, - сказала она.
– Я уверена, это безумие на один день. Люди иногда сходят с катушек, а потом снова становятся совершенно нормальными. И с животными такое может случиться.

– Откуда они? Как они попали сюда?

Маленькая группа актеров стояла и смотрела на странный предмет, похожий на стручок, на их лицах были недоумение и ужас. Классический фильм ужасов 1956 года "Нашествие похитителей тел" был одним из любимых старых фильмов Билли, поэтому он только иногда бросал взгляд на экран, обычно в те моменты, когда там появлялась великолепная стройная Дана Винтер. А так он просто слушал, сосредоточившись на рисовании.

Было одиннадцать часов вечера, фильм только начинался, когда четверо новых Могваев пробудились от долгого сна и начали просить есть. Билли кинул им горстку шоколадных конфеток, которые они заглотили вместо с фантиками в несколько секунд. Минуту спустя они с новой силой стали клянчить.

Билли посмотрел на часы. Было 11.30. Было достаточно времени до полуночи, чтобы покормить их, но ему было слишком лень двигаться.

– Отстаньте, ребята, - сказал он.
– Вы хорошо поужинали несколько часов назад. Ложитесь опять спать, и мы покормим вас утром.

Его отказ вызвал хор негодования, но через минутудругую Могваи угомонились, явно поняв, что их просьбы останутся без ответа.

Рой Хэнсон посмотрел на часы и вздохнул. Была уже почти полночь, а он все еще не смог определить несколько основных компонентов крови Могвая. В результате и он, и подопытный разозлились и устали: Хэнсон - от бесплодных усилий, Могваи - от многочисленных болезненных уколов.

– Безусловно, - пробормотал Хэнсон зверьку, который злобно смотрел на него из дальнего угла клетки, - мы с тобой действуем друг другу на нервы, так? Может быть, пора прерваться?

Он еще раз изучил свои записи и утвердился в мнении, что у него в лаборатории просто нет подходящего оборудования для проведения нормальных анализов. Завтра, послезавтра или тогда, когда закончатся рождественские праздники, - он отвезет Могвая в большую лабораторию и проведет новые анализы. Продолжать работу в этих условиях - просто пустая трата времени.

В желудке у него заурчало от голода.

– Да, это еще одна причина для того, чтобы прерваться, - пробормотал он.
– Я умираю от голода.

В течение четырех-пяти часов, когда ему казалось, что он на пороге открытия, он ничего не ел кроме большого бутерброда с салями и сыром, который ему принесли раньше. У него по-прежнему урчало в животе,

и он посмотрел на бутерброд, отчасти с желанием, отчасти с отвращением: хлеб уже начал черстветь, а краешек сыра закручиваться. Он поднял верхний кусок хлеба, под ним оказался листик салата, раскисший и побуревший, беловатый соус (разве он не сказал "без майонеза"?), лежащий как клей между вялыми листьями и кусочками мягкого, теперь уже теплого мяса.

– Нет, спасибо, - пробормотал он, бросая хлеб на обертку.
– Я хочу настоящей еды.

Сильный запах пищи заставил Могвая чуть ли не забиться в конвульсиях. Воя все громче и громче, он схватился за прутья клетки, как разгневанный узник тюрьмы, и, наконец, запрыгал с криками - то жалобными, то злобными.

Хэнсон посмотрел на зверька с сочувствием.

– Да, ты, наверное, голоден, - сказал он.
– Можешь съесть этот бутерброд, хотя я не гарантирую, что он хороший.

С этими словами он просунул бутерброд вместе с оберткой через прутья.

Когда он вышел из лаборатории, он услышал, как Могвай принялся за бутерброд с нескрываемой жадностью.

Полоска хотел есть, может быть, даже больше, чем остальные. Пока они мирно спали, он спокойно лежал, закрыв глаза, и строил планы.

После отъезда пса - около часа назад он слышал, как тот лаял, когда Рэнд запихивал его в машину, - шансы их возросли. Если этот мужчина тоже уехал на некоторое время, это еще больше увеличивало их возможности. Проблема состояла в том, что он не мог придумать, как им выйти из дома, если только никто не оставит по небрежности открытой дверь или окно. Достаточно ли будет численного преимущества? Полоска не хотел рассчитывать на это, как не хотел рассчитывать и просто на чужую оплошность.

Если бы только мы могли увеличиться в размерах!
– думал он. Он не знал, ОТКУДА ему известно об этом, и как можно вызвать этот рост. Инстинкт говорил ему, что нужно подождать, но недолго. Дня два, не больше.

Тем временем он по-прежнему хотел есть и страшно злился оттого, что тот, кого Подарок называл "хозяином", из-за лени не сходил вниз и не принес им ничего. Они пытались добиться своего с помощью просьб и угроз, но тщетно. Как еще его можно убедить?

Казалось, молодой человек был поглощен созерцанием ящика, в мерцающем пространстве которого двигались маленькие люди. Видимо, он, как и очень многие вещи в доме, работал от провода, вставленного в стену. Полоска вспомнил, что изучая рождественскую елку прежде чем так одурачить пса, он вытащил конец провода из стены, и в результате этого действия лампочки погасли. Может быть, этот ящик работает так же?

Он осмотрел комнату, увидел, что черный провод от ящика исчезает за столом Билли. В нескольких футах оттуда около плинтуса тот же провод (или очень на него похожий) был вставлен в стену. Полоска решил, что это, наверное, тот же самый. Если вытащить вилку из стены, можно привлечь внимание молодого человека; если причинить ему неудобство, может быть, он все же принесет им еды.

Спланировав все таким образом, Полоска отделился от группы и медленно пробрался к проводу. Схватив его, он повернулся ухом к телевизору.