Чтение онлайн

– Как тебе понравился полет? – ласково спросил его Хэвиленд.

– Иди ты к черту, – проворчал Клиффорд. – Не будь этой старой шлюхи, вам бы меня не взять.

– Но мы тебя взяли, – напомнил Хэвиленд. – Вставай.

Клиффорд поднялся. Подошедший Уиллис схватил его за локоть. Обернулся к бармену и сказал:

– Спасибо.

Все трое направились к выходу. Хэвиленд остановился у дверей неподалеку от стола, за которым сидела пьянчужка. Женщина подняла голову, уставившись на него испитыми

глазами.

Хэвиленд усмехнулся, приложил свою горилью ручищу к груди и поклонился:

– Хэвиленд благодарит вас, мадам.

Клиффорд сознался, что за последний год на его счету тридцать четыре ограбления; в полицию обратились четырнадцать жертв. Последним объектом его нападения, как выяснилось, была сотрудница полиции.

Категорически отрицал, что ограбил и убил Дженни Пэйдж.

Его зарегистрировали, сфотографировали, взяли отпечатки пальцев – а потом усадили в комнате для допросов, чтобы добиться от него правды. В комнате было четверо полицейских: Уиллис, Хэвиленд, Мейер и лейтенант Бернс. Хэвиленд с удовольствием бы с ним поразмялся, не будь там лейтенанта. В этой ситуации его обычные средства воздействия пришлось заменить убеждением.

– Нас интересует ночь четырнадцатого сентября. Четверг. Подумай о ней, Клиффорд, – начал Мейер.

– Я думал. На эту ночь у меня алиби – не подкопаешься.

– Что же ты делал?

– Был у больного приятеля.

– Не смеши! – захохотал Бернс.

– Богом клянусь, это правда. Послушайте, вам что, мало повесить на меня всех этих баб, так хотите пришить ещё и убийство?

– Заткнись и отвечай на вопросы, – оборвал его Хэвиленд.

– Отвечаю. Я был с больным другом. Он отравился или что-то в этом роде. Провел с ним целую ночь.

– Что это была за ночь?

– Четырнадцатого сентября, – настаивал Клиффорд.

– Как ты запомнил дату?

– Я должен был играть в бильярд.

– С кем?

– С тем самым приятелем.

– С каким приятелем?

– Как его зовут?

– Его зовут Дейв, – ответил Клиффорд.

– Дейв – как дальше?

– Дейви Крокет, Клиффорд? Ну что, Клиффорд?

– Дейви Левенштейн. Он еврей. Что, вы меня за это повесите?

– Где живет?

– На Бэйз-авеню.

– Где на Бэйз?

– Недалеко от Севент-авеню.

– Как его зовут?

– Дейви Левенштейн. Я вам уже говорил.

– Где вы собирались играть в бильярд?

– В Кози Аллейс.

– В центре города?

– Да.

– Где в центре города?

– Господи, вы меня только сбиваете.

– Что ел ваш приятель?

– Он вызывал врача?

– Где, вы сказали, он живет?

– Кто сказал, что он отравился?

– Живет он на Бэйз, неподалеку от Севент-авеню.

– Проверьте, Мейер, – приказал лейтенант Бернс.

Мейер

торопливо вышел из комнаты.

– Врача вызывали?

– Нет.

– Так откуда ты знаешь, что это было отравление?

– Он сказал, чувствует, что отравился.

– Как долго ты был с ним?

– Пришел я в восемь. Я обещал зайти за ним. Зал, в который мы собирались, – в квартале Дивижен.

– Он лежал в постели, больной?

– Да.

– Кто открыл дверь?

– Он.

– Но ведь он лежал в постели, больной?

– Да, но встал и открыл мне дверь.

– Который был час?

– Восемь.

– Ты говорил, восемь тридцать.

– Нет, восемь.

– Что произошло потом?

– Сказал, что он болен, отравился и не может идти со мной. Я хотел сказать, играть.

– А потом что?

– Сказал мне, чтобы я шел без него.

– И ты пошел?

– Нет. На всю ночь остался с ним.

– Как долго?

– До утра. Я был с ним всю ночь.

– До каких пор?

– Всю ночь.

– До которого часа?!

– До девяти утра. Потом мы вместе позавтракали, сварили яйца.

– А как же его отравление?

– Он что, к утру поправился?

– Спал?

– Ну, что?

– Спал всю ночь?

– Нет.

– Чем вы занимались?

– Играли в очко.

– Кто?

– Я и Дейви.

– И когда вы кончили играть?

– Часа в четыре утра.

– И потом пошли спать?

– Нет.

– А чем же вы занялись?

– Начали рассказывать анекдоты. Я хотел, чтобы он отвлекся и забыл о боли.

– И вы травили анекдоты до девяти утра?

– Нет, до восьми. Потом до девяти мы готовили завтрак.

– Что вы ели на завтрак?

– Яйца.

– В какую, ты сказал, вы собирались бильярдную?

– Кози…

– Где она находится?

– В квартале Дивижен.

– Когда ты пришел к Дейву?

– В восемь.

– Зачем ты убил Дженни Пейдж?

Не убивал я её. Господи, вы хотите меня прикончить! Я никогда не был у моста Гамильтона.

– Ты хочешь сказать, в ту ночь.

– И в ту ночь и вообще никогда. Я даже не знаю, где тот обрыв, о котором писали. Я думал, скалы и обрывы – к западу от города.

– Какой обрыв?

– Где нашли ту девушку.

– Какую девушку?

– Ну, Дженни Пейдж.

– Она кричала? Зачем ты её убил?

– Не кричала.

– А что она делала?

– Ничего не делала. Не был я там! Откуда мне знать, что она делала?

– Но ты же избил свои последние жертвы, правда?

– Да, в этом сознаюсь, ладно.

– Ах ты свинья, у нас ведь есть отпечаток пальца, который ты оставил на очках. Мы же тебя им уличили, так что же ты нам голову морочишь? Не сознаешься?