Чтение онлайн

– Ну, ничего экстраординарного не случилось?
– Йодко с тревогой посмотрел сначала на Ершова, затем на Синцова. Синцову даже показалось, что большие васильковые глаза пилота чуть побелели от напряжения.
– Не случилось ничего?.. Ну не слышали вы?.. Мне нужен видеофон, Игорь Дмитриевич, прямо сюда, - неожиданно требовательно сказал он.
– Это очень срочно и важно...
– Лицо его приобрело упрямое выражение.

Синцов понял, что он хотел узнать.

– Мина не взорвалась, Андрей Николаевич, - негромко сказал он.

Йодко нервно повернул к нему лицо:

– Откуда вы знаете?

– Я уполномоченный Управления безопасности. Занимаюсь этим делом.

Йодко порывисто

вздохнул, задержал выдох, затем как-то беспомощно и горько усмехнулся и спросил:

– Почему она не взорвалась?

– В корпусе была трещина, дезраствор повредил электронику.

– Нет, - сказал Йодко.
– Вы врете. Ведь врете же?..
– Он попытался сделать какое-то движение, но скривился от боли. Потом отвернулся и с минуту лежал неподвижно. Все это время Синцов старался не смотреть на Ершова, но чувствовал, что тот с недоумением поглядывает то на него, то на Йодко.
– Кто вы?
– Йодко неожиданно повернулся к Синцову и посмотрел на него так, будто увидел только сейчас.
– Впрочем, это неважно...
– Он повернулся к Ершову и продолжал, не останавливаясь: - Игорь Дмитриевич, вы должны помнить, когда-то получали решение для Канала с "пузырем". Так вот, в пятом щупальце именно такой "пузырь", в него стекаются биения от тех, которые в Госпитале. Я был в этом щупальце и знаю. Я знаю. Что там. Там на всех хватит. И Дамин знал, он сжечь его хотел, я тогда все думал, чего это он взрываться решил. Только ведь это невозможно - сжечь, вы же сами знаете. Лопнуть он может, этот "пузырь", тогда... Да что вам рассказывать, Игорь Дмитриевич, вы лучше меня знаете, что тогда будет. Если от них и дальше будут биения стекаться, он лопнет. Он может, уже через секунду лопнет... Вы же понимаете, о чем я говорю... Да?..
– Он заискивающе посмотрел на Ершова.
– Ну что же вы молчите?.. Да если бы те, в Госпитале, об этом говорить могли, вы думаете, они другое бы сказали? Да они сами бы попросили. Они не могут такого не понять, да и никто не может. Я плохо говорю, извините, просто очень мало времени, может, совсем нет. Он в любую секунду может лопнуть... У меня в квартире, в книжном шкафу, вы знаете, где он, Игорь Дмитриевич, на второй полке лежит еще одна мина. Надо ее туда же поставить, только, понимаете, это очень важно - туда же. Если в другое место, только боли прибавите. И на ночь надо ставить, там, кроме больных, никого не бывает... Я не могу, вы же видите. Если бы я мог, я бы никогда, понимаете, никогда вам не сказал бы... Потому что на себя такое взять...

– О чем ты таком говоришь, Андрюша?
– перебил его Ершов.
– Какая мина?

– Он вам объяснит. Вы объясните ему, - обратился Йодко к Синцову.
– А вы ему про "пузырь" расскажите, Игорь Дмитриевич, нет времени сейчас по одному разбираться. И не надо тут сейчас стоять! Уходите! Быстрее!.. Йодко начал задыхаться.

Шкаф с изголовье его кровати тревожно запищал...

– О чем он говорил?
– спросил Ершов, когда они вышли из Клиники. Какая мина?

Синцов ответил не сразу.

– Проводите меня до гостиницы, Игорь Дмитриевич, - словно не слыша вопроса, сказал он.
– На сегодня, пожалуй, это все, - он посмотрел на часы.
– Ого, уже половина первого.

Они пошли по аллее.

– Так я слушаю, Аркадий Сергеевич, - напомнил через минуту о своем вопросе Ершов.

– Под Особым госпиталем Космического центра сегодня утром обнаружили мину, - сказал Синцов.
– И выходит так, что поставил ее туда Йодко.

– Погодите, - недоверчиво сказал Ершов.
– Самую настоящую мину?

– Да.

Ершов некоторое время молчал.

– Но зачем ему это могло понадобиться?
– наконец спросил он.

– Я надеялся, что вы мне поможете в этом

разобраться, - сказал Синцов.
– Он говорил о каком-то "пузыре", это просто бред?

– "Пузырь" - не бред, - помолчав секунду, сказал Ершов.
– Во всяком случае, не в том смысле, который вы имеете в виду. Он говорил об одной из моделей Канала. Вас это интересует?

– Сейчас меня интересует все.

– Что же, я попробую объяснить...

Некоторое время они шли молча, затем Ершов заговорил:

– Существует очень много теорий Джей-канала. Есил не ошибаюсь, только живых на сегодня больше десятка. Естественно, ни одна из них не полна, но кое-какую информацию о поведении Канала извлечь из них можно. Так вот. Сразу после неудачного полета "Плеяд" наши теоретики попытались смоделировать возникшее состояние Канала. Я уже говорил, что сжигание тромбов не проходит бесследно, а тут еще эти крики. Словом, нужно было просчитать возможную эволюцию состояния Канала... И вот тогда среди почти полутора сотен более или менее ожидаемых решений выплыло одно очень странное, возможно просто математический выверт, вроде ложных корней, но так или иначе оно появилось, и назвали его моделью с "пузырем". В чем суть?..
– Ершов вновь помолчал.
– Мне придется немного отвлечься... Кстати, то, что я говорю, вам понятно?

– Да-да, все нормально, - кивнул Синцов.

– Так вот. Одно время Джей-канал считали чем-то вроде мышиной норы в просранстве-времени, позволяющей прыгать по Вселенной, и больше ничего. Собственно, он и был открыт именно как такая "нора". Потом оказалось, что он играет важную - если не центральную - роль в осуществлении связи разумов во Вселенной. В качестве канала для обмена информацией - во всяком случае. Тут еще много неясного, но вероятнее всего, что это так и есть... Вот. Теперь о модели с "пузырем". Мозг страдающего человека порождает шум в Канале, искаженные сигналы, биения, как принято говорить.

– Именно такие биения и упоминал Йодко?

– Совершенно верно. Воздействие биений на все остальные разумы затрудняет их функционирование, подавляет все тонкие механизмы психики, реализующиеся через Канал, а при достаточно больших интенсивностях биения приводят к блокировке уровней сознания, то есть к помешательству человека... Впрочем, я, кажется, вам это уже говорил в связи с "рубцами"... Так вот, Модель с "пузырем" дает следующую последовательность событий. Когда на "Плеядах" начали кричать, от них пошел мощный поток биений, и Канал, защищаясь, окружил корабль некой оболочкой, локализующей биения...

– Канал у вас ведет себя как какое-то живое существо...

– А вы знаете, - помолчав секунду, сказал Ершов, - иногда кажется, что он действительно себя так ведет, хотя сомнительно. Канал - порождение разумов, их коллективное состояние. Возможно, мы слишком мало знаем о нем... Да. Потом, когда "Плеяды" вывели из Канала, эта оболочка приняла форму гантели с экипажем корабля на одном конце; "пузырем", то есть полостью, куда, якобы стекают биения, - на другом и изолирующим подканалом между ними. Вот и вся суть модели. Немного длинно, но главное, я думаю, вы уловили.

– А эволюция?

– Модели с "пузырем"? Все зависит от того, успеют ли обитатели Госпиталя восстановиться до того, как "пузырь" наполнится и лопнет. Если успеют, он просто рассосется - Канал довольно пластичная структура.

– А если не успеют?

Ершов ответил не сразу.

– Если не успеют?
– рассеяно переспросил он, думая, видимо о своем, тогда скверно...
– И вдруг, словно очнувшись, поднял глаза на Синцова: Вы что, всерьез? Поймите, это всего одно из полутора сотен столь же сомнительных решений. Да наверняка это просто чушь, побочный корень. Из-за этого покушаться на жизнь людей?..