Госпиталь
Шрифт:
"Действительно, вопрос сформулирован не слишком удачно", - с досадой подумал Синцов.
– Как Логов оказался в Госпитале?
– мягко спросил он.
– Не знаю...
– Кнорре отвернулся.
– Он попал сюда в первый месяц после организации Госпиталя, я тогда лежал тут, так что не знаю.
– Вы лежали в Госпитале?
– удивился Синцов.
– Да... Что вас удивляет? Тогда положили сюда всех, кто побывал на "Плеядах". На всякий случай. Да и, по правде, мы, здоровые, мало чем отличались от больных, все-таки неделя в одном корабле. Нам не сразу разрешили
– Я помню... Скажите, зачем Логов пошел сюда работать?
– Не знаю...
– безразлично ответил Кнорре.
– Мы не говорили об этом.
Они подошли к выходной двери, и Кнорре проделал перед ней те же манипуляции, что и при входе. Он поочередно приложил обе ладони к пластине слева от двери, затем отчетливо произнес свою фамилию в отверстие, образовавшееся справа от пластины. Синцов внимательно наблюдал за всеми его действиями.
"Замок закодирован, видимо, еще на Логова. Больше не на кого", успел подумать он и в ту же минуту ослеп от нестерпимо яркого после полумрака коридора света. Он не глядя уловил движение Кнорре, шагнул за порог и после того, как дверь со стуком задвинулась за его спиной, еще несколько секунд стоял зажмурившись, пока глаза не привыкли к свету, затем открыл их.
Госпиталь был освещен вывалившимся из-под гряды туч закатным солнцем, серые стены его порозовели, окна светились алым. В густой тени ограды, окружавшей здание, в проволочных заграждениях копошились под командой старшины Гостюжева техники, прилетевшие вместе с Синцовым из Управления.
– Вы хотите поговорить с Логовым?
– спросил, тронув Синцова за рукав, Кнорре.
– Да, конечно.
– Я провожу вас.
– Очень хорошо.
Они направились к воротам.
– Посетителей проводили в здание вы?
– спросил Синцов.
– Да. Обычно я.
– И во время посещений вы обычно находитесь в здании?
– Не всегда. Я понимаю, о чем вы спрашиваете. Иногда я уходил во время свиданий.
– А вчера? Когда приезжал... Йодко?
– Я уходил. Вы что, думаете?..
– Я пока ничего не думаю, Михаил Карлович. Информации слишком мало, я просто сужаю себе, насколько это возможно, диапазон поиска... Долго длятся свидания?
– По-разному, в зависимости от самочувствия больных. Как правило, от двадцати минут до получаса.
"За двадцать минут можно успеть, - подумал Синцов.
– Теперь план Госпиталя можно запросить по любому видеофону. За двадцать минут ничего не стоит спуститься в подвал, пришлепнуть мину и вернуться. Тем более что никому и в голову не прийдет постоянно следить за этим. Впрочем, Логов-то обходит здание..."
Возле ворот Синцов остановился.
– Прошу прощения, Михаил Карлович, - совсем забыл. Мне нужно переговорить с техниками. Если не возражаете, я вас догоню.
– Как угодно.
Подождав, пока Кнорре выйдет за ворота, Синцов подошел к забору. Навстречу ему, чертыхаясь и кляня "путанку", выбирался из заграждений Гостюжев.
– Что с сигнализацией?
– спросил Синцов, когда Гостюжев подошел к нему.
Тот пожал плечами:
– Разбираемся. Но боюсь, с сигнализацией
– Какая Защита?
– Фильтрующая. Да вы же видели буи вокруг Острова. Это как раз буи так называемой односторонней фильтрующей Защиты. Ее отключили, когда горячка прошла, а буи и все оборудование осталось. Кстати сказать, основательная вещь была: не выпускала с Острова ничего, кроме воздуха. Это получше любых замков и кодов... А вообще, похоже, тут года три ничего не настраивалось и не контролировалось. А может, и полазал кто...
– Года три? Подожди...
– остановил его Синцов.
Он подошел к двери Госпиталя и попытался открыть ее, повторив все, что делал до этого Кнорре. Когда Синцов в конце назвал себя, дверь, помедлив секунду, подалась назад и съехала в сторону. Из глубины здания донесся шум бьющейся под большим напором воды и размеренное гудение. Пахнуло чем-то едким.
"Какая разница, оставался Кнорре во время свиданий или нет?
– думал Синцов, ожидая, пока дверь закроется.
– Считай, проходной двор... Действительно, кто-то полазал?.. Кто?.. Может, кодировку просто сняли за ненадобностью?.."
– Разберитесь с автоматикой двери, - повернулся он к подошедшему Гостюжеву, - и перекодируйте замок на себя. На одного себя, понимаете?
– Понятно, только на себя.
– И еще. Мне нужно знать всех, кто попытается открыть дверь без вашего ведома. Можно что-нибудь придумать?
– Сделаем, Аркадий Сергеевич.
– Ну, хорошо...
Кнорре ждал Синцова возле домиков.
– Вы быстро ходите, - сказал ему Синцов, - я так и не смог вас догнать.
Кнорре промолчал.
– Мы можем идти?
– спросил Синцов.
– Да. Логов как раз дома.
Они подошли к голубоватому домику, стоявшему над самым обрывом к морю. Дверь открыл им высокий, очень худой человек с лицом, на котором выделялись большие, в обводах темных кругов, глаза. Павел Матвеевич Логов - Синцов узнал его по фотографии, которую успел просмотреть в Управлении перед вылетом на Остров.
Логов настороженно осмотрел Синцова, затем, жестом пригласив войти, проводил их в небольшую, скромно обставленную комнату, молча кивнул на два плетеных кресла за журнальным столиком, сам сел на против и только после этого сказал Синцову:
– Я вас слушаю.
– Покажите мину, Павел Матвеевич, - попросил Синцов, представившись.
Логов, не вставая, повернулся к письменному столу, за своей спиной, открыл верхний ящик и, достав небольшого размера коричневый брусок с круглым циферблатом на одной из граней, положил его перед Синцовым на стол.
"Уж больно простецки хранит Логов мину..." - Машинально отметил Синцов, разглядывая мину. Это была горная мина средней мощности с часовым механизмом, рассчитанный на суточный запас хода. Синцов с трудом оторвал ее от полированной крышки стола. Нижняя грань мина была покрыта оранжевым пластиком, способным удерживать его практически на любой поверхности.