Горячее сердце
Шрифт:
Он был не из тех, кто легко доверяется людям, но к Летти он относился с доверием, пока Корали все не разрушила.
Однако когда он вошел в ее соблазнительное, манящее тело и начал двигаться внутри, все остальное отступило и ушло на второй план. Он почувствовал такое возбуждение, какого от себя не ожидал.
Он принялся целовать ее так жадно, как будто не мог насытиться, и она отвечала ему с таким же самозабвением. Он возбуждался все сильнее, приближаясь к точке наивысшего наслаждения. Но он не поддался своему страстному желанию, пока она не достигла пика и не
Медленно опускаясь с небес на грешную землю, Грей лежал возле жены, которую не знал, и, чувствуя, как снова возбуждается, с удивлением подумал, что хоть это и кажется невероятным, но, едва успев удовлетворить страсть, он хочет все повторить.
Страх исчез. Корри могла ожидать от Грея гнева, его стремления отомстить, но не этой безумной страсти, которую он, кажется, был не в состоянии контролировать. Сама она была как в огне и потушить этот пожар не могла.
Она убеждала себя, что во всем виновато зелье, но в глубине души знала, что это не так. Зелье было для нее лишь удобным предлогом, позволяющим делать все, что она хочет. С той первой ночи она мечтала о том, как будет целовать и трогать каждый дюйм его тела, чувствовать, как играют его мышцы, запоминать текстуру его кожи.
— Корали… — прошептал он, и ее сердце замерло, почувствовав проблеск надежды.
Запустив пальцы в его густые черные волосы, она наклонилась и впилась в его губы страстным, нетерпеливым поцелуем. Грей ответил ей тем же.
— Грей… — пробормотала она. Она любила его, когда он был другим мужчиной. Он взял ее за талию и посадил на себя, и ее волосы, опустившись вперед, образовали нечто вроде занавеса, отделившего их от окружающего мира. Он страстно поцеловал ее, приподнял, и она ощутила под собой его твердое копье, ищущее вход в ее тело. Поняв ситуацию, она пустила его в себя, с наслаждением ощущая, как он заполняет ее тело изнутри.
Ее охватило горячее желание снова достичь вершины наслаждения, на которой она уже бывала с ним раньше. Она приподнялась, опустилась, потом снова и снова и почувствовала торжество победителя, заметив, что Грей пытается, но не может контролировать ситуацию и что она имеет над ним власть.
Корри быстро подстроилась под ритм и неуклонно продвигалась к цели, к достижению которой стремились они оба. Когда она принялась двигаться скорее, Грей втянул воздух сквозь стиснутые зубы и тоже ускорил темп, проникая в нее все глубже и глубже.
— Святые угодники, — бормотал он, хватая ее за бедра, чтобы она не соскользнула, погружаясь в нее снова и снова, пока оба они не достигли кульминации. Когда они стали спускаться с небес на землю, она в изнеможении упала на его мощную грудь и удивилась, почувствовав, что он поцеловал ее в лоб. Сняв ее с себя, он осторожно положил ее рядом и прижался к ней боком.
Ни Грей, ни она не сказали ни слова, потому что оба боялись нарушить хрупкую гармонию момента.
Потом обоих одолел сон. Ее последняя мысль была о том, что как бы ни сложились между ними отношения
Корри проснулась с первыми лучами утреннего солнца. Голова была слегка одуревшей, мышцы побаливали. К ней прижималось сильное мужское тело. Грей.
Она повернула голову, чтобы посмотреть на него: густые черные ресницы на худощавых щеках, твердая линия подбородка, легкая тень от отросшей щетины.
Его бедра были прикрыты простыней, но остальная часть тела до пояса была обнаженной, и ее внимание, естественно, сосредоточилось на ней. Тело у него было великолепное: хорошо тренированная мускулатура, плоский живот. Ночью он занимался с ней любовью, и хотя это было не так, как раньше, он дал ей то наслаждение, которое обещал.
Зелье сделало свое дело, и она расслабилась. Нет, не просто расслабилась. Она вела себя как тигрица, ведь не зря он однажды так ее назвал. Она покраснела, вспомнив, что сама буквально набросилась на него.
А что, если в этом будет заключаться ее наказание? А вдруг он сейчас проснется и поднимет на смех ее поведение, напомнив о том, каким распущенным созданием она стала?
Корри вздохнула. Что бы он ни добавил в вино, это помогло ей избавиться от страхов, но ее распущенное поведение, конечно, нельзя объяснить только этим.
Она искоса взглянула на мужчину, за которого вышла замуж. Как бы она ни наслаждалась ощущениями, которые он ей доставил, ей больше нравилось, когда страсть между ними возникала в результате естественного желания, а не благодаря зелью.
Прошлой ночью этого не случилось, но они, возможно, могли бы прийти к молчаливому согласию. Он мужчина, она женщина. Они хотят друг друга. Этого, наверное, достаточно.
— Хорошо спалось? — спросил он с другого края постели.
Корри взяла себя в руки.
— Спасибо, очень хорошо.
— Ты все еще боишься?
Он приподнял бровь и, чтобы проверить, взял в ладонь ее грудь и принялся потирать сосок. Сосок сразу же затвердел, а между ногами началась болезненная пульсация. Его рука мгновенно скользнула туда, как будто он все это знал. Он тихо застонал.
— Ну что ж, по крайней мере у нас есть вот это, — произнес он без малейшего намека на издевку или упрек, и она расслабилась, когда он страстно поцеловал ее, немедленно возбудив, что должно было бы удивить ее, но почему-то не удивило. Она отдалась огню, который он зажег, и подстроилась под заданный им ритм, подумав при этом, что он, возможно, прав.
«У нас по крайней мере есть вот это».
Хотя в глубине души она знала, что этого недостаточно.
Глава 19
Солнечный свет пробивался сквозь шторы на окнах спальни Грея. Корри пошевелилась и протянула руку, но на другой половине кровати никого не было. Грей уже ушел. Она откинулась на подушку, глядя на балдахин из тяжелого золотистого бархата. Отчасти она была даже рада, что его нет и ей не придется смотреть ему в глаза, но в то же время ей хотелось, чтобы он был здесь и занялся с ней любовью.