Чтение онлайн

Дымка, Кой, Снайпер и Огонёк, обняв друг друга за плечи, стояли перед рабочим столомАуста, со страхом глядя на парящий в воздухе голографический экран. На виртуальном мониторе ретранслировалась видеозапись с центральной площади Гетто, как всегда битком набитой людьми. Ауст с Майклом на коленях сидел рядом с основной компанией, на старом стуле с шатающейся ножкой и порванной обивкой на спинке.

Настроение у всех было, мягко говоря, подавленное. С того момента как Криса поймали и вывезли из трущоб, прошло уже более пяти часов. Никто не сомневался, что, как только пленника доставили

в Промзону, его тут же принялись пытать и допрашивать. А значит, в любой момент в их тайное убежище может нагрянуть штурмовой отряд роботов. Ожидание неизбежного, хуже самого неизбежного. Так что всё до единого находились на пределе морального истощения. Огонёк уже несколько раз поддавалась нападкам страха и впадала в истерику, но Кою с Дымкой быстро удавалось приводить её в норму. Снайпер выглядел мрачнее своей тени.

В небе над площадью Гетто появилось видео с веб-камеры установленной в кабинете Эрлаха Гарольда. В глазах ученого с первых кадров было заметно скрытое самодовольство.

– Ха, ха, ха!
– Медленнопроизнес Гарольд, нарочно разделяя каждое слово выразительной паузой. На его устах показалась напыщенная, полная удовлетворения улыбка.

Дымка крепче сжала Коя и Огонька за плечи, готовясь услышать о разоблачении их маленького отряда. На глазах второй девушки снова появились слёзы.

– Я вам обещал, что поймаю его... так сказать, того кто посмел залезть в чужой огород ...
– довольным тоном произнес Гарольд.
– Не прошло и суток, как я выполнил данное мной обещание! Я поймал вашего бунтаря.

В толпе на площади послышались многоголосные тревожные стоны и негодующие завывания. В канализации, на лицах всех собравшихся участников восстания появилось откровенное недоумение.

– О чем это он?

– Что он несет?

– Это же Снайпер был в Промзоне, а не Крис?

А тем временем Гарольд с лукавой гримасой на лице продолжил свой монолог:

– Неожиданно... очень даже неожиданно...
– Гарольд демонстративно принял задумчиво-удивленный вид.
– Кто бы мог подумать, что это будет именно он? Лично я - никогда бы не подумал!
– Далее Гарольд хрипло засмеялся и сквозь смех выдавил следующую реплику: - Удивительно! Оказывается, мертвые имеют свойство оживать....
– внезапно смешок ученого оборвался на середине такта, а в глазах старика появился стальной блеск.
– Но будь я проклят, если это повторится дважды!- Произнес он убийственно грозно.

Ауст, Снайпер, Дымка, Кой и Огонёк внимательно слушали Гарольда. Они постоянно переглядывались между собой, не до конца понимая значения размытых толкований доктора роботехники и генной инженерии.

– Теперь...
– голос Эрлаха стал триумфально-торжественным.
– Я вам с радостью сообщаю - правосудие свершилось!Справедливость восторжествовала!Зло наказано!Не верите? Просто взгляните на это!

На экране, висевшем под куполом мертвенно-фиолетового неба, появилось видео, которое шокировало публику. Несколько роботов в белых халатах пытали с помощью газовой горелки привязанного к черному креслу обнаженного парня. На следующих кадрах роботы в военной форме колотили этого же бедолагу металлическими дубинками. Затем кратко показалось третье видео, на котором несчастного, привязав за одну ногу к железному крюку, вниз головой опускали в огромный чан с кипятком.Этим парнем был Крис.

Не выдержав Огонёк закрыла глаза и бросилась в объятия Дымки, которая сразу же принялась утешать свою ранимую подругу. Лицо Снайпера ещё на несколько тонов почернело.

– Ублюдки!
– Голос Снайпера походил на зловещий шепот мертвеца восставшего из могилы.

На последних кадрах, обезображенное, покалеченное тело Криса, в бессознательном состоянии лежало на цепях, привязанное к столбу. Перед ним стоял взвод роботов, которые по команде "черного призрака"

открыли огонь из своих автоматов и окончательно добили беднягу, разрядив в него по целой обойме.

Озлобленное молчание зависло над Гетто. Затем на экране снова показалось довольное лицо Гарольда.

– Крис Андерсон - бывший участник военизированной группы "Патриот".Когда-то мой личный охранник, считавшийся погибшим при патрулировании Гетто. Вот, оказывается, кто ваш бунтарь. Он полностью признал свою вину, как и признал свое участие в недавних терактах и даже в проникновение на Промзону. Не удалось, правда, выяснить имена его союзников - но это пустяки. Без лидера - вы никто, беспомощные бактерии, кастрированные микробы. А ваш лидер - отныне мертв...- Улыбка на лице Гарольда медленно расползлась от одной щеки к другой.
– Но у меня есть и хорошая для вас, отбросов, новость. Теперь, когда ваш лидер мертв, я снимаю с Гетто режим террора. Можете снова хозяйничать на своей вонючей помойке, как вам заблагорассудится. Приятных снов ребятишки...

Изображение с веб-камеры растворилось в ночной мгле.

– Получается... он взял всю вину на себя и не сдал нас?
– Спросила у всех Дымка.

– Да...
– коротко ответил Снайпер. Голос парня дрожал, сердце пронизывали длинные острые иголки боли.

Снайпер с угрюмым видом сидел на краю крыши старой, потрепанной временем многоэтажки, расположенной неподалеку от бара Фламинго. Он молчаливо смотрел на Гетто, тонувшее в желтых огнях уличного освещения, над которым клубились сумерки ночного мрака. Его взгляд был пронизан болью и скорбью, а глаза были воспалено-красными. Иногда он переводил свой взгляд на белый клубок света, видневшийся вдалеке у самой линии горизонта, ощущая, как всё его существо пропитывается неистовым желанием исполнить акт отмщения. Этим белым флуоресцентным пятном, впрессованным в черноту горизонта, был столь ненавистный всем клеткам его организма Город Ангелов

Снайпер настолько глубоко был погружен в свои мысли, что не заметил как к нему подкралась Дымка, вплоть до того момента, когда девушка села рядом с ним.

– О чем ты думаешь, Снайпер?
– Спросила она призрачно-тихим, нежным голосом.

– О Крисе...
– безжизненно признался Снайпер.

Едва родившуюся беседу эгоистично придушила пауза безмолвия, длившаяся настолько долго, что, казалось, разговор уже погребен. Снайперу почти удалось снова углубиться в себя, удалившись от окружающей его реальности в горькое варево раздумий, но внезапно Дымка продолжила надломленный разговор:

– В его смерти нет ни капли твоей вины... что тебя гложет?
– Спросила она.

– Нет... Его смерть произошла полностью по моей вине...
– стойким голосом возразил Снайпер.

– Почему ты так считаешь? Он ведь сам решил сдаться...

– Нет. Это я его толкнул к этому шагу.
– Голос Снайпера стал нервозно дрожать, словно перетянутая леска.
– Как ты этого не понимаешь?

– Не понимаю чего?

– Мотив! У него был мотив! Он хотел доказать нам... а точнее мне... мне!
– Снайпер стал захлебываться от избытка чувств.
– Что он мне друг, что он не предатель...

Снайпер тяжко выдохнул. Белый пар, словно из дымохода, мощной струей вылетел из его рта и за секунды растворился в стуженом ночном воздухе.

– Мои сомнения вынудили его пойти на этот отчаянный шаг. Это мое недоверие заставило его принести себя в жертву. Доказать в такой способ всем, кто он был на самом деле...
– Интонация, с которой говорил Снайпер, была насыщена сентиментальностью.

– Ты преувеличиваешь и накручиваешь себя...
– сказала Дымка.

– Нет...
– оспорил Снайпер.
– Скорее даже... я даже преуменьшаю...