Гонконг
Шрифт:
В конце концов, он же извинился перед Деборой за свое поведение, обещал никогда больше не изменять ей, а она..
Адам почувствовал, как в нем закипает злость.
Дебора тоже хороша! Связаться с китайцем… А теперь этот Ван Фусэн развалился в кресле салона первого класса и любезничает с ней! А она крутится около него, улыбается, кокетничает.
Адам не исключал возможности, что поведение Деборы продиктовано лишь ревностью и обидой на него из-за Роны. И все-таки ему было противно даже думать о Деборе
Адам тяжело вздохнул и снова потер шею. Не все так плохо, как кажется. Если все получится, как он задумал, этот полет будет последним для него. А потом он сообщит руководству авиакомпании, что получил другую, денежную работу и уходит от них.
Адам взял в руки микрофон и, стараясь говорить спокойным ровным голосом, произнес:
— Уважаемые дамы и господа! С вами говорит командир корабля Адам Найт. Мы рады приветствовать вас на борту нашего самолета! Наш полет проходит на высоте…
Когда погасла табличка с надписью «Не курить», Илай достал сигару, снял с нее целлофановую обертку и, указав ею на микрофон, откуда доносился голос Адама, обратился к своему соседу:
— И все-таки, что его заставило заняться таким опасным делом?
— Деньги, Илай, большие деньги, — ответил Ван Фусэн. — В Штаты постоянно поступают огромные партии героина, и прибыль от них — миллионы и миллионы долларов. Твой приятель имел хорошую выгоду.
Илай закурил сигару и сказал:
— Но разве это так просто — возить контрабандный товар через границу?
— Не так уж и сложно, если тебя никто не подозревает, — усмехнулся Ван Фусэн. — Летчики международных авиалиний, как и дипломаты, практически никогда не подвергаются таможенному досмотру ни в Гонконге, ни в Штатах. Адам благодаря большому стажу работы, естественно, не вызывал подозрений.
Он не отмечал в таможенной декларации кое-какие вещи. Конечно, на таможне у него были свои люди, и, когда он в двух больших сумках привозил товар, они закрывали на все глаза, получая свою часть прибыли. Сегодня последний полет Найта, и на таможне его уже будет ждать полиция.
— Наверное, те мои дружки из Интерпола? — усмехнулся Илай. — Надеюсь, теперь они от меня отвяжутся! — Он окинул взглядом Дебору Рей, проходившую по салону, и спросил:
— Это она навела тебя на мысль об Адаме?
— Не совсем так, — ответил Ван Фусэн. — Но кое-что она, сама того не желая, подсказала мне. Помнишь, она подслушала наш разговор у бассейна на вечеринке у Вановена? Она сопоставила факты, неуемную страсть Адама к деньгам… А я уже сделал правильные выводы. Кстати, Сандер Вановен подтвердил причастность Адама к контрабанде наркотиков в Штаты. Это он привлек его два года назад к перевозке товара.
— Джентльмены, что желаете? Напитки… — Дебора с приветливой улыбкой смотрела на Илая и Вана.
— Я желаю! — заявил Илай. — Как все-таки
— А мне виски с содовой, — попросил Ван и смущенно отвел взгляд от Деборы.
Дебора кивнула и, покачивая бедрами, двинулась по проходу между креслами.
Илай заметил, что Ван поднял глаза, лишь когда Дебора скрылась из виду.
— А у вас, похоже, роман! — весело подмигнул ему Илай.
— С чего ты взял? — буркнул Ван и отвернулся.
— Ладно, приятель, не обижайся, — примирительным тоном произнес Илай и похлопал его по колену. — У меня ведь похожая проблема… Знаешь, мне не дает покоя один вопрос, — вдруг сказал он серьезно. — Почему Сандер решил вам помочь и сообщил об Адаме Найте и о доставке героина в Штаты? Он не производит впечатления человека, который сдает свои позиции и охотно сотрудничает с полицией!
— Видишь ли, Илай, Сандер находится сейчас в сложном положении. Он подавлен смертью Карен, очень переживает, считая себя виноватым. Да, он дал показания полиции, но это не означает, что он безразличен к своей дальнейшей судьбе. Ведь на нем лежит ответственность за убийство Линь Кэ, и не важно, кем тот был — честным человеком или преступным авторитетом. — Ван Фусэн несколько минут задумчиво молчал, потом вдруг сказал:
— Знаешь, Илай, я почти уверен, что Вановен не понесет никакого наказания за свои деяния! Он очень богат, могуществен и имеет влиятельных друзей. Он отвертится, вот увидишь!
К ним подошла Дебора с подносом, на котором стояли напитки.
— Как-то непривычно лететь первым классом, — шепнул Ван Фусэн Илаю.
— Нормально! — бодро воскликнул тот. — Я же говорил тебе, что получил кругленькую сумму от Линь Кэ. Почему бы не истратить часть этих денег?
Дебора наклонилась и стала расставлять на откидных столиках напитки. Затем она украдкой ласково провела рукой по щеке Ван Фусэна и уже намеревалась уйти, как вдруг воскликнула, обратившись к « Илаю:
— Чуть не забыла! Меня просили передать тебе кое-что. — И она протянула ему большой квадратный конверт.
Илай удивленно взглянул на нее и вскрыл конверт. Внутри лежала рождественская открытка. Он неожиданно громко рассмеялся.
Ван Фусэн тронул его за рукав.
— Рождественская открытка в феврале? — недоуменно произнес он.
Илай развернул открытку, и оттуда выпала веточка омелы.
На открытке было написано:
«Дорогой, другую веточку я прикрепила над своей дверью в надежде, что ты скоро вернешься в Гонконг!»
[1] У древних китайцев существовало поверье, что злые духи боятся красного цвета. конверт и, протянув его Илаю, тихо сказала: