Гол-2018
Шрифт:
«Эта планетка меня доконает», – подумал Ноан, ужасная боль пронзила его мозг, в глазах что-то вспыхнуло, и он отключился.
Глава шестая
– Ну, что скажешь? – мрачно спросил Тихонов у врача команды Запевалова.
Тот перестал щупать сидящего на кушетке обнажённого по пояс Королёва, повернулся к тренеру и скорчил гримасу.
– Ничего не могу понять! Ну никаких отклонений! Может, провести дополнительные исследования?
– Сколько можно исследований! – возразил стоявший в углу
Андрей Валерьевич скрестил руки на груди.
– И часто это у тебя? – задал он вопрос Даниле.
Тот поднял глаза к потолку и ответил:
– Уже в четвёртый раз с лета. Предыдущий – перед Новым годом, сразу, как начался отпуск. И вот вчера – в последний пока. Каждый новый приступ тяжелее предыдущего.
– И почему это происходит?
– Вам подробно или кратко?
– Давай подробно – мы никуда не торопимся.
– Хорошо. Во время солнечных вспышек из солнечной атмосферы в межпланетное пространство выбрасываются потоки заряжённых частиц. Через сутки, иногда менее, этот «концентрат» достигает Земли, происходит сильное сжатие магнитосферы планеты, что означает увеличение напряжённости магнитного поля, так начинается магнитная буря.
Основная точка приложения магнитных колебаний в организме человека располагается в определённом участке головного мозга и называется диэнцефальной зоной. Связана нервными «стволами» с корой головного мозга «сверху» и с нижележащим стволовым отделом головного мозга. А через него идет связь со всеми отделами нервной системы.
В диэнцефальной зоне располагается большое количество жизненно важных центров. Это – центр терморегуляции и сосудо-двигательный центр, который отвечает за частоту пульса и за артериальное давление. Есть центр, отвечающий за мочеиспускание, центр, отвечающий за работу кишечника, и многие другие центры.
Магнитные бури сами по себе бывают разной интенсивности. И поэтому возбуждение происходит во всех или не во всех центрах одномоментно, и степень их раздражения разная. От всего этого зависит клиника – симптомы заболевания. Болезненное состояние при этом называется диэнцефальным кризом.
Во время магнитной бури образуются агрегаты кровеносных телец, то есть кровь густеет. Из-за такого сгущения крови ухудшается кислородный обмен. Сначала повышается давление. Пульс учащается и становится «неровным», с перебоями. Возникает одышка – чувство нехватки воздуха, потом – выраженный озноб, дрожь во всем теле. За счёт спазмов периферических сосудов ноги и руки становятся белыми и холодными на ощупь. Иногда тошнота и рвота. И – о, да! – сильное чувство страха смерти. Это – для основной части людей. А теперь возьмите эти симптомы и умножьте раз в пятьдесят. Тогда вы поймете, что я чувствую.
– Офигеть. Это как-нибудь лечится?
– Конечно. Особенно учитывая, что солнечная активность достигла своего максимума за последние 11 500 лет. Для начала надо выпить горячего чая мелкими глотками. Лучше, если чай будет с добавлением мяты, мелиссы или других успокаивающих трав. Подходят капли: валериана, пустырник, боярышник.
А
– Ну, а почему молчал?
– Потому что до «Спартака» такого не происходило. О чём я мог говорить?
– Ну, а как ты сейчас себя чувствуешь?
– Хреново. Как будто отравился какой-нибудь дрянью. Общая слабость, что рукой, что ногой шевельнуть не могу. Мне б снотворного – и спать.
– То есть завтра с ПСЖ ты точно не выйдешь?
– Да какой от меня толк? – Ноан сполз с кушетки и начал медленно, с трудом одеваться. – По опыту – дня три надо, чтобы оклематься.
– Венеамин Григорьевич! – позвал гендиректор врача. – Ну добавьте вы хоть что-нибудь!
– Нечего добавлять! – развёл руки в стороны расстроенный доктор. – Да, у особо чувствительных людей есть такая штука – острая реакция на магнитные колебания, которые зависят от активности солнца. Но это как обычная мигрень – ну, поболит голова, да перестанет, но, чтоб вот так – сознание терять, а потом три дня из постели не вставать – такого я не слышал. Нет, если человек очень болен, то вспышка может спровоцировать и инфаркт, и инсульт, но, поверьте, я человека здоровее Королёва в своей практике ещё не встречал. Это даже не кабан, не конь, не слон – это кит!
– Считайте, что я на тренировке дёрнул мышцу, – предложил наставнику Данила.
– А если ты перед ответным матчем тоже «дёрнешь?»
– Современная наука по распространению «солнечного ветра» способна предсказать рядовую, только если не суперсильную, магнитную бурю примерно за сутки. Установите прочный контакт с какой-нибудь обсерваторией Академии Наук, и пусть вас ежедневно держат в курсе.
– А что? – почесал затылок тренер. – Установим! Но что делать сейчас?
– Не знаю. На поле завтра мне лучше не выходить – только народ рассмешу.
– Эх-эх-эх… – протянул Егор Ильич. – Не видать нам кубка…
– Зато девяносто миллионов сэкономим, – зло огрызнулся Тихонов.
– Да не спешите пеплом голову посыпать. Не приходило в голову, что и без меня сможете выиграть? – застегнув пуговицы рубашки, Ноан принялся заправлять её в джинсы.
– «Приходило!» – передразнил его Андрей Валерьевич. – Только уже игроки расслабились, понимают – как дурака не валяй, выйдет Королёв и всё поправит.
– Ну вот и будет им экзамен на профпригодность.
– Эх, ты, «профпригодность»… – тренер она секунду закрыл лицо руками. – На тринадцать очков впереди «Зенита», расслабуха полная. Лига чемпионов – и то устаёшь мотивировать… А что дальше будет?
– А кто его знает? – пожал гость плечами. – Заглянуть в будущее невозможно. Как говорил Хемингуэй, «на свете есть ничто, и брат его – завтра». А Гроссман заметил, что «оптимизм – бессмысленный опиум». Так что готовимся к худшему, но…
– Надеемся на лучшее, – закончил за него Тихонов. – Ладно, доморощенный философ, езжай домой, отдыхай, а мы тут без тебя посудачим.