Чтение онлайн

— Убирайтесь, — сказал Хок. — А то ноги буду ломать и на мордах ваших маршировать.

Постанывая, хромая и сутулясь, бандиты убрались.

— Дураки, — сказал Хок. — Болото. Доедайте вашу рыбу, князь, и пойдем отсюда. Противно. А то еще беспризорных детей встретим, а как с детьми драться я, честно говоря, не знаю. А бегать вы в данный момент не в состоянии.

Неподалеку от Сейской Темницы Хоку и князю повстречалась возбужденная, почти бегущая толпа. Хок повертел головой, ловя обрывки выкрикиваемых фраз.

— Чего это они? — спросил князь, которому нравилось слушать голос Хока,

его освободителя, здесь, на темной улице, ставшей для него за этот час символом свободы.

— Идут смотреть на Волшебника, — сказал Хок.

— Волшебника?

— Есть такой шарлатан. Раз в три года прибывает в Астафию, по слухам из Страны Вантит. Слухи распускает сам. Говорят, он исцеляет, или помогает больному исцелиться, и показывает разные художественные фокусы и чудеса. На площади. Превращения, дым, огонь, вода, и прочее. С картами тоже есть фокусы. А деньги ему платят придворные.

— Какие придворные?

— Ну не ходить же ему по площади с ведром или головным убором, медяки собирать. Он знаменитый. Отыгрывает представление, идет к себе на квартиру, и там устраивает великосветский прием. Принимает индивидуально, и есть, помимо кабинета, приемная, и там вечно они все толкаются и сплетничают. Платят только золотом, значительными суммами.

— А зачем ему тогда представления на площади?

— Для репутации. Кто б ему поверил, если бы чернь его так громогласно не обожала? Естественно, наши аристократы делают вид, что все это несерьезно. Просто забава. Но на самом деле верят.

— И давно он этим делом промышляет? Я что-то никогда о нем не слышал.

— Лет пятнадцать уже. Еще при Жигмонде начинал. И был тогда, кстати говоря, гораздо более разборчив. Никого, кроме князей, не принимал. А вот при Зигварде не получилось. Зигвард откопал себе какого-то полоумного, где-то в горах. Чего-то предсказывает все время, очень туманно и занудно, что твой член Рядилища. — Хок слегка улыбнулся. — И половина князей и княгинь к этому горному вещателю сразу убежала, с легкой руки Зигварда.

— Интересно, — сказал князь. — Так он сегодня приезжает, Волшебник?

— Да, — ответил Хок. — Странно, что вы о нем никогда не слышали. Впрочем, вы, наверное, правы. Какое цивилизованному человеку дело до суеверий? Беда в том, что цивилизация всегда поверхностна, а суеверия так или иначе составляют почти всю сущность большинства людей. Уж сколько, казалось бы, глумились над религией, высмеивали ее, а в храмах все еще народ толчется, думает, что Создатель почтит думами о них.

— Да, предрассудков много, — согласился князь. — Не поверите, Хок, у меня в княжестве… бывшем моем княжестве… все фермеры — верующие. А священник — такой прощелыга, такой прощелыга.

— Да, — сказал Хок. — Все священники прощелыги. Ну-с, зайдем.

Сейская Темница показалась князю после окраинной улицы адом. Тем не менее, уже не надежда, но уверенность в скорой свободе и жизни на юге, у живописных скал, где в теплой прибойной волне плещутся толстые дети виноделов, скрасила впечатление.

Камера, то бишь пещера, была не очень ярко, но освещена масляными светильниками. В углу стояла кровать с балдахином и свежим бельем. Рядом помещались умывальные принадлежности. Дубовый, хорошей отделки, стол был

накрыт и сервирован. По центру дымилось блюдо с глендисами. С краю стола стопкой лежали бумаги. Рядом с бумагами помещались чернильница и перо. У левой стены высился шкаф — семь смен одежды и белья, халаты, и обувь.

У входа в пещеру сидели на новой деревянной скамье двое — они пришли сразу за князем и Хоком — неприветливый лысый и благообразный причесанный.

— Замок поменяли, — сказал Хок. — Решетка теперь отпирается изнутри. И только один ключ. Вот он.

Князь благодарно взял у Хока ключ.

— Поешьте, успокойтесь, оденьтесь в чистое. Вот чернильница, вот перо, здесь документы, нужные вам для запоминания. Делайте записи. Через три-четыре дня я вас навещу. Те двое — крысолов и слуга. Крысолов глухонемой. У него только одно назначение — делать так, чтобы крысы сторонились этого помещения. Он это сделает, не сомневайтесь. А слуга будет выполнять малейшие ваши пожелания и прихоти. Кстати, если вам захочется еще прогуляться, а меня в этот момент не будет, возьмите с собой слугу. Нужному поведению он обучен. Я его предупрежу. Суд состоится на восьмой день, в среду, так что времени не так уж много. Кстати, я должен вам кое-что сказать, секретное. — Хок понизил голос. — Дело такое. Крысолов, естественно, не опасен, поскольку не говорит, а грамоты не знает. Дворецкого пришлось посвятить в некоторые детали. Он знает, кто вы такой.

— Да? — спросил князь с готовностью. — Так что же?

— Его по окончании вашего здесь пребывания придется убить. Вы понимаете — это очень неудобно и негуманно, какая уж там гуманность, но это совершенно необходимо. Речь идет о безопасности государства.

— Конечно, — сказал князь, сокрушенно качая головой. — Очень жаль, на вид он славный малый. Но необходимость есть необходимость.

— В том-то и дело, — заключил Хок. — Ну, князь, увидимся скоро. Поздравляю вас. Вы выполняете дело, ну, небывалой просто важности. Желаю успеха.

Они молча и торжественно пожали друг другу руки.

Было холодно. Хок закутался в плащ и быстрым шагом направился к брошенному храму, за углом которого ждали его карета, лошади, и четыре охранника. Охрана Хоку была не нужна. Она нужна была, учитывая особенности поведения людей в этом районе, карете и лошадям.

— Дрянь место, — сказал Хок, не в первый раз оглядывая дома вокруг. Он сел в карету.

Ближе к центру, он велел охраннику остановиться и сказал, что дальше пойдет пешком. Ему хотелось посмотреть на представление Волшебника. Просто из любопытства, хоть он уже и видел эти представления раньше.

В этот свой приезд в Астафию Волшебник, вместо обычного выступления на площади, абонировал правое крыло Форума, установив плату за вход и уплатив соответствующую мзду в государственную казну. Вспомнив об этом, Хок решил, что у Волшебника совсем плохи дела — раньше он, по крайней мере, создавал какую-то видимость бескорыстности.

У Форума, где Хок был частым гостем, слушая в основном речи политического содержания, но и захаживая иногда на художественные представления, иногда с дамой, была огромная толпа. Желающих лицезреть Волшебника было раз в десять больше, чем мест в правом крыле Форума.