Герильеро
Шрифт:
Габриэль вытащил из сумки несколько листов и пустил их по рукам. По мере чтения лица веселое выражение с лиц пропадало, уж больно нехорошие бумаги удалось добыть. Официальный запрос министерства обороны Боливии о создании и вооружении двух батальонов рейнджеров. Не менее официальный ответ из США о создании мобильной инструкторской группы BL-404 из числа служащих в войсках специальных операций, подкрепленной программой военной помощи.
Майор Ральф Шелтон, три офицера в званиях от капитана до лейтенанта и дюжина сержантов. Прибытие в Ла-Пас во второй половине 1967 года. Предполагаемый тренировочный лагерь для подготовки первого батальона — Ла-Эсперанса, шестьдесят километров
— А нам и одного за глаза хватит, — резюмировал общее впечатление Че. — Выход один, вырастить за полгода силы, способные противостоять рейнджерам. Значит, тем более необходимо ударить сейчас, пока у армии нет этих батальонов.
— Границу трясти будем?
— Обязательно!
— Тогда так. Хосе отвечает за рейд на юг, — тон Гевары не подразумевал возражений. — А мы готовим атаку на город.
— И роем новые склады, — добавил хозяйственный Римак.
— Зачем?
— Из города много чего можно привезти.
По одному-два человека группа Хосе просочилась через «договорные» участки, где командовавшие заслонами офицеры делали вид, что ничего не происходит. Вместе с ними шли шесть малакку и просто уважаемых людей из общин — и для прикрытия, и для дальнейшей поездки в Уругвай. Но если людей вывести было не так сложно, то вот оружие никак. Тем более, что пулеметы позарез нужны в горах, поэтому отправили «с одной винтовкой на троих» в расчете на то, что привезет самолет из Чили.
Гондолы после затухания боевых действий возобновили маршруты в города и на рынки и наконец, вся группа, несмотря на вечное man’ana [i] почти без опоздания собралась в знакомом городке Боюйибе. Ученики «тракторной школы» пригнали и купленные, и стоявшие в ухоронках джипы и даже целый грузовик. Хосе в последний раз обошел свое воинство и скомандовал в путь — через час они уже доехали до взлетки в Такипиренде.
Встречал их Хулио Луис, глава отделения профсоюза нефтянников, на которого вывел тот самый Вилли из шахтеров.
— Салют, как обстановка вокруг? — пожал ему руку Хосе.
— Полная тишина. Вся армия на север от Камири, блокирует горы, — успокоил Хулио. — А рабочие здесь все члены профсоюза, специально подбирали.
— Отлично, сколько времени нужно на подготовку полосы?
— Мы прошлись по ней, она в хорошем состоянии, в двух-трех местах подровняем бульдозером и можно принимать самолет.
— Хорошо, тогда мы даем радиограмму, чтобы завтра к полудню прилетел. Краска готова?
Краски, необходимой для придания джипам настоящего военного вида, запасли изрядно — белой, красной, желтой, но почему-то без зеленой. Хулио пожимал плечами и оправдывался двойным количеством красной, а Хосе свирипел и понимал, что местные не виноваты. Ну не объяснили им, что нужна армейская краска, не дай бог разболтают. Но вот что с машинами делать? Впрочем, тот же Вилли подсказал решение — послать машину в Боюйибе да купить зеленой, или синей и смешать ее с желтой, а пока подготовить джипы. Грузовик обернулся за два часа, к вечеру «патрульные» сияли свежей краской и Хосе сделал себе пометочку — утром пройтись по ним песком и землей, чтобы не выглядели
Малакку и общинники тем временем прочесывали полосу, убирая с нее камни крупнее кулака, бульдозер заравнивал промоину в торце, радист получил подтверждение из Антофагасты.
Утром джипы привели в потрепанный вид, группа переоделась в армейскую форму и даже выставила патруль (на всякий случай, чтобы отгонять посторонних) у конца взлетки, где полоса упиралась в железную дорогу и трубопровод. Один из кубинцев, успевший послужить в авиации, поднял полосатый конус ветроуказателя и подготовил дымовые шашки, а потом в панике бросился к Хосе — бульдозер со вчерашнего дня так и стоял, где окончил работу, блокируя дорожку. В этот момент они и услышали гул моторов с запада.
Счастье, что до бульдозера бежать было метров двести и ученик Ньико успел его убрать, пока зеленый Дуглас-Скайтрейн с белой и красной полосами вдоль фюзеляжа делал круг над Такипирендой. Кубинец зажег фальшфейеры, самолет качнул крыльями и довернул на посадку.
На пробеге его дважды качнуло и у Хосе нехорошо екало сердце, но ветеран неба дорулил почти до строящейся насосной станции, обдал встречающих клубами пыли и встал, продолжая резать воздух винтами. В левом борту распахнулась створка грузового люка, наружу выпала лестница, а следом спустился крайне импозантный пилот в потертом кожаном бомбере, очках-авиаторах и лихо сбитой набекрень фуражке Королевских ВВС Великобритании.
— Болеслав Кржемидловски, к вашим услугам, Empresa de transporte aereo «Vilna».
— Как долетели, капитан?
— Пара пустяков. Разгружайте живей, я хочу ужинать дома.
Летчик и его бортмеханик пообедали в тенечке за раскладным столиком, пока люди Луиса и общинники со свободными от «патрулирования» бойцами перетаскали три тонны груза. Хосе выдал Болеславу пачку денег, которую тот тщательно пересчитал, просветлел и пригласил малакку с сопровождающими лицами на борт.
Снова закрутились и подняли пыль винты, самолет развернулся и шевеля закрылками и килем встал в начале полосы. Из окошка кабины высунулся и помахал рукой поляк, а потом движки взревели и самолет все быстрее покатился навстречу небу. Хосе следил за ним, приложив ладонь ко лбу и только когда зеленая машина повернула в сторону Чили, опустил руку и двинулся к ящикам.
Там уже трясли друг друга за грудки работяги и герильерос. Хосе кинулся разнимать и минут через пятнадцать с помощью Хулио кое-как растащил их по сторонам — профсоюз требовал оружия и не давал грузить ящики на машины. Хосе даже растерялся, ну не стрелять же в своих, но потом сообразил и отвел Хулио в сторону. Договорились на том, что Хосе забирает все необходимое для рейда, но оставляет все «лишние» стволы и по пятьдесят патронов на каждый. С одним непременным условием — обмене по первому требованию на «маузеры». Как ни странно, это всех устроило, рабочие лучше знали немецкие винтовки, чем привезенные американские, а Хосе избавлялся от необходимости таскать с собой лишние полторы тонны. Лучше уж бензина в канистрах взять. И воды.
— Ну и как прошло?
— Как по нотам. Пятьсот километров за три дня, четыре боя и одна погоня, — доложил Хосе. — Обстреляны три пограничных поста, два парагвайских и один боливийский, сожжена одна боливийская казарма и уничтожены три или четыре автомашины. Когда проезжали Боюйибе по дороге обратно, там создавали отряд самообороны. Ну, мы еще им нагнали паники — сказали, что с юга наступает целая дивизия.
— Выжившие остались?
— А как же. Специально крутились перед ними в чужой форме. Ты же радио слушаешь, должен знать.