Гегемон Греции!
Шрифт:
«Неужели это правда? Я устал сражаться с проклятыми персами и не хочу возвращаться на их земли».
«Я уже был готов купить участок земли на Крите и найти жену».
Толпа сразу же заволновалась, и в обсуждении возникло сильное беспокойство
Давос не ответил им, но вместо этого сообщил еще одну удивительную информацию: «Более того, Клеандр скоро уйдет со своего поста, и его заменит Аристарх из Спарты».
Кто-то издал возглас «Ах!».
Давос посмотрел в ту сторону и холодно сказал: «Некоторые из вас могут знать его, а некоторые нет. Я сообщу вам, что этот спартанец стал знаменит в предыдущей войне с Афинами. Не потому, что он храбро сражался, а…». — Давос с внушительным
Это все равно, что вылить ведро холодной воды в кастрюлю с кипящим маслом.
«Неужели он собирается продать нас?».
«Он не посмеет».
«Мы свободные люди, а не враги Спарты. У него нет для этого никаких оснований, это противоречит греческим традициям».
«Спарта и так была неразумной и властной, но теперь, будучи гегемоном Греции, они могут делать то, что не делали раньше».
Давос наблюдал за паникующей толпой и сказал голосом, полным эмоций: «Мы, греки, свободны. Мы терпим лишения, чтобы жить. Однако в глазах спартанцев и граждан этих городов-государств мы — безземельные изгои, воры и грабители, угрожающие стабильности городов-государств. Поэтому Анаксибий может обмануть нас (имеется в виду, как спартанский адмирал обманул их, чтобы они отправились в Византию, сказав, что заплатит им, а затем нарушил свои слова, как только они прибыли) Клеандр также обманул нас, вывел из города и закрыл городские ворота, и мы не только не имеем пищи, но и сталкиваемся с большим количеством фракийцев. Спарта сильна, неужели мы сможем сопротивляться?
Нас либо продадут в рабство, где нас будут морить голодом, пока однажды мы не умрем от истощения на фермах и шахтах, а потом бросят в пустыне. Или отправиться воевать вместе со Спартой, и наше тело будет покрыто ранами каждый день, пока мы не умрем в какой-нибудь неизвестной Персидской пустыне. Конечно, нам может повезти, и мы благополучно вернемся домой, но что с того? Как свободные люди без земли, мы чужие в любом городе-государстве, и нам не положены права ни одного города-государства, мы будем брошены на произвол судьбы, пока не умрем, и никто нас не узнает».
Все слушали молча, так тихо, что было слышно, как кто-то всхлипывает
В это время Давос тоже залился слезами, конечно же, ложными: «Разве такого результата мы хотим после года кровопролитных боев в Персии и борьбы за возвращение домой? Неужели вы не хотите даже права на мирную и счастливую жизнь? Конечно, это не значит, что нам, свободным наемникам, негде жить в этом мире»
Упрямый взгляд Давоса разбудили всех офицеров внутри шатра. Они сжали кулаки и зубы, а их взгляды наполнились гневом и мукой.
Иелос встал, и, протягивая руку, сказал: «Командир Давос! Любимец Аида! Пожалуйста, скажи нам, что мы должны делать? Что нам нужно сделать, чтобы избавиться от нашего затруднительного положения?».
«Да! Нам нужен твой оракул!». — Слова Иелоса напомнили о себе многим, и Капус с Антониосом взволнованно умоляли Давоса.
Когда все взглянули на лицо Давоса, его выражение стало чрезвычайно торжественным: «Прошлой ночью в мой сон пришел человек. Из-за золотого света на его теле я не мог ясно видеть его лица, он вытащил меня из постели, через окно, на воздух, я в страхе смотрю вниз, а передо мной было Средиземное море, а на западе рядом с ним — Италия, похожая на сапог, а еще дальше на западе я увидел Геракловы столбы, как ворота, отделяющие Средиземное море от океана средиземноморское побережье Египта — как длинный зеленый ковер, тянущийся до самой Африки».
Мечтательное повествование Давоса привлекло всех, и они, сравнив свои географические познания, обнаружили, что Средиземное море действительно выглядит
«В это время человек, излучающий золотой свет, сказал мне кое-что».
«Что он сказал?». — тут же спросили все.
«Он сказал: «Давос, у тебя и твоих солдат есть задание на западе Средиземья», после этого я начал падать и проснулся». — говорил Давос с затаенным страхом, будто все еще находясь в сонном трансе.
«Запад Средиземья? Где это?».
«Сицилия?».
«Это может быть Италия».
«Иберия — тоже вариант».
«Почему не Нубия?».
«Кто тот человек, излучающий золотой свет? Аид?».
«Как может Аид излучать золотой свет? Это должна быть Афина».
***
Пока все рассуждали, Давос вздохнул. С тех пор как он стал лидером, он намеренно избегал своего статуса «Божьего Избранника» и завоевывал доверие подчиненных благодаря собственным способностям. Но на этот раз дело серьезное, и ему снова пришлось прибегнуть к помощи греческих богов, и он намеренно составил туманный оракул.
Поскольку оракулы неоднозначны. Например, в Малой Азии было Лидийское царство, которое хотело воевать с Персией, поэтому они отправились в Дельфы и потратили много денег, чтобы получить оракул Аполлона. И оракул сказал, что великая держава погибнет. И вот лидийцы с радостью снова отправились на войну, но результатом стала гибель именно Лидийского царства. Объяснение того жреца Аполлона заключается в том, что Лидийское царство также было великой державой в Малой Азии.
***
Оракул — наиболее распространённая в античности форма прорицания, состоявшая в том, что предсказание от имени божества по запросу верующих оглашал специальный жрец, который и именовался оракулом.
Глава 59
«Сначала я не знал, что означает «Запад Средиземноморья». Но сегодня, когда меня нашел Турианец, я всё понял». — Давос с легким волнением дал краткое представление о Берксе.
«Турий хочет нанять нас для борьбы с аборигенами?». — спросил Капус.
«Да, я слышал, что аборигены угрожают всей Италии, а Турий — город-государство, который пострадал больше всех». — объяснил Давос.
Пока все раздумывали, принимать ли приглашение, Антониос встал: «Персия далеко от нас, как и Турий. Нет никакой разницы между войной в Турии и в Персии».
Давос тайно бросил взгляд благодарности в сторону Антониоса, потому что тот изложил их сомнение на поверхности, и Давосу было удобно объяснять дальше. Давос серьезно сказал: «Если мы пойдем за Спартой в бой с Персией, и если мы победим, Спарта будет пожинать плоды, а мы получим лишь мизерную плату. Если мы потерпим поражение, то умрем на чужой земле. А вот отправиться в Италию будет совсем другое дело…».
Давос посмотрел на всех и продолжил с легким волнением: «Во-первых, как я только что сказал, оплата, которую даст нам Турий, составляет 2 дарические золотые монеты на человека в месяц, что намного больше, чем то, что дал нам Кир Младший. Во-вторых, в Италии живут такие же, как и мы, греки, мы не только не будем испытывать недостатка в поддержке, но и получим внимание и заботу. В-третьих, Италия отличается от бесплодной материковой Греции, там много рек, плодородных земель, и каждый город-государство очень богат. Кто-нибудь здесь знает, сколько людей жило в Афинах во времена Перикла?». — спросил Давос, глядя на Алексия, потому что этот капитан гоплитов из Мегары в молодости учился в Афинах 2 года.