Гегемон Греции!
Шрифт:
«Что делать с этими персами?». — Давос не придал значения его словам и заметил, что солдаты собирают оружие и доспехи сдавшихся в плен воинов. Он спросил Хейрисофа.
Хейрисоф безжалостно ответил: «Собрав их оружие и доспехи, перережьте им сухожилия на руках и ногах и проткните бедра, затем верните их обратно, пусть у Тиссаферна болит голова».
Давос молчал, конечно, он понимал цель Хейрисофа. У наемника нет лишней еды и людей, чтобы смотреть за ними, а Тиссаферну придется посылать людей для ухода за ранеными персами, что, естественно, уменьшит количество атакующих
«Давос, ты проделал отличную работу». — Хейрисоф огляделся вокруг и сказал: «Думаю, персы испугаются здешнего вида»
Когда Давос вывел свои войска из долины, солдаты, мимо которых они проходили, радостно приветствовали кровавых людей изо всех сил, потому что знали, что именно этот молодой лидер, возглавив несколько человек, преградил путь большому количеству персов и обеспечил наемникам отличную победу.
Своим подвигом молодой Давос завоевал признание всего войска наемников.
***
Во второй половине дня главные силы Тиссаферна неторопливо прибыли в долину.
Когда Тиссаферн увидел трагедию в долине и раненых солдат, лежащих на земле и борющихся, он со злостью бросил свой шлем на землю. Затем он отправил небольшой отряд войск, которым доверял, разбираться с последствиями, а остальным войскам запретил входить в долину и пошел другим путем в обход гор.
Арий, следовавший за Тиссаферном, молчал, он не видел тела Артаоза, но оно должно было быть среди многочисленных трупов. За эти 3 дня два генерала, которые боролись с ним за власть, погибли в бою один за другим. Но у него не осталось и следа радости.
В этой битве погибло более 3000 персов и более 3000 были ранены, и никому не удалось спастись, в то время как потери греческих наемников были ничтожно малы.
***
Возможно, все было действительно так, как говорил Хейрисоф, — персы испугались настолько, что не показывались несколько дней. Это облегчило греческим наемникам грабеж и поход до Ларисы, города на реке Тигр.
Это великолепный великий город. Нижняя часть городской стены сделана из камня, а верхняя — из земляных кирпичей, высота стены — около 30 метров, ширина — 8 метров, а длина — 10 миль. Из-за такой великолепной городской стены греческие наемники не были заинтересованы в нападении на город. Кроме того, в городе меньше людей по сравнению с городами, которые они встречали вдоль реки Тигр, а большинство полей и деревень за городом пустынны, что производит впечатление некоторого запустения.
«Ларисы, говорят, раньше называлась Калху, сначала была великим городом при Ассирии, потом ее захватили медяне. Великий царь Кир победил медяков, но не смог взять город. Наконец, Митра, бог солнца, закрыл свет города Калху темными тучами и сделал его день темным, как ночь, что напугало жителей и заставило их думать, что боги покинули их, поэтому они оставили город и бежали. Тогда царь Кир захватил город». — сказал Мариги.
С тех пор как Давос узнал от Хейрисофа, что «понимание топографии» важно для квалифицированного полководца, он взял Мариги в качестве своего проводника и держал его при себе. Ксенофонт, будучи адъютантом Иеронима, был слишком занят, и он не мог прийти и поговорить
«Эй, у вас, персов, есть бог солнца, у нас тоже есть Аполлон, кто из них могущественнее?». — спросил Матонис, работавший охранником Давоса.
Мариги оглянулся на Давоса и пренебрежительно ответил ему: «Митра — хозяин природы, он обеспечивает изобилие растительности, плодородные земли и заставляет людей жить и работать в мире и довольстве. Поэтому Митре поклоняются все. С ним не может сравниться ни один языческий бог».
«Что ты сказал?! Как ты смеешь оскорблять Аполлона, трусливый перс!». — Матонис со злостью хотел избить Мариги, но был остановлен Иелосом.
Мариги испугался и отошёл в сторону, и Давос нахмурился: «Вопрос Матониса не оскорбил тебя, но ты оскорбил наших богов, которых мы, греки, уважаем. Если ты немедленно не извинишься, то я не помешаю им избить тебя в гневе».
От необдуманного чувства превосходства у перса кружилась голова, пора было преподать ему урок.
Мариги оглянулся и увидел гнев во взгляде солдата, он знал, что его разорвали бы на куски, если бы не Давос. Как торговцу, ему свойственна приспособляемость, поэтому он быстро поклонился и искренне извинился, и даже дал себе пощечину.
Только увидев, что Мариги прощен, Давос задал вопрос, который интересовал его раньше: «Почему город выглядит таким пустынным?».
Мариги туманно ответил, зажимая покрасневшие щеки одной рукой: «Потому что здесь живут в основном медяки».
После этого он замолчал.
Давос задумался, и тут его осенило: «Персидский царский двор не придает значения этой области, поскольку это была основная территория бывших Медии и Ассирии, опасаясь, что их старый огонь может разгореться вновь, и поэтому они даже приняли политику подавления, верно?».
Давос увидел, как Мариги изумленно смотрит на него, и понял, что угадал главное, и не удержался, но несколько гордо сказал: «Позволь мне угадать методы, которые они использовали. Например, людей здесь часто призывают в армию, чтобы они сражались и умирали? Или на них наложен повышенный налог?».
«Лидер Давос, если вы действительно тот, кого они называют избранником бога, то вы действительно сильно отличаетесь от остальных, у которых есть только мышцы и нет мозгов». — Мариги с удивлением посмотрел на Давоса и сказал низким голосом: «Если бы вы были персом, вы бы быстро поднялись по власти Империи».
Давос улыбнулся: «Не люблю Персию».
«Это потому что вы грек?».
Давос не ответил, он смотрел на Ларисы невдалеке и растерянно думал, грек ли он?
Кроме этого тела, его душа и мысли, от всей души, считали себя современным человеком. Греческие традиции и культура не могут ассимилировать людей, пришедших из 21 века, даже в той мере, в какой это мало влияло на него.
Только реальность его беспомощности и искренняя дружба на войне заставили признать себя частью этой команды.