Чтение онлайн

Правда, сегодня Карл сделал то, чего не делал раньше, — нажал на кнопку «Получить деньги». И снял со счета тысячу долларов.

Карл впервые держал в руках такую большую сумму наличными. Он быстро засунул купюры в правый карман джинсов. Какого черта он снял деньги? Что теперь с ними делать? Потратить? Проиграть? Раздать нуждающимся? Да какая разница, подумал Карл, приободрившись, и снова улыбнулся.

Вдруг у него снова появилось ощущение, что за ним следят.

Грэнвилл огляделся по сторонам. Никого. Побежал к углу улицы, но никто за ним не следовал.

О господи! Карл покачал головой и усмехнулся. Он действительно ведет себя как сумасшедший. Сказывается влияние Гарри Вагнера. Слишком много времени проведено взаперти в компании Райетт и ее малыша, за описанием их тяжелого путешествия по Югу.

«Да пошла ты к черту, Мэгги! А ты, Гарри, катись в задницу! Убирайтесь все из моей жизни — Сьюлин, Райетт, Билли Тейлор и прочие. Я хочу развлечься, и у меня есть деньги».

Ухмыльнувшись, Карл Грэнвилл поднял руку, почти сразу же поймал такси и отправился в центр.

Бар «Сан хаус» был ответом стильного Челси непритязательным придорожным забегаловкам. На стенах из необструганных досок висели помятые колпаки от автомобильных колес, хромовые бамперы и старые номерные знаки штата Луизиана. Пол покрывали опилки, а из музыкального автомата в углу доносились звуки гитары Стиви Рэя Вогана. Отовсюду слышался смех, люди веселились. Здесь была жизнь.

Здесь была Тонни с двумя «эн».

Грэнвилл нашел свободный столик и помахал девушке рукой. Хотя Тонни выглядела слегка измотанной и усталой, она обрадовалась. Девушка была потрясающе красива, еще лучше, чем в воспоминаниях Карла. Когда он увидел соседку в фирменной футболке с названием бара и обтягивающих черных джинсах, то почувствовал, как потеют ладони. А от завораживающего взгляда синих глаз у него пересохло во рту.

— Ты получила ту роль? — спросил Карл, когда Тонни принесла ему бокал ледяного пива «Корона» с ломтиком лайма за счет заведения. Девушка недоумевающе прищурилась, и он пояснил: — В сериале «Все мои дети».

— А, в этом, — ответила Тонни и пожала плечами. — С того времени я не получила еще три роли.

В баре было довольно оживленно, поэтому Карл пил «Корону» и наблюдал за работой Тонни. Она легко находила общий язык с клиентами, весело и дружелюбно болтая с ними. Судя по тому, как девушка двигалась, она знала, что Карл за ней наблюдает. Когда он допил первый бокал, Тонни сразу принесла ему второй. А еще сэндвич с копченой свининой. Молодой человек благодарно ухмыльнулся самой лучезарной из всех своих улыбок. Девушка слегка покраснела и улыбнулась в ответ.

Карл с наслаждением проглотил сэндвич, его вкус был восхитительным. Вкус свободы тоже.

В третьем часу ночи в зале стало тише, и Тонни, прихватив с собой еще пару холодного пива, плюхнулась рядом с Карлом.

— Пашешь здесь, как проклятая, — произнесла девушка, сдувая падающую на глаза упрямую прядку белокурых волос. — Нет, мне просто необходимо получить хорошую роль!

— Тебе обязательно повезет! — заверил ее Карл.

— Надеюсь. Но как тяжело не сломаться! Ведь я для них всего лишь тело и симпатичная

мордашка! Предполагается, что талант — это что-то внутри тебя, но им плевать, кто ты, что думаешь или чувствуешь. Они только пялятся, словно пытаясь представить, как ты выглядишь без одежды.

— Так оно и есть, — подтвердил молодой человек, который, после нескольких дней взаперти с Гарри Вагнером, тоже не мог отказать себе в подобном удовольствии.

— Знаешь что? — продолжила Тонни, все больше оживляясь. — Создается впечатление, что всем шоу-бизнесом заправляют четырнадцатилетние мальчишки!

— Эй, всей нашей страной правят четырнадцатилетние подростки!

Тонни хихикнула.

— А ты всегда такой циник?

Карл на мгновение задумался.

— Нет, не всегда. По крайней мере, я таким не был. Наверное, это из-за моей работы.

— Твоей книги?

— Я сейчас подрабатываю писателем-призраком.

— Правда? Пишешь за кого-то известного? — спросила Тонни, сгорая от любопытства.

Грэнвиллу захотелось посвятить ее в свою тайну. Ему было необходимо с кем-нибудь поделиться. Но в последнюю секунду что-то его остановило. Карл закрыл глаза, желая наконец начать повествование, и не смог выдавить ни слова. Он дал слово, что никому и никогда не расскажет о Гедеоне. Поэтому Карл просто покачал головой и отхлебнул еще пива.

— Мне всегда нравились писатели, — призналась Тонни. — Наверное, потому что я сама хотела стать писательницей.

— И что помешало?

— Мне нечего сказать людям.

— По-моему, до сих пор неплохо получалось.

— Я имею в виду… — Тонни помедлила и опустила взгляд на сложенные на коленях руки. — Я решила, что недостаточно умна, чтобы написать книгу.

— Меня это не остановило.

— Ты всегда хотел стать писателем?

— Да, — ответил Карл, неожиданно посерьезнев. — И именно из-за этого у меня в юности возникли серьезные разногласия с отцом. Честно говоря, они существуют до сих пор. Если бы не мама, я бы, наверное, стал…

Грэнвилл внезапно замолчал и сглотнул. В горле у него встал комок. Может, из-за позднего часа, может, из-за выпитого пива. А может, потому, что он давно уже ни с кем не говорил по душам. С тех пор, как ушла Аманда. Неожиданно Карл ощутил, как чувства волной нахлынули на него. Молодой человек глубоко вздохнул и провел рукой по лицу. Наверное, он просто устал.

— Она умерла, да? — спросила Тонни, не отводя от него взгляда.

— Четыре года назад, — ответил Карл, с удивлением посмотрев на девушку.

— Вижу по твоему лицу, — пояснила Тонни, и ее глаза заблестели от набежавших слез. — Моя мама тоже умерла. В прошлом году. Я до сих пор не могу успокоиться. Вспоминаю ее каждый день.

— Каждый день, — эхом отозвался Грэнвилл.

— Мне столько хочется ей рассказать! О своих победах. О поражениях. Сейчас, правда, больше о поражениях. А ее нет со мной…

— И никогда больше не будет, — тихо произнес Карл. — Я знаю.

Какое-то время они молчали. Что-то изменилось в их отношениях. Они стали ближе. Тонни заговорила первой: