Где ты?
Шрифт:
— Что они с вами сделали?
— Кто «они»? — и выражение лица такое удивленное, что верить как-то не хотелось.
— Не прикидывайтесь стулом! Вы знаете, кто!
Поняв, о чем она говорит, Яур расхохотался и смеялся долго. Отсмеявшись, он посмотрел на нее, как на ребенка или же душевно больную, теплым мягким взглядом:
— Сирина, никто и ничего со мной не делал. Просто мое тело болит, потому, что еще не привыкло. Скорее всего, у меня изменились даже кости. По крайней мере, чувствую я себя именно так. Ты же видишь, что я… выгляжу иначе.
— Я не понимаю.
— За одну ночь. — перебил он — И, видимо, это навсегда.
— Тебя что, заколдовали? — не подумав, брякнула Сирина и, поняв, что сказала, густо покраснела. Кто сейчас верит в колдовство, кроме маленьких детишек? Впрочем, Рысь это не смутило. Он неопределенно повел плечами и спокойно ответил:
— Почти.
— Что?!
— Леди, вы меня глухим оставите. — поморщился он — Потише, прошу вас.
— Эй, что значит, почти заколдовали? — она послушно понизила голос — Это что, проклятие какое-то? Есть способ его снять?
— А таким я вам не нравлюсь? — шутливо подмигнул Яур и, посерьезнев, добавил — Это не проклятие, а магия. Моя магия.
— Что?!!
— Ну, просил же! — раздраженно поморщился молодой маг — Что же вы так визжите?
— Простите. — Сирина послушно закрыла рот рукой, словно это должно было заглушить ее возгласы — Ваша магия? То есть…
— Да, я маг. Молодой, раздражительный и плохо себя контролирующий. — потеряв терпение, прошипел Рысь — И вас тут не должно сейчас быть, поскольку, меня не за красивые глаза сюда поместили. Но, если Дикиор вас сюда пустил, значит, он вас за что-то недолюбливает.
— Не смейте так говорить. Я сама попросилась. И дала клятву о неразглашении.
— Вот как? Не понимаю, чем он думает, но вы должны уйти. Я плохо себя контролирую.
Сирина думала недолго, после чего взялась за гребень:
— Ну, уж нет. Его Величество попросил присматривать за вами. А что это у вас? Флейта?
— Да, но я не умею играть. Вообще не интересовался раньше музыкой. Теперь же вот… — он наглядно продемонстрировал девушке, насколько тесно привязан теперь к этому инструменту, выкинув осточертевшую дудку подальше. Та, естественно, вернулась.
— Вот как? — изо всех сил стараясь не удивляться, Сирина вытащила из своих волос темную, в тон платья, ленту — Могу дать несколько уроков, я немного играю на флейте.
Она осторожно расчесала и заплела его волосы в замысловатую косу на затылке, попутно объясняя основы музыки. Яур довольно живо согласился учиться и больше уже не возмущался ее присутствием рядом с собой.
***
Блики огня походили на кровавые переливы в орандиновой капле, смотреть на артефакт было как-то неприятно и, если честно, жутковато. Камень выглядел так, будто обладал собственной волей и был разумным. Иногда даже казалось, что из его красных глубин смотрит душа той погибшей в тоннеле магини.
— Выяснили, кто она?
— Сир, судя по артефакту, это была Ноэль. Сохранившиеся хроники тех времен описывают, что именно у нее в артефактах был веер. К тому же, Ноэль пропала без вести через два года после того, как ушли все маги.
— Если мне не изменяет
— Да, сир. Она пропала сразу после его смерти.
Подумав, Дикиор спросил:
— Урид, а как выглядела Ноэль?
— Вишневые волосы, курносый нос, довольно крупные пурпурного цвета глаза, острый подбородок. Как-то так, судя по полуистлевшему портрету.
— Значит, призрак женщины, которую видит Яур, это точно не она.
— А призрак что, не может сказать, кто она?
— Нет, Урид, не может. Кринолин вышел из моды после ухода магов, призраку около тысячи лет. Она все забыла. Вот. — Дикиор протянул ему грубый набросок старинного перстня-печатки — У нее на пальце есть такое. Яур, конечно, не боги весть какой художник, но смысл ясен. Посмотришь, кто она такая.
— Сир, после смерти Ирика дворец отстраивали заново. Если она жила до или же в это время, это будет проблематично.
— Разузнай, сколько сможешь. Я не прошу у тебя невозможного.
— Да, Сир.
— Что еще выяснили о Ноэль?
— Она лежала на животе, подол платья был задран так, будто она бежала от кого-то, нога сломана, не известно до или после падения. Одной рукой она держалась за артефакт, в другой у нее был пузырек, алхимики определили, что в нем находился сок радолы. Он и со временем сохраняет свои свойства.
— Вот как? Урид, дворцовое привидение, ту даму в бирюзовом, отравили радолой. Совпадение?
— Не знаю. — начальник охраны пожал плечами — Эта магиня была там не одна. Она лежала щекой на мужской руке, торчащей из-под завала. Второй труп тоже откопали, но личность установить не смогли. Вот подробные отчеты.
— Кстати, а почему этот проклятый цветок вырос только сейчас, если костям этой Ноэль около тысячи лет? — спросил монарх, принимая документы.
— Да кто его знает, сир? Калиира — растение странное, мистическое. В Зайнаре его зовут мертвым корнем, в Ликире — голосом покойных, а в Рое и вовсе цветком демонов. По всему миру оно растет на костях, как правило, старых.
— Будто напоминает, что нет тайны, которая не открылась бы. — задумчиво пробормотал король.
— Именно так, сир. — подтвердил Урид и, видя, что монарх больше не задает вопросов, спросил — Я могу идти?
— Да, иди. Жду новых подробностей.
***
Эгирон выглядел так, будто у него отправили на войну всех друзей разом. Скорбное лицо, нервные движения, раздраженный голос. Никто из дворян уже не осмеливался к нему подходить из опаски получить по шее. Только верный и порядком умученый причудами подопечного Кей тенью следовал за ним повсюду. И Эгирон был бы рад заняться каким-нибудь делом, но отец, едва узрев дерганого наследника, приказал сосредоточить все силы на выбранной невесте, которую тот так опрометчиво обидел. Только вот Аорет ни в какую не желала с ним мириться. Он даже любовные песни пел ей под окном, как последний дурак, а она… Она выплеснула ему на голову целый тазик холодной воды с балкона! Такого унижения ему еще ни разу не приходилось испытывать. В общем, принц тоже разобиделся.