Чтение онлайн

— Если речь идет о физических характеристиках, то это так, несмотря на наличие двух солнц и некоторых других, не присущих Земле факторов. Но растения… Их клеточное строение совсем близко к земному, а поведение их и образ жизни, и аномалии, которые они вызывают вокруг себя, постоянно доводят до отчаяния наших биологов.

— Они, однако, скорее переступят этот предел, чем попросят объяснения у юсов, — подколол я его.

— Здесь нет просителей, Симов, — холодно отметил Ларсен.

Я предпочел сменить разговор:

— Надеюсь, что ты мне опишешь все, что вспомнишь в связи со смертью Фаулера и Штейна.

— Что же, хорошо… — он машинально расстегнул верхнюю пуговку на

рубашке и начал. — На базе введен достаточно жесткий режим, и в то утро мы как всегда собрались на завтрак в пять часов, т. е. где-то за сорок минут до восхода Ридона. Нам приходится вставать так рано, потому что в состоянии бодрствования значительно легче справляться с начальными приступами эйфории, которую, предполагаю, сегодня испытал и ты.

Я ответил неопределенным жестом. Ларсен продолжал:

— Ни за завтраком, ни позднее, когда каждый направился к своему рабочему месту, не случилось ничего необычного или вообще чего-либо, что указывало бы на предстоящее событие. А потом…

— И все же за столом велись же какие-то разговоры, — прервал я его. — Расскажи мне о них, сколь бы незначительными они тебе не казались…

— По утрам мы завтракаем в полном молчании, Симов. Нам необходима полная концентрация внимания. Иногда и малейшая рассеянность ведет к тому, что приходится терять всю первую половину дня.

— А не заметил ли ты чего-либо особого в поведении Фаулера и Штейна. Какое-то действие, мимика…

— В такие моменты никто из нас не позволяет себе роскоши наблюдать за поведением других, — сказал Ларсен. — Свое личное поведение создает каждому достаточно забот… И так, двадцать шестого утром Элия, которая была дежурной на базе, пошла в биолабораторию, Одеста — в медицинский корпус. Рендел и Штейн поехали на джипе на свой экспериментальный участок. Вернье отправился на Деф-рактор, а я — на полигон. Фаулер должен был взять одну посылку с Земли, о которой юсы сообщили нам накануне вечером, но как выяснилось позднее, он вообще не дошел до места, где они оставили посылку. А трейлер, на котором он отправился туда, мы потом нашли брошенным у дороги.

— Где точно? И что собой представляют эти трейлеры?

— Юсианские грузовые автомобили. Наверное, они могут и летать, но мы используем их вместо грузовиков или тягачей. Мы нашли тот между скалами в низине за хребтом на восточном склоне, то есть в направлении почти противоположном той части леса, в которой мы обнаружили трупы.

— Значит, Фаулер и Штейн были вместе, не так ли?

— Да, полагаю, что они по какой-то причине встретились. Но потом… потом они расстались навеки. — Это мелодраматичное выражение ему никак не шло, и он, видимо, это осознал, потому сейчас же вернулся к сухому, сжатому изложению фактов: — Первым исчезновение Штейна установил Рендел. Они договорились, что в двенадцать часов: Е запустят какой-то опыт, а Штейн опаздывал. Он не отвечал и на многократные вызовы по радио. Тогда Рендел начал расспрашивать роботов, которые были вокруг, и между ними нашелся один, который еще без двадцати восемь заметил, как Штейн направляется к участку, где работал Рендел. Но почему он туда не дошел, да и вообще, с какой целью направился туда, мы так и не узнали.

— И как же поступил Рендел в этих обстоятельствах? — поинтересовался я.

— Связался со мной и сообщил мне об исчезновении Штейна.

— А ты все еще был на полигоне?

— Да, — ответил Ларсен, не обижаясь на мои уточняющие вопросы. — Был там с шести до десяти минут первого. А после сообщения Рендела немедленно вернулся на базу. Естественно, что еще с полигона я подал сигнал «тревоги», так что очень скоро мы все собрались. Все за исключением Фаулера

и Штейна.

— А роботов здесь вы расспросили?

— В это время на базе не было роботов. Они были заняты на строительстве Дефрактора.

— Как вы организовали поиск?

— Единственным подсказанным логикой способом, который впоследствии оказался и самым ошибочным.

— В каком смысле?

— Во всех смыслах. Но чтобы ты меня понял, я должен сначала объяснить тебе некоторые вещи. Во-первых, на расстоянии ста километров на восток, запад, север и юг отсюда юсы построили четыре города для наших переселенцев. Таким образом, база фактически находится в центре квадрата, который получится, если между этими городами будут проложены магистрали, которые задуманы, и по плану перерастет в научный центр, основы которого мы закладываем сейчас. Во-вторых, все мы, кроме Рендела, пользуемся юсианс-кими рейдерами… Это необходимо, так как часто мы работаем на весьма удаленных объектах. В-третьих, по возвращении мы всегда приземляем рейдеры на стоянке перед гаражами. И четвертое: для большей надежности каждый из них помечен личным кодом человека, который им пользуется, и связан с Сервером, так что их местонахождение может быть установлено очень быстро, когда они не в полете.

— А когда в полете?

— Тогда вокруг них получается… искривление пространства или черт знает что еще, и связь нарушается, — Ларсен, нахмурившись, замолчал. Было видно, как у него тяжело на сердце от загадок юсианской техники.

— Все эти факторы имеют что-то общее со смертью Фаулера и Штейна? — спросил я.

— С их смертью, вероятно, нет, но ошибке в направлении поисков они точно способствовали. Дело в том, что рейдера Штейна не было на парковке. И поскольку утром Штейн и Рендел поехали на экспериментальный участок на джипе, мы сделали вывод, что позднее Штейн вернулся на базу, при этом пешком, а уж отсюда вылетел куда-то. Конечно, мы сейчас же навели справки, и ко всеобщему удивлению оказалось, что рейдер Штейна находится в Южном переселенческом городе.

— А до тех пор Штейн не ездил туда?

— Нет. Никто, кроме меня не посещал городов для переселенцев, — сказал Ларсен. — Творения юсов — это не то, к чему человек испытывает влечение.

Вот против этой констатации я даже, если бы и хотел, не мог бы возразить.

— Так начались наши блуждания, — снова начал Ларсен. — В начале мы пытались установить радиосвязь с Фау-лером или Штейном, потом Одеста и Рендел остались здесь дежурить и продолжили эти напрасные попытки, а я, Элия и Вернье поехали в город. Рейдер стоял посередине главной площади, и в нем никого не было. Вокруг мы не нашли никаких следов, поэтому пришлось искать наугад. Я на своем рейдере предпринял облеты города на небольшой высоте, Элия и Вернье обыскали прежде всего близлежащие дома вокруг площади, а затем и те, что подальше. На помощь привезли десять роботов, которые были заняты на сооружении Деф-рактора, а потом еще десять. Вообще, потеряли страшно много времени. И если бы Элия не обратила внимания на коврик…

— На коврик? — озадаченно протянул я.

Ларсен заулыбался, но не смог скрыть своего смущения.

— Мне неизвестно, на чем юсы вчера привезли тебя на место встречи, Симов, но если это было что-то типа наших рейдеров, то ты, наверное, поймешь…

— Ага-а-а… Да, да, ясно! Та прозрачная основа…

— … делает передвижение на них крайне неприятным, — закончил он. — И так как наша жизнь и без того не сахар, мы стараемся облегчить ее хотя бы в мелочах. Естественно, если когда-нибудь нас здесь посетят юсы, мы откажемся и от этих поблажек, но пока… Но пока я не вижу причин лишить людей этой возможности…